Читать книгу - "Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох"

теперь эта экономия грозила сказаться на всех нас. Сам он и господа магики спали в гостевых комнатах на втором этаже харчевни, куда они прибыли в самый разгар нагнавшей нас в пути бури.

Молнии половинили небо, а гром грозил расколоть землю на тысячу частей. Мы гнали коней, рискуя лишиться пары колёс. Позади громыхала телега, подгоняемая отборными ругательствами из асмирова арсенала. Дождь, поначалу несильный, после разгулялся так, что даже конские крупы едва были различимы в этом сплошном потоке. На подъезде к цели мы все вымокли до нитки, замерзли и проголодались.

На харчах в этот раз не экономили. Накормили сытно. За одним столом сидели господа магики и дама, за другим прочие. Кушали долго. После асмирова ватага выкатилась прочь, ушёл за ними спать и Яргит. Магики в сытом угаре затеяли спор о природе происхождения зла. Я ж не могу уйти, пока не убедился, что мой наниматель отойдёт почивать, и потому только слушал и смотрел. И делал для себя выводы.

— Говорю вам, зло в мир приходит посредством бесов и демонов, — твердил средних лет мужчина с узким скуластым лицом, кажется Вассиен Прелих. — И доказать можно. Сколько пришло в мир страдания, когда сделались Разломы по всей земле?

— Но позволь, друг Вассиен, — увещевал его Никкей Моллин, высокий, седой старик, — разве до раскола не было в мире страданий, как ты изволил выразиться? Были. При чем же здесь демоны?

— Именно, именно, — кивал третий, Самин Головик, набивая рот квашеной капустой, круглый, как горшок, из которого он черпал пряные лохмотья.

— Так, ты хочешь сказать, что не разломы способствовали появлению в мире упырей да оживающих мертвецов. Не они разве? — кипятился друг Вассиен. Но я б назвал его Васей. Никак не тянули на благородное имя крутые пересийские скулы и чуть раскосые глаза. Знать, мать его иль бабка нагуляла когда-то от туземца приплод, да позабыла сказать о том мужу рогоносцу.

— Разве в них все зло заключается? Муж, избивающий жену в пьяном мороке, не зло? Убивец в подворотне — не зло? Основа всему по-прежнему — человек, — доказывал Моллин. Магичка не встревала, молчала, только бросала в стороны любопытные взгляды. И показалось мне, что полумраке пытается она найти кого-то. А уж в харчевном зале считай кроме нас никого не осталось. После дождя все отопрели, разогрелись и телом, и духом.

— То человека бесы совращают, заставляют отвращаться от Бога.

И далее все об одном. Один кричал, что человек своей воли не имеет и виной всему дьявольские создания, лезущие к нам из Разломов. Старик же, помудрей, и в том я б с ним согласился, что демоны приходят лишь за пищей, а уж чем кормить и кормить ли, человеки решают сами. Человек — существо волей обладающее, потому может для себя решить, принимать ему это самое зло или нет. А сторонний объект, человека ко злу толкающий, это миф все. Чтоб оправдать свою слабую волю. Так я мыслил. И невольно думал о себе.

А демон, посчитал, что мне его мнение интересно, впервые вступил со мною в беседу.

«Разве ты не творишь зла? — Спросил он меня, читая мои мысли, как книгу. — Ради себя? Кто ты в это мире?»

Тут не согласиться с ним нельзя. Так и есть. Спасаю свою шкуру и через то делаю подчас страшные вещи. Но я не говорю, что меня принуждал демон. Нет. Это всё было в моей воле. Но, хочу малостью оправдать себя, коль можно было обойтись малой кровью, я так и делал.

«Знать, ты и есть его источник. Человек»

«Не будь тебя, сгинул бы я ещё шесть лет назад, — возразил я ему. — И было б в мире зла вдвое меньше». И умолчал о том, что он не даёт мне покинуть мир людей. Уж сколько раз я мог бы отбыть в огненную бездну. Да, всё никак. Тогда я ещё не думал, чем это мне грозит и считал, что всё к удаче.

«Не равняй себя со мной,» — обиделся демон.

«Как можно»

И на том он замолчал, оставив меня в пылу жаркого спора. Спорили, как я понял о будущей нашей цели. Храм, прости, хрен вспомнишь кого.

Говорил о в основном Никей Моллин. Алхимик и, как выяснилось, немного даже чернокнижник. Подумал я, что надо бы присмотреться к нему получше. Алхимия — моя слабость.

— Представьте себе! — Кипятился он, брызгая на товарищей слюной. — Целый комплекс на земле! А под землей точно такой же в зеркальном, так сказать, отражении, точно корешки у растения. Вот где строители!

— Как же они это строили? — Удивлялся Самин Головик, взятый в экспедицию в качестве магического щита. Не за ум, за силу. Да и то приобретённую. Я б посмотрел на него в деле, но пока было рано о том.

— В этом-то и загадка! Строили только надземную часть, другая вроде как вырастала сама собой! — Воскликнул Моллин, аж подпрыгивая на месте. — Точно живая! Не пускала к себе! Теперь-то посмотрим!

Посмотрим, думалось мне. Под землю то мне не в первой лезть. Только каждый раз думалось, не стал бы могильник моим. Чем чаще воскрешал меня Жнец, тем сильнее он сжимал когти на моём горле. Потому моим смертям он вовсе не возражал, даже радовался. Подумалось мне, что беречься всё ж не помешает, коль я хочу выйти победителем.

Я то ладно, но как планировали туда идти наши магики? И понял я, что они понятия не имеют, куда идут и что будут делать. Поспорили ещё. Магичка тронула своего быка за руку, и они вдвоём, извинившись, отправились в опочивальни. А с ними и я. Был милостиво обласкан у дверей подвыпившим Акварисом, одарен медью, а от магички мне достался долгий похотливый взгляд. Я проводил их с богом, и пошёл спать и сам, в конюшню. Там, над денниками в сене нам разрешили переждать ночь.

А там меж тем, затеяли игру в карты, сидели небольшим кругом при свете масляного фонаря. Было их пятеро. Время тебя с ними познакомить, сколь узнал их я.

Давешний знакомец по дневному разговору. Семмус Охф по прозванию «Кот». Весь мягкий какой-то, плавный, но это не делало его менее опасным, чем другие. Он таскал на поясе огромную загнутую к концу саблю, и было мнение, что пользоваться ею он умеет хорошо. Стрелял по сеновалу глазами, останавливаясь