Читать книгу - "Год 2000-й. Восход полной луны - Александр Борисович Михайловский"

Покончив с авианосной группировкой, неведомый похититель берется за десантную флотилию и разделывается с ней в кратчайшие сроки. Сначала исчезает вертолетоносец, затем один за другим все три корабля-дока. К тому моменту как это произошло, в рубке появился заспанный и ничего не понимающий вице-адмирал Мэрфи, но никто не мог объяснить ему смысл того что происходит, а все остальное командующий Шестым флотом видел собственными глазами. Еще десять минут корабли исчезали в темпе пулеметного стакатто*, и вот на глади вод остался один только корабль управления. Правда, это продолжалось совсем недолго. За остеклением командного центра свернула очередная вспышка, причем казалось, что свет проникает даже сквозь плотно сжатые веки.

Примечание авторов: * чем меньше водоизмещение у корабля, тем меньшего портала с меньшим временем раскрытия он требует.

Но вот когда адмирал и его офицеры смогли открыть глаза и дождаться пока в них перестанут плясать световые «зайчики, то увидели, что их корабль движется по залитой полуденным солнцем поверхности какого-то неизвестного водоема, со всех сторон окруженного горами. Более того, там же находится весь Шестой флот, причем не в походном ордере, а сбившись в беспорядочную кучу, примерно такую что бывает на скоростном шоссе после внезапной массовой аварии. А вон и авианосец 'Джон Кеннеди», по своему обыкновению* наехал на внезапно выскочивший перед носом морской буксир и теперь тот, накренившись на левый борт, тонет как продырявленная галоша. И тут же ожил эфир заполненный криками, ругательствами и молитвами.

Примечание авторов: * у этого авианосца такие столкновения с кораблями поменьше случались довольно часто, из-за чего в американском флоте он носил прозвище «Консервный нож».

А у вице-адмирала Мэрфи при этом в голове была только одна мысль: «Что я теперь доложу в Вашингтон?».

Тогда же. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

При выполнении моего гениального плана, как это иногда бывает, возникли накладки. Сразу после переброски через портал американские корабли начинали рыскать на курсе и сбрасывать скорость, поэтому при дальнейших перебросках вместо стройного ордера получилось беспомощно блеющее стадо баранов, где каждый сам за себя и нет никакого порядка. Поэтому в самом конце корабли пришлось бросать почти наугад исключительно в надежде на удачу, и мастерство рулевых. И все же без чрезвычайного происшествия не обошлось, один из буксиров (хорошо что не танкер с флотским мазутом), подвернулся под форштевень авианосца и тот протаранил его будто какая-то древнегреческая трирема. Хочется надеяться, что обойдется без человеческих жертв, потому что они моим планом совсем не предусмотрены.

«Не кори себя, мистер Серегин, — услышал я в своем сознании голос Саманты Смит. — Ты сделал все что мог, чтобы избежать гибели людей, которые не ведали что творят».

«Все они ведали, моя маленькая храбрая леди Саманта, и на все были согласны ради величия Америки, — с горечью подумал я, — но пошли на войну не по своей инициативе, а потому на первый раз я постарался быть к ним гуманным. Если такая дурацкая выходка повторится, потому что твои соплеменники доброту обычно воспринимают как слабость, то мне придется отложить нелетальные методы в сторону и взяться за меч. И тогда счет покойникам может пойти на десятки и сотни тысяч, потому что взметнувшееся до небес пламя Благородной Ярости не будет знать пощады. И только одного я не буду делать: разрушать американские города и убивать некомбатантов, потому что это противно моей сущности. И в тоже время твои соплеменники на такое пойдут с легкостью, потому что верят в то, что за такое поведение им ничего не будет».

«Я это знаю и могу лишь молиться Господу, чтобы он вразумил заблудших, — всплакнула Саманта. — Воистину в этом мире власть в нашей Америке захватила банда злобных идиотов».

«Почти любой американец превратится в злобного идиота, если его поманят призраками власти, богатства и вседозволенности, — ответил я. — Ты, маленькая храбрая леди Саманта, являешься исключением из этого правила, как белый голубь в стае серых ворон. И именно за это я тебя и люблю».

«Я это знаю», — ответила Саманта Смит и отключилась.

Да и я тоже, убедившись в том, что на глади озера Флэтхед не произойдет больше ничего интересного или трагического, закрыл просмотровое окно. Пройдет всего пара часов и дерьмо закипит уже на вашингтонской плите.

13 мая 2000 года. 8:30. Вашингтон, Белый дом, апартаменты президента

Серегин немного ошибся, к моменту когда с Шестым флотом произошла неприятная коллизия, рабочий день в Вашингтоне уже закончился. И это при том, что для того чтобы понять хотя бы в общих чертах что произошло и осознать последствия потребовалось еще несколько часов. Поэтому дерьмо в кастрюле на вашингтонской плите закипело уже утром и этот процесс дополнительно подогрели известия о тектонических сдвигах случившихся в Киеве и Крыму. Там местный Верховный Совет уже успел выполнить хитрый план капитана Серегина, то есть восстановить конституцию девяносто четвертого года, провозгласить независимость от Украины, раз уж она продала полуостров в рабство, отправить в отставку правительство херра Куницина, заменив его неким Борисом Дейчем, и назначить референдум о вхождении в состав России. Для вашингтонской камарильи, уже наметившей окончательный разгром геополитического оппонента, все произошедшее выглядело как окончательное крушение всех надежд и предвестник грядущего поражения, от которого уже не удастся ни отвертеться, ни оправиться.

Однако то, что практически уже купленный Крым уплыл прямо из-под носа, а Шестой флот приплыл туда, где с ним непонятно, что и делать, было еще только частью беды людей, собравшихся в Овальном кабинете Белого дома. События в Крыму, в том числе разоружение частей ВСУ, происходили практически бескровно и вполне гуманно, зато в захваченном имперским десантом Киеве, большую часть свергнутой украинской верхушки захватчики при самых минимальных формальностях пересажали на колья. Тот, кто провернул эту операцию будто бы показывал, что для него нет ничего невозможного ни с организационной, ни с моральной точек зрения. Молниеносный десант на крупный город с одновременным захватом всех ключевых точек для военных специалистов на переломе веков является чем-то фантастическим и уму непостижимым. И также уму непостижима та безжалостная решительность с которой была произведена расправа над опальными украинскими деятелями. Пахло от этой экзекуции каким-то дремучим варварским средневековьем. Ну а то, что произошло с Шестым флотом, вообще находилось за рамками