Читать книгу - "Форт - Бернард Корнуэлл"

их пространство. На борту шлюпа Моуэта играл скрипач, команда пела, и его собственные люди подхватили песню.

Мы петь будем мощно, как должно британцам,

Везде по морям наша песня звучит;

Пока не войдем в Английский канал мы,

От Уэссан до Силли все тридцать пять лиг.[42]

Тридцать пять лиг, интересно? Он вспомнил, как в последний раз шел на север от Уэссана. Море представлялось серым чудовищем, а атлантический шторм пел в вантах. Казалось, там было больше тридцати пяти лиг. Он смотрел на врага и, чтобы отвлечься, принялся переводить тридцать пять сухопутных лиг в морские мили. Цифры путались в голове, и он заставил себя сосредоточиться. Чуть меньше девяноста одной с четвертью морской мили. Скажем, легкий переход от зари до зари для боевого шлюпа при свежем ветре и чистом корпусе. Увидит ли он когда-нибудь Уэссан снова? Или умрет здесь, в этой полной туманов, залитой дождем, Богом забытой гавани на мятежном побережье? Он все еще смотрел на врага. Их вел прекрасный корабль с темным корпусом, а сразу за ним виднелись более крупный корпус и высокие мачты «Уоррена». Мысль о больших орудиях этого фрегата вызвала у Селби внезапную пустоту в желудке, и, чтобы скрыть нервозность, он навел подзорную трубу на приближающиеся корабли. Он увидел морпехов в зеленых мундирах на боевых марсах фрегата и подумал о мушкетном огне, который обрушится на его палубу, а затем, необъяснимым образом, увидел, как некоторые из вражеских парусов затрепетали и начали разворачиваться. Он опустил трубу, не отрывая взгляда.

— Боже милостивый, — произнес он.

Американский фрегат поворачивал. Неужели он потерял руль? Селби в недоумении смотрел, а затем увидел, что все корабли мятежников следуют примеру фрегата. Они уваливались под ветер, их паруса дрожали, пока команды травили шкоты.

— Неужели они собираются открыть огонь по нам с той позиции? — спросил он вслух.

Он наблюдал, ожидая увидеть, как корпус головного корабля исчезнет во внезапном облаке порохового дыма, но дыма не было. Корабль лишь медленно разворачивался и продолжал разворачиваться.

— Ублюдки драпают! — крикнул Генри Моуэт с «Олбани».

Пение на шлюпах смолкло, когда люди уставились на отворачивающего врага.

— Кишка у них тонка для драки! — заорал Моуэт.

— Боже правый, — в изумлении произнес Селби. Его подзорная труба показала ему название на корме корабля, который вел атаку, а теперь стал последним в отступающем флоте. — «Генерал Патнэм», — прочел он вслух. — И что это, дьявол его забери, за генерал Патнэм? — спросил он.

Но кем бы он ни был, корабль, названный в его честь, теперь уходил прочь от гавани, как и фрегат мятежников, и три других корабля. Все они боролись с приливом, чтобы вернуться на свою якорную стоянку.

— Что ж, черт меня побери, — сказал Селби, складывая трубу.

На борту «Норта», на борту «Олбани» и на посыпанной песком палубе «Наутилуса» матросы кричали «ура». Их враг бежал, не сделав ни единого выстрела. Моуэт, обычно такой суровый и целеустремленный, смеялся. А капитан Селби приказал немедленно выдать дополнительную порцию рома.

Потому что, казалось, он еще увидит Уэссан.

* * *

Американцами на пляже, наблюдавшими за происходящим в гавани, были генералы Ловелл и Уодсворт, лейтенант Даунс из Континентальной морской пехоты и четыре майора, которые должны были повести роты ополчения вверх по склону. Только теперь, казалось, никакой атаки не будет, потому что корабли коммодора Солтонстолла разворачивались. Генерал Ловелл с открытым ртом смотрел, как корабли медленно поворачивают прямо за входом в гавань.

— Нет, — пробормотал он в пустоту.

Уодсворт ничего не сказал. Он просто смотрел в свою подзорную трубу.

— Он отвернул! — в явном неверии произнес Ловелл.

— Необходимо атаковать прямо сейчас, сэр, — взмолился Даунс.

— Сейчас? — растерянно переспросил Ловелл.

— Британцы будут смотреть на вход в гавань, — сказал Даунс.

— Нет, — сказал Ловелл, — нет, нет, нет. — Голос его звучал убито.

— Нужно атаковать, прошу вас! — взмолился Даунс. Он переводил взгляд с Ловелла на Уодсворта. — Отомстите за капитана Уэлча, отдайте приказ «в атаку!».

— Нет, — Пелег Уодсворт поддержал решение Ловелла. Он сложил подзорную трубу и мрачно уставился на вход в гавань. Он слышал, как на борту шлюпов ликуют британские команды.

— Сэр, — начал было апеллировать Даунс.

— Нам нужен каждый человек для атаки, — объяснил Уодсворт, — нам нужны люди, атакующие вдоль хребта, и нам нужен пушечный огонь из гавани.

Сигналом для полковников Митчелла и Маккоба к началу наступления должно было стать зрелище американских кораблей, вступающих в бой с британскими, и, похоже, этот сигнал подан не будет.

— Если мы атакуем в одиночку, капитан, — продолжал Уодсворт, — то Маклин сможет сосредоточить против нас все свои силы.

Было время для героизма, время для отчаянного броска, который покроет его участников блистательной славой, вписав их имена в новую страницу американской истории, но сейчас определенно было не то время. Атаковать сейчас означало бы погубить людей зазря и подарить Маклину еще одну победу.

— Мы должны вернуться на занятые нами высоты, — сказал Ловелл.

— Мы должны вернуться, — эхом отозвался Уодсворт.

Дождь полил еще сильнее.

* * *

Потребовалось более двух часов, чтобы вернуть людей и пару четырехфунтовых орудий на высоты, и к тому времени уже стемнело. Дождь не прекращался. Ловелл укрылся под палаткой из парусины, сменившей его прежнее убежище.

— Должно же быть какое-то объяснение происшедшему сегодня! — жаловался он, но с флота вестей не было.

Солтонстолл решительно пошел на врага, а затем, в последний момент, отвернул. Ходили слухи, что на морском плесе реки были замечены неизвестные корабли, но никто не подтвердил это сообщение. Ловелл ждал объяснений, но коммодор их не присылал, и тогда на поиски ответа был отправлен майор Уильям Тодд. С ближайшего транспорта окликнули баркас, и Тодда повезли на веслах к югу, туда, где сквозь мокрую тьму мерцали фонари военных кораблей.

— «Уоррен», на шлюпке! — крикнул рулевой с баркаса, который стукнулся о корпус фрегата.

С планширя протянулись руки, чтобы помочь майору Тодду подняться на борт.

— Ждите меня, — приказал Тодд команде баркаса, затем последовал за лейтенантом Фенвиком по палубе фрегата, мимо больших орудий, все еще хранивших свои меловые надписи, и так до каюты коммодора. Вода стекала с плаща и шляпы Тодда, а его сапоги хлюпали по ковру из клетчатой парусины.

— Майор Тодд,