Читать книгу - "Ассимиляция - Марк Амврелий"

Сердце неприятно сжалось. Когда она так говорила, слышать это было физически больно.

Глава 3

Волчье проклятье

Крышка капсулы еще не успела подняться до конца, а я уже протискивался в щель, стараясь быстрее вылезти. Долбанулся плечом о край, едва не навернулся на пол, взял телефон и снова набрал сестре, так как игра нас разъединила.

— Алло, Ксюх, на проводе. Что случилось? Что за кипиш?

— Я сижу на лавке у подъезда. С вещами. Забери меня, пожалуйста.

В трубке было слышно, как сестра ревет.

— Ты там, у своего подъезда? — уточнил я, а сам прижал телефон к уху и принялся спешно натягивать джинсы.

— Да.

— Антон рядом? Он тебя ударил?

— Нет. Он на работе. Просто приедь за мной, ладно?

— Ща буду.

Сестра жила у парня, они уже два года встречались, и я знал, что между ними иной раз бывают ссоры, но чтобы Ксюха вот так рыдала и просила ее забрать — это было впервые. Я быстро натянул футболку, взял ключи от машины и уже через минуту спускался в лифте, напряженно следя за экраном, на котором сменялись цифры этажей.

До Ксюхи доехал быстро, благо утренние пробки уже рассосались, да и жили мы оба на северо-западе Москвы. Я в Строгино на синей ветке, она на Щукинской на фиолетовой. Быстро домчался на своем черном «Ниссане», в очередной раз отметив, что мне не нравится звук мотора. Стучал, зараза. Тачку я брал подержанную, старую, и каждый месяц она преподносила мне новые сюрпризы.

Ксюха не соврала — реально сидела на лавке у подъезда. Обложилась чемоданами, сумками, пакетами с одеждой. Как она только все это в одиночку уперла?

— Че стряслось-то? — спросил, открывая багажник машины.

— Мудак он, вот что, — всхлипнула она и потащила тяжелый чемодан к багажнику.

Перехватил ее поклажу.

— Я сам. То, что он мудак — я тебе давно говорил. А конкретнее, что он учудил?

— Неважно, — она потупила взгляд.

Что такое могло случиться, что она вот так резко бросила парня и решила от него свинтить? Но понимал, что раз не хочет говорить, лучше не давить, а то еще больше разревется. А я никогда не умел утешать девчонок и всегда терялся, когда они начинали реветь.

Загрузил ее вещи в машину и повез к себе. Понимал, что ей точно не захочется покидать Москву и возвращаться в поселок к нашим родителям. Мы оба сбежали оттуда, как только закончили школу. Сначала я, а через два года сестра.

Пока ехали, ее телефон ожил. Краем глаза заметил, что на экране высветилось «Зая». Она убавила звук и повернула телефон экраном вниз.

— Хочешь, я с ним поговорю?

— Не надо, — из ее глаз вновь потекли слезы.

Да е-мое. Только девка успокоилась.

Что ж там натворил этот ушастый, что Ксюха с ним даже разговаривать не хочет?

— Давай-ка знаешь что? — произнес я, сворачивая вместо дома к супермаркету. — Пойдем. Выберем самое вкусное вино и самый дорогой торт.

Губы сестры чуть дрогнули в легком намеке на улыбку. Понял, что надо жать в том же направлении.

— И манго купим. Хочешь манго?

Я знал, что она ими грезила. В поселке манго мы видели только по телеку. И когда папа один раз съездил в Москву и привез оттуда манго, сестра потом неделю еще вспоминала, какое оно было вкусное, и мечтала когда-нибудь обожраться им до отвала.

Вот только нас забыли предупредить, что деньги не приходят автоматом вместе со взрослением. И все наши детские хотелки можно засунуть в задницу. Потому что взрослый мир ни хрена не дружелюбный. Тут надо впахивать, считать каждый рубль и экономить на всем. То, что в детстве ты получал бесплатно, теперь стоит денег, которых вечно нет. Я и сам постоянно сидел на мели, и деньги на карте у меня лежали, чтобы в выходной дойти до ТЦ и купить джинсы, потому что старые уже протерлись. Но я решил, что месяц они еще потерпят, а вот сестру надо было вытаскивать из депрессии.

Обещание взять манго сработало. Ксюха вытерла слезы, и на ее лице даже появилось какое-то подобие улыбки.

Мы закупились. Заодно взял сосисок по акции, макароны и пачку котлет. Ксюху надо было чем-то кормить, а у меня в холодильнике не так, чтобы был особый выбор, из чего делать ужин. Думал, мы сразу сядем за стол, я вина открою, поговорим. Но сестра сказала, что хочет побыть одна, и умотала в душ. Что случилось — хрен его разберет. За что конкретно обещать Антохе разбить морду — тоже непонятно. Так что не стал докапываться до сестры и оставил ее в покое.

Прикинул, что Ксюха пробудет в душе минут сорок, если не больше, а это минимум шесть с половиной часов игрового времени. Полагал, что этого времени с лихвой хватит, чтобы пройти обучение у наставника и выполнить несколько квестов.

К тому же, очень хотелось куда-то выплеснуть накопившуюся злость. При сестре я старался держать себя в руках, но непонятная ситуация с ее парнем крайне бесила. Чёрт, сказала бы сразу, что к чему, а так, в голове крутились настолько страшные картины, что реально хотелось убивать.

Начиналось так мило, благодушно. Я подошел к наставнику. Тот стоял у оружейного стенда и откровенно флиртовал с молодой торговкой. Впервые видел, чтобы неписи так коротали время в ожидании реальных игроков, ну да ладно. Видимо, разрабы задались целью сделать все, чтобы мы забыли, что это виртуальный мир. Да и сколько я тех неписей видел? Игра-то реально прорывная, первая в своём роде.

Над головой наставника высветилось «Поликарп Поликарпыч. Наставник гибкого оружия. Уровень 35». Я хмыкнул. Всего тридцать пятый? Не густо. Да и выглядел наставник невзрачно: худощавый, суховатый, руки были исполосованы шрамами, нос явно ломали и не раз. Одет он был в плотную темную рубаху с узкими рукавами, кожаный жилет и штаны, заправленные в высокие сапоги. Предплечья защищали иссеченные наручи, а на широком поясе висели свернутые кольцами кнуты. И вот этому старичку я должен был отдать целый золотой?

Я с сомнением остановился возле него и произнес:

— Хочу научиться владеть кнутом.

— А здороваться научиться не хочешь? — неприветливо буркнул тот.

В обычной жизни я бы, наверное, смутился на такое замечание. Извинился бы, исправился. Но тут…