Читать книгу - "В поисках средств к существованию - Карл Поланьи"

универсально существовать в одинаковых областях деятельности в любом обществе. А если главный вопрос, который нас интересует при изучении любого общества, – это материальная область человеческой деятельности, то тогда теорию организации и развития экономики следует рассматривать отдельно от формальной экономики.

Следовательно, по мнению Поланьи, такие факторы, как общественный порядок, процесс производства материальных благ, правила их использования, приобретения и расходования, становятся совершенно необходимыми составляющими экономического процесса, причем не из-за ограниченности этих благ. Скорее, это происходит в связи с тем, что при производстве материальных благ, их перемещении и передаче из рук в руки, независимо от их относительной редкости или избытка, люди должны руководствоваться определенными правилами администрирования; знать права и обязанности, связанные с использованием людей и предметов в процессе производства; выполнять правила распределения материальных благ; соблюдать ритмичность работы; знать единицы измерения времени, веса и пространства. Без учета всех этих факторов наступит полный хаос. Эти проблемы субстантивной экономики охватывают социальную, культурную и материальную сферы, и их невозможно понять, если они будут трактоваться просто как некая абстракция, как экономность при использовании ограниченных материальных благ или как стремление «избегать расточительства и нецелесообразности».

В этой книге отчетливо прослеживается мысль Поланьи о том, что в примитивных и ранних исторических обществах доминирующие технологии, общественное устройство и системы коммуникации, упорядочивающие и интегрирующие экономическую жизнь, не приводят к ситуациям, в которых человеческие и природные составляющие экономического процесса могут рассматриваться участниками этого процесса как универсальные инструменты или ресурсы, используемые для достижения разных целей. Взаимовыгодные отношения между людьми относительно материальных благ, как правило, включены в разветвленную сеть социальных и политических обязательств, которые не позволяют отдельному человеку максимизировать в этих отношениях собственные «экономические» преимущества. Поланьи демонстрирует, что даже когда в этих обществах появляются рынки, деньги и цены, социальные, культурные и политические надстройки не приводят к ситуациям, в которых выпуск сопоставляется с затратами, в результате чего экономически оптимальное поведение отдельного человека, не говоря уже об экономике в целом, не может быть определено даже в общих чертах.

Критикуя наблюдавшееся смещение интереса в сторону рыночной системы, Поланьи сосредоточил внимание в первую очередь на торговле, деньгах и рынках, то есть на институтах, трактовка которых в историческом ключе, по его мнению, была совершенно неверной. Он объяснял это близорукостью современных западных представлений, согласно которым эти факторы по природе своей были связаны в неразрывную цепочку действий, имевших своей целью извлечение выгоды. Самая жесткая критика Поланьи была направлена на работы Бюхера, Тённиса, Мэйна, Турнвальда, Малиновского, Вебера и Дюркгейма. Его собственный вклад состоял в том, что он разработал четкие операционные определения торговли, использования денег и рынков; определил, каким целям они служат, а также описал различные типы социальных ситуаций, в которых они функционировали на протяжении длительной истории человеческой цивилизации, причем задолго до появления на Западе рыночной системы. Он тщательно проанализировал, каким образом мог происходить фактический обмен между людьми как при наличии, так и в отсутствии рынков, но в любом случае без использования якобы неизбежных правил, относящихся к механизму «предложение – спрос – цена».

Он ввел в научный обиход новые концепции операционных механизмов и эквивалентов, проиллюстрировав способы, с помощью которых примитивные и древние экономики могли выполнять сложную задачу, связанную с измерениями и с установлением обменного курса, не имея сложных концептуальных систем мер и весов, а также в отсутствии таинственной магии цен, автономно устанавливаемых под воздействием спроса и предложения. Ему удалось понять, какое огромное значение для политического и экономического развития играли такие факторы, как сокровища и престиж – культурные институты, характерные для любого раннего общества. Кроме того, он проследил процесс постепенного «очищения» экономических трансакций от их социального наполнения – статусности и власти.

Однако, размышляя о работах Поланьи, всегда нужно учитывать тот факт, что его широкое историческое полотно, описывающее торговлю, деньги и рынки, было частью более значимой концепции и имело более масштабные цели. Эта более значимая концепция представляла собой общую теорию экономики в обществе, свободную от доминирующего уклона в сторону «рыночного менталитета», характерного для нашего времени. Таким образом, в первую очередь он стремился определить значение, масштаб и содержание области производства материальных благ, существующей в каждом обществе. Он делал различие между «локационными перемещениями» (то есть пространственными «физическими» перемещениями, характерными для природно-антропогенных аспектов производственного процесса) и «перемещениями, осуществляемыми в целях приобретения», которые определяют важнейшую пограничную сферу в отношениях между экономикой и обществом. Такие «перемещения в целях приобретения» упорядочивают отношения между людьми в ситуации, когда в ходе экономического процесса они регулярно приобретают начальный продукт и избавляются от конечного продукта. Материальные блага, люди-агенты и технические знания, которые способствуют производству, – все эти факторы должны перемещаться или приводиться в движение с целью перемещения, в результате которого они меняют свое место в обществе. Продукты же, производимые в ходе таких действий, возвращаются к членам общества. Это та сфера, в которой существуют установленные правила приобретения – права и обязанности. Именно они и определяют взаимоотношения между людьми в процессе приобретения и распоряжения ценными предметами, а также в процессе найма людей – агентов экономического процесса. В широком смысле эта сфера может пониматься как сфера «имущественных» отношений, и если речь идет о производстве, то она может представлять собой как минимум одну из составных частей того, что Маркс называл «производственными отношениями».

Социальная структура «имущественных прав» позволяет рассматривать экономику в качестве социальной системы. Эта социальная структура вмещает в себя институциональную матрицу, которая упорядочивает экономические отношения, возникающие между людьми. Кроме того, она определяет место экономики в обществе. Под этим понимается, что эта структура содержит общественный источник прав и обязанностей, которые санкционируют вовлечение товаров и людей в экономический процесс, их перемещения в рамках этого процесса, а также выход из него.

Поланьи выделил три основных типа социальной организации экономической деятельности, назвав их «формами интеграции»: «реципрокность, редистрибуция и обмен». (Четвертый подтип – «ведение домашнего хозяйства» – мог иметь характерные черты всех трех главных типов; он был введен Поланьи для обозначения земледельческого домашнего хозяйства.) Хотя у Поланьи нигде об этом не говорится в явной форме, эти типы социальной организации экономической деятельности соответствуют «имущественной» сфере социальной организации экономики. Это означает, что они определяют типичные паттерны взаимоотношений между людьми в ситуациях, когда они приобретают производственные ресурсы и материальные блага, удовлетворяющие их потребности, и распоряжаются ими. Эти паттерны также служат для определения места экономики в обществе в том смысле, что они в целом определяют виды институциональных (социальных, политических, экономических) решений, которые закрепляют права и обязанности между людьми в процессе экономической деятельности.

Одна из типичных форм, служащая целям упорядочивания этих