Читать книгу - "Африка — земля парадоксов - Владимир Алексеевич Корочанцев"

подчеркнул ее президент Джон Лофтус. — Да здравствует международное движение мужчин! Мы намерены взять на себя непосильное бремя отстаивания интересов „сильного пола“, установив контакты с международными организациями-единомышленниками, среди которых особое место занимает НАТО». При чем здесь НАТО? Лофтус не разъяснил, однако признал, что, с другой стороны, «во многом в собственных несчастьях виноваты сами мужчины: ни одна особь мужского пола пока связно и вслух не сформулировала своих обид».

Для характеристики же женщин юга Африки расскажу один эпизод. С 60-х годов видная противница апартеида Винни Мандела пребывала в расистской ЮАР то в тюрьмах, то в положении «запрещенного лица», что, к слову сказать, ничуть не пугало ее, даже ожесточило. Однажды некий сержант Фурие имел неосторожность войти без стука в ее дом в Орландо-Уэст. «Я покажу вам, как вторгаться в частную жизнь!» — воскликнула Винни и швырнула бестактного полицейского на пол, обрушив на него платяной шкаф. Для незадачливого полицейского дело кончилось сломанным шейным позвонком. «Я не знала, что за порогом дома сгрудилась целая армия, — вспоминает она. — Шестеро несли меня в машину. Потом эти „джентльмены“ уверяли, будто я оказала им сопротивление при аресте». Суд вынужден был закрыть ее «дело». Глядя на нее, я подумал, что южноафриканку отличают красота, юмор, трудолюбие, решительность и стойкость. И благо, когда эти черты гармонично сочетаются в ней. Ну а если чего-то намного больше, а чего-то меньше? Об этом просто страшно подумать.

АЗМС четко изложила свою позицию, последовав совету южноафриканских друзей по несчастью.

…Безобразный шрам уродует губы правительственного чиновника Тембы Нхленгетвы. Крепкому на вид парню тридцать восемь лет. Он вступил в ассоциацию после того, как десять лет стоически сносил измывательства жены.

— Я был женат двенадцать лет, но в последние десять жизнь моя напоминает геенну огненную, — жалуется он, смахивая украдкой скупые мужские слезы. — Дня не проходило без того, чтобы жена не оскорбляла или не била меня без видимой причины. Я терплю это так долго, поскольку очень сильно люблю ее. Мама моя словно в воду смотрела. Вспоминаю, как в детстве она отзывалась о соседе: «Женился на красавице, а женат на неприятностях».

Такого рода несчастливцам можно напомнить несколько прямолинейный, но мудрый совет браззавильского еженедельника «Канар дю меркреди»: «Не женитесь на дамах, которые сильнее вас физически. Могучая женщина не всегда благо в семейной жизни».

— Но все ли думают головой, когда влюбляются? — риторически вопрошает Темба.

Отвлекаясь, расскажу эпизод из жизни Конго, о котором когда-то поведал мой друг, работавший тогда в Браззавиле. Юный коммерсант из городка Буэнза, на юге Конго, не мог нарадоваться, когда привел в дом высокую пышнотелую супругу с мощными окороками бицепсов. «Такая жена — великое подспорье в домашнем хозяйстве», — хвастал он перед друзьями, которые с нескрываемой завистью смотрели на нее. Но в жизни случаются как приливы, так и отливы. Тем более что, как гласит африканская пословица, «не доверяйся красивой внешности». Однажды настал час разлуки (а разлука, как известно, проверяет большие чувства на прочность). Нданду поехал с товаром в соседний район. Мечтая о жарких объятиях дамы сердца, он ударными темпами завершил торговые дела и поспешил домой.

Сцена, которую Нданду застал в своей опочивальне, по смыслу напоминала картину, к сожалению, неведомого ему русского художника И. Е. Репина «Не ждали». На сей счет и свазилендцы, и конголезцы, и буркинийцы имеют одинаковую пословицу: «Когда ты не дома, твоя овца приводит только козлов да баранов».

Его ненаглядная жена нежилась в обществе постороннего ловеласа, облаченного в хозяйский халат. Видимо, это был один из несметных африканских кузенов или друзей, светлыми красками осиявших ее детство. Худенький Нданду, подобно небезызвестному английскому королю Ричарду, обладал львиным сердцем. С воплем раненого царя зверей он ринулся на осквернителя супружеского ложа. Но любимая жена с проворством заправской спортсменки вскочила со смятых простыней и одним ударом тяжелой длани повергла ниц тщедушного Отелло, затем скрутила ему руки, сковала его свинцовой тяжестью своего дородного тела. Воспользовавшись схваткой на ковре, любовник с резвостью молодого оленя, которого атаковали волки, улизнул в чем был — то есть в чужом халате (Нданду, по рассказам моего друга, долго потом вспоминал об утраченном предмете одежды, который ему почему-то был дороже, чем честь любимой супруги).

…Когда к Нданду вернулось сознание, он принял на веру вполне правдоподобные объяснения супруги, нежно гладившей его помятые бока. Она убедила его в том, что во время ее глубокого сна в комнату проник наглый воришка, унесший одежду хозяина жилища. Сама же она якобы «по нечаянности», да и то только в самом начале, обозналась, приняв злодея за мужа. Вернувшегося нежданно супруга она в суматохе приняла за соучастника грабежа. Крепкая семья сохранилась, но молва утверждает, что Нданду не стал подавать на развод, опасаясь железных кулаков супруги, которая твердо усвоила принцип народного фольклора: «Банановая трава без опоры — женщина без мужа». Однако поднимемся выше сплетен и поверим в великую любовь конголезской пары. Поймем и Нданду. С одной стороны, он следовал пословице своего народа: «Не прогоняй жену, если она мочится в постели: кто знает, не будет ли новая жена оправляться в ней по-большому?» А с другой, утешал себя народной мудростью: «Если изменяют даже жены прорицателя, то не следует требовать слишком многого от твоей».

Да, «лошади и женщины бывают всяких мастей и со всеми недостатками», соглашаются и в Конго, и в Свазиленде. И особенно утешает то, что не везде споры решаются методами рукоприкладства. Ряд других членов ассоциации, вроде Сбу Мтетвы, не подвергались физическому воздействию — их оскорбляли эмоционально и психологически.

— Моя жена не прибегает к насилию. Она никогда не бьет меня, — излагает он свое дело. — Но она обращается со мной, как с рабом. Заставляет готовить пищу, стирать белье, менять детские пеленки, отводить детей в школу по утрам и приводить обратно, бегать, как маленький мальчик, по магазинам.

Другой клиент, Сипо Кунене, также считает, что супруга превратила его существование в ад.

— Она сидит на моей шее с тех пор, как я потерял работу, — говорит он. — Я должен делать всю работу по дому, включая стирку ее вещей. Она даже приводит других мужчин домой.

Когда же ему задают вопрос, почему он терпит такое измывательство, он сыплет в ответ пословицами с мудростью почти древнегреческого философа:

— «Если бы у вас не было жены, вы бы ели в саванне с зебрами и стали бы похожи на них», «Лучше иметь жену с любовником, чем бедовать холостяком».

Такое толстовство и всепрощенчество оборачивается ему новыми синяками и оскорблениями, но он терпит.