Читать книгу - "Год 2000-й. Восход полной луны - Александр Борисович Михайловский"

в последний момент Бич Божий решил изменить им наказание со смертной казни, на пожизненную ссылку в Аквилонию, чтобы уже там их наставили на путь истинный или привели к общему знаменателю. И среди этих «счастливиц» была пани Иуля Григян-Тимошенко, в более поздние времена известная как «женщина с косой» и «руль-баба». Вот тут, как говорится, скатертью дорога.

Специальный Исполнительный Агент к месту событий прибыл уже после того как все приговоренные к ссылке убыли на свой курортный остров в каменный век и портал за ними закрылся, а процесс приведения в исполнение смертных приговоров был в самом разгаре.

Тогда же и почти там же. Фойе зала заседаний Верховной Рады

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Шагнув через портал в фойе здания Верховной Рады, я увидел мятущуюся толпу помилованных панов народных депутатов и услышал доносящиеся снаружи мольбы, вопли и стоны злосчастных смертников. Ну что же, не я начал эту грязную игру в украинскую незалежность, но мне ее заканчивать, потому что местное население, плохо оно или хорошо, тоже хочет, чтобы к нему относились как к людям, а не как к дойному стаду, которое не грех продать или пустить на убой.

Вот не стали в мире победившего Октября устраивать никакой Украинской ССР и учинять опору на местные кадры и население в малороссийских губерниях от основной массы великороссов отличается только говором. Во всех остальных мирах приходится ломать по живому то, что срослось криво, выпрямлять и заковывать в гипс системы полицейского принуждения. А иначе никак, потому что терапевтические методы, то есть уговоры, тут бессильны.

Внимательно посмотрев Истинным Взглядом на сбившуюся в кучу нардепскую массу, я заговорил, как всегда в таких случаях, на русском языке с латинским акцентом:

— Итак, мои хорошие господа, после того что случилось сегодня и несколько дней назад продолжение существования вашей варварской украинской государственности не может быть признано возможным. Приговор этот окончательный и обжалованию не подлежит. Если вы не умеете правильно строить государство, а способны только проедать созданное не вами, тогда независимость у вас нужно отобрать, а самых одиозных персонажей, на страх всем прочим, покарать, чтобы не было их больше нигде и никак. В противном случае в историческом плане пройдет совсем немного времени и вся это земля от края и до края будет залита кровью. Но это еще не все. Поскольку мне невместно искать себе уделов и материальных выгод за пределами того мира, что был дан мне в ленное владение, включить вашу территорию в состав своей державы я не могу и присоединить к Российской Федерации тоже, потому что там еще не готовы брать на себя такую обузу из диких варваров.

— Мы не варвары, — выкрикнул один нардеп из задних рядов.

— Вы хуже варваров, — ответил я, — потому что даже они не продают в рабство своих соплеменников, а только захваченных на войне врагов.

— В рабство? — выкрикнул другой персонаж из задних рядов.

— А как вы еще назовете сдачу в аренду на девяносто девять лет территории с населением почти в два с половиной миллиона человек без того, чтобы эти люди дали свое согласие на местном референдуме хотя бы исходя из результата пятьдесят процентов плюс один голос? — задал я встречный вопрос.

Ответом мне была тишина. Впервые за все это время паны депутаты задумались о том, на что их толкали Кучма, Плющ и прочая властная камарилья.

— В Крыму на такой договор согласно только ничтожное меньшинство, — пояснил я, — а для всех остальных такая судьба хуже немецкой оккупации, потому что у большинства нет и не будет даже надежды на освобождение. Крым достался Украине на халяву, милостью лысого придурка Хрущева и это была первая продажа в рабство и первая оккупация, потому что тогда тоже никто и ни у кого ничего не спрашивал. Передали территорию вместе с людьми как село с крепостными с баланса на баланс и сделали вид, что будто так и надо. Но та история отнюдь не извиняет событий сегодняшнего дня. Тогда это была сделка как бы между своими, а господин Кучма запродал Крым злейшему геополитическому врагу.

— Но почему он так сделал? — спросил расхрабрившийся и выступавший вперед Петр Симоненко. — Мне Леонид Данилович казался вполне вменяемым человеком и вдруг такое.

— Пан Кучма, в которого вляпалась Украина, — хмыкнул я, — вменяемым был в то время, когда занимал должность директора «Южмаша». Государственная вертикаль это такая суровая штука, что сверху она вошла, снизу вышла и не моги сделать хоть полшага в сторону. Внутренний стержень у таких людей, как правило, отсутствует за ненадобностью, как и глубокий ум, ведь все уже решили за них и необходимо только спустить мудрые указания на нижележащие этажи управленческой пирамиды. И еще мне подсказывают, что как только требовалось принять самостоятельное решение, пан Кучма резко глупел до полного непонимания вопроса. В анатомии такой орган называется спинной мозг. Понятна вам моя аналогия, господин мой Петр?

— Да понятна, — ответил Симоненко, — непонятно только то, как президент Кучма решился подписать такой договор, да еще принялся продавливать его ратификацию всеми правдами и неправдами.

— Все очень просто, впрочем, смотрите сами, мои любезные господа, — сказал я, подвешивая в воздухе туманный шар с записью беседы Холбрука и Кучмы, всей, от начала и до конца, а энергооболочка делала закадровый перевод.

И тут присутствующих убил и закопал, причем на месте. Несмотря на свой депутатский статус никто из них за кулисы политики не заглядывал и несвежее нижнее белье сильных мира сего не обонял. И выбиться самим в самый верхний эшелон у них не было никаких шансов, потому что там уже за спиной Кучмы толкались локтями Ющенки, Тимошенки, Януковичи и Порошенки, один другого гаже. А компартия со временем отойдет в небытие просто потому, что не являясь правящей силой не сможет реализовать запросы своих избирателей.

— И что, все это правда? — спросил лидер украинских коммунистов, когда трансляция закончилась.

— Да, господин мой Петр, — правда, — сказал я. — Да вы и сами все видели. Стоило мистеру Холбруку надавить на вашу Кучму, как из нее сразу полезло дерьмо. Тут у вас такая система, что все начальствующие лица обирают нижестоящих бизнесменов и чиновников и делятся добычей с вышестоящими, а все нажитое непосильным трудом рассовывают по западным банкам. Это