Читать книгу - "Ассимиляция - Марк Амврелий"

— Ну ахиреть вы придумали, — я сжал губы, понимая, что простенький квест грозит обернуться провалом.

Я крутанул плетью вокруг себя, отгоняя стаю, а затем побежал к дереву. Подпрыгнул, схватившись за нижние ветки, но не успел подтянуть ноги: пасть клацнула, обхватив меня за ступню и дернув вниз. Рухнул на землю и взвыл от острой боли, прострелившей все тело.

Вновь замахнулся кнутом, но из положения лёжа попал только себе же по заднице. Унизительная боль придала сил, так что, когда на меня в очередной раз прыгнул волчара, я со всей дури засунул рукоять кнута ему прямо в глотку. Раздались булькающие, затем сипящие звуки, и тот рухнул. Видать, повредил ему гортань и трахею. Что ж, этому горловой больше не предлагать — опасно для волчьей жизни.

Получено опыта: 32

Текущий опыт: 69/100

Я бы порадовался: еще один такой волк — и уровень апну, но вокруг кружили оставшиеся четверо хищников. Попытался встать, но укушенная нога не слушалась. Волки приближались, угрожающе рыча. Они чуяли кровь.

Попробовал приподняться. Вновь махнул кнутом, пытаясь отогнать, но больше этот прием не работал. Волкам было плевать на мои жалкие потуги. Они приближались, скалясь и не сводя с меня желтых глаз.

Ударил одного, и тут же три других бросились на меня одновременно. Я закрыл горло предплечьем, но на руке сомкнулись зубы. Кнут выпал из пальцев. Последнее, что я увидел — желтые клыки у лица. А затем наступила темнота.

«Вы погибли».

— Да я и сам догадался.

Ожидал, что вновь окажусь в каменном зале, но темнота не проходила. К тому же я понял, что до сих пор лежу. И лежу как-то очень неудобно. Что-то сковывало движения, не давая подняться.

Ощупал пространство: ладони утыкались во что-то деревянное. Пахло сырой землей. Я попробовал вытянуть руку вперед и понял, что надо мной крышка гроба.

Блядь. Меня похоронили.

Глава 2

Цена ошибки

Я уперся ладонями в крышку гроба и толкнул. Доски прогнулись, сверху посыпалась земля, но крышка не поддалась. Похоже, неглубоко захоронили. Уперся в крышку ногами и толкнул раз, другой. Крышка поддавалась с трудом. Раздался хруст ломаемых досок, на лицо мне рухнул ком сырой земли. Следом посыпалось еще. Я зажмурился. Прикрыл рот локтем и продолжил выбивать доски. Из-за поднявшейся пыли было тяжело дышать. Во рту першило. Я закашлялся, понимая, что если срочно не выберусь наружу, то рискую помереть повторно и вновь оказаться в гробу, только вот вряд ли тот будет уже раскурочен.

К счастью, создатели игры были не настолько отъявленными садистами и сделали гроб из гнилых досок. Я проломил крышку, протиснул в щель плечо и начал копать вверх. Земля лезла за ворот, скрипела на зубах. Воздуха оставалось все меньше. В реальности я бы уже пересрался от страха и запаниковал, но мысль, что я в игре, успокаивала. По крайней мере, я мог отслеживать красную полоску жизни и точно знал, когда нехватка воздуха станет критичной.

Наружу я выбрался, когда до повторного рестарта оставалось не больше десяти процентов жизни. Рванулся наверх и наконец вывалился на траву. Несколько секунд просто лежал на животе и думал о том, как это прекрасно — просто дышать.

Да уж, это тебе не смерть в обычной компьютерной игре, где твой перс возрождается на базе и топает на точку смерти подбирать выпавший лут. «Барьер» за один раз научил ценить жизнь.

Я выплюнул остатки земли, потряс ворот рубахи, высыпая оттуда сырые комья. Попить бы, а то на зубах до сих пор скрипело. По счастью, рядом с кладбищем обнаружился небольшой ручей. Я жадно припал к воде, прополоскал рот, сполоснул грязное лицо и руки.

Осмотрелся. Справа торчали покосившиеся кресты, слева тянулась каменная ограда, за ней виднелись городские крыши. Ну, хоть до города топать недалеко.

Вызвал интерфейс, проверяя опыт и инвентарь.

Дебафов не было, полученные очки тоже не срезали.

У меня по-прежнему висел 1-й уровень.

Экипировка и оружие сохранились. А вот заработанные на крысах два серебряных пропали. Похоже, все мое небогатое игровое состояние, добытое таким трудом, сейчас лежало в лесу возле уцелевших волков.

Я не собирался оставлять свои накопления хвостатым, да и квест надо было добить. Так что направился снова к северному тракту.

На этот раз не стал сразу лезть к волкам. Обошел место по широкой дуге, высматривая подходящее дерево. Нашел крепкий дуб с низкой веткой. Забрался на него повыше, удобно устроился на ветке.

Сверху поляна выглядела не такой уж и страшной. Возле тела мертвого волка лежал мой кошелек, подсвеченный слабым голубым контуром. Рядом ходили оставшиеся четверо. Нужно было привлечь их внимание.

— Эй! Вы! Коврики шерстяные! — крикнул я, но волки то ли обиделись на обзывательство и решили принципиально игнорировать меня, то ли им в принципе было по барабану, что я воздух сотрясаю.

Они по-прежнему кружили вокруг мертвого сотоварища, даже не думая подходить ко мне. А сам я со своего укрытия не смог бы достать до них кнутом.

Осмотрел ветку и заметил несколько желудей. Сорвал парочку и запустил ими в стаю. Сработало. Волки сагрились и направились к моему дереву.

Я возликовал.

— Цыпа-цыпа, — подзывал я. — Не бойтесь, подходите. Я вас не трону. Почти.

Дождавшись, когда вся четверка окружила ствол дуба, я вытащил кнут и замахнулся. Кончик просвистел в нескольких сантиметрах от волчьей морды, не достав до нее. Я попытался свеситься и сделал еще один замах. Волк спокойно увернулся от удара.

Я пробовал еще и еще, силясь достать до шерстяных, а те, будто издеваясь, легли у дерева и принялись сторожить.

— Эй! Тунеядцы! Встали, солнце еще высоко!

Я кричал, кидал желудями — бесполезно. Волки, похоже, поняли, что я не могу до них достать, и просто легли ждать, когда мне надоест куковать на дереве. И, надо сказать, их тактика, в отличие от моей, работала. Потому что через минут двадцать у меня начали затекать ноги. Кора впивалась в ребра, мышцы рук забивались, пальцы горели от того, что я заставлял их с силой держаться за ветку. Понимал, что и спуститься не могу — тут же загрызут. И сидеть так дальше бесполезно — в какой-то момент тело перестанет слушаться, руки сами разожмуться, и я свалюсь кульком к ногам стаи.

Подтянул ноги ближе, а затем свесился вниз. Вот теперь я доставал до хищников. Вытащил кнут. Положение было не самым удобным: кровь приливала