Читать книгу - "Хроника - Салимбене де Адам"

теперь дети Божии; но еще не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть». /f. 257b/ Об этом Пророк говорит, Пс. 88, 7: «Ибо кто на небесах сравнится с Господом? кто между сынами Божиими уподобится Господу?»

Мы сказали, что рабы Божии возвеличены Отцом и Сыном и Святым Духом, по слову Писания, Пс. 138, 17: «Как возвеличены друзья Твои, Боже, и как укреплено первенство их»[710]. И еще больше будут возвеличены, когда в небесном отечестве сбудется то, что сказала царица Савская царю Соломону, 3 Цар. 10, 8: «Блаженны люди твои и блаженны сии слуги твои, которые всегда предстоят пред тобою и слышат мудрость твою!» Слуги и друзья и избранники Божии будут возвеличены Отцом, потому что Отец вручил их Сыну, по признанию Самого Сына, Ис. 8, 18: «Вот я и дети, которых дал мне Господь», и т. д. И Ин. 17, 24: «Отче! которых Ты дал Мне, хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною, да видят славу Мою, которую Ты дал Мне», и т. д. Они были возвеличены Сыном, заповедавшим не презирать их, Мф. 18, 10: «Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих». Они были возвеличены Святым Духом, Который «свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии», Рим. 8, 16. Рабы Божии возвеличены также ангелами, ибо «не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?», Евр. 1, 14. Посему Сам Сын Божий говорит, Мф. 18, 10: «Ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного». И еще: «Нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих» (Мф. 18, 14). Итак, поскольку рабы Божии так возвеличены Отцом и Сыном и Святым Духом и даже самими ангелами – хранителями их, плохой прелат, который их не почитает, унижает, презирает, бранит, преследует и притесняет, должен стыдиться. Посему хорошие подчиненные могут напомнить плохому прелату, презирающему и унижающему их, слова, содержащиеся в Книге Иова, /f. 257c/ 18, 3: «Зачем считаться нам за животных и быть униженными в собственных глазах ваших?» Ведь Бог обещает, что «защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь», и «подаст им защиту вскоре от соперника», Лк. 18, 7–8, 3. Сам Он сказал рабам Своим, Зах. 2, 8: «Ибо касающийся вас касается зеницы ока Его». Господь обещал также любому рабу Своему то, что читаем в 1 Цар. 22, 23: «Останься у меня, не бойся, ибо кто будет искать моей души, будет искать и твоей души; ты будешь у меня под охранением».

Мы можем также привести еще три довода в пользу того, что прелаты не должны плохо обращаться с подчиненными, а наоборот, должны относиться к ним с величайшим почтением. Первый довод основывается на словах, читаемых о Господе, Лк. 5, 3: «Войдя в одну лодку, которая была Симонова, Он просил его отплыть несколько от берега». Толкование этого таково: «Словом “просил” посрамляется гордыня прелатов, которые всегда приказывают, а просят с трудом или не просят никогда». Иез. 34, 4: «Правили ими с насилием и жестокостью». А вот Повелитель неба и земли, Который «скажет солнцу, – и не взойдет, и ветрам повелевает и воде, и повинуются Ему»[711], просит, а не приказывает, тогда как жалкая песчинка, не помня себя, громко кричит от важности на равных себе, распалясь властью. Быт. 9, 2: «Да страшатся и да трепещут вас все звери земные». Об этом Григорий говорит[712]: «Человеку отдано природой предпочтение перед неразумными животными, а не перед прочими людьми, и поэтому говорят ему, что его должны бояться животные, а не люди, ибо свойственное гордыне желание – быть предметом боязни со стороны равного – противоречит природе».

Второй довод – то, что мы читаем о Петре и Корнилии, Деян. 10, 25–26: «Когда Петр входил, Корнилий встретил его и поклонился, пав к ногам его. Петр же поднял его, говоря: встань; я тоже человек».

Третий довод – то, что мы читаем об Иоанне /f. 257d / и ангеле, Апок. 22, 8–9: «Когда же услышал и увидел, пал к ногам Ангела, показывающего мне сие, чтобы поклониться ему; но он сказал мне: смотри, не делай сего; ибо я сослужитель тебе и братьям твоим пророкам и соблюдающим слова книги сей; Богу поклонись». Итак, Бог, апостол Петр и Ангел почитают рабов Божиих, почему же жалкие прелаты возносятся над ними в гордыне своей? В самом деле, как говорит Амос. 6, 5–6: «Вы, которые… поете под звуки гуслей, думая, что владеете музыкальным орудием, как Давид, пьете из чаш вино, мажетесь наилучшими мастями, и не болезнуете о бедствии Иосифа!» Посему Господь показал там же, что Он считает это за зло, сказав: «Гнушаюсь высокомерием Иакова и ненавижу чертоги его» (Ам. 6, 8).

Заметь, что в ином монашеском ордене всегда будут люди, бывшие в миру знатными, богатыми и могущественными, а ведь в ордене есть и старые: кто – по возрасту; кто – по вступлению в орден[713]; есть, что гораздо лучше, братья духовные, созерцательные и преданные Богу, и достойные любви братьев; есть также люди, приверженные мудрости и учению, образованные и красноречивые, обладающие природным умом и добронравием. Тем не менее во главе таких людей может быть поставлен некий прелат, который будет и рода недостаточно знатного, и во всем том, о чем было сказано выше, будет недостаточен и бесполезен; и он, никого не уважая, скатится до такого высокомерия и глупости, что надмится «сердце его пред братьями его», Втор. 17, 20. Ибо всем он будет говорить в единственном числе «ты». Такое обращение допустимо лишь в пяти случаях. Во-первых, в случае превосходства, как мы привыкли говорить, обращаясь к Богу: «Ты, Боже, творящий чудеса, и Ты один Всевышний на всей земле». Во-вторых, в местном наречии, как поступают жители Апулии и Сицилии и римляне /f. 258a/, которые говорят императору и верховному понтифику «ты», но при этом величают его господином, говоря: «Ты, мессер». В-третьих, – по случаю юного возраста. Уместно и подобает говорить подростку «ты», поскольку он дитя и молод. Но жители Ломбардии говорят «вы» не только одному отроку, но и одной курице, и одному коту, и даже одному дереву. В-четвертых, – по случаю проклятия кому-либо за грехи его, как иногда прелат говорит старцу: «Вот ты, несчастный, никогда не исправишь жизнь свою и не станешь лучше,