Читать книгу - "Хакеры Lazarus. Кибервойна Северной Кореи — от Голливуда до мировых финансов - Джефф Уайт"

ней в следующие два года — iCryptoFx, Union Crypto Trader, Kupay Wallet, CoinGo Trade, JMT Trader, Dorusio, CryptoNeuro Trader и Ants2Whale (отсылка к криптовалютному жаргону: «от муравья до кита» — путь от мелкого и бедного инвестора к крупному и богатому). Сайты у них были разные, но предлагали они одну и ту же торговую платформу с одной и той же спрятанной внутри вредоносной программой, которую исследователи кибербезопасности прозвали AppleJeus. Всякий раз, как очередную версию разоблачали как аферу, хакеры Lazarus просто запускали следующую. И это работало: в августе 2020 года кто-то в неназванной нью-йоркской компании, оказывающей финансовые услуги, скачал CryptoNeuro Trader. Вирусы сработали. Группировка Lazarus унесла 11,8 млн долларов21.

Последний на момент написания книги взлом, который приписывают северокорейским киберналётчикам, — не только один из крупнейших в истории криптовалют: он ещё и показывает, как быстро группировка меняет тактику.

В сентябре 2020 года криптобиржа KuCoin объявила о взломе: по данным исследователей кибербезопасности, пропали 275 млн долларов22. Подозрение сразу же пало на Lazarus. Но на этот раз установить авторство атаки оказалось ещё труднее. Хакеры учли опыт прошлых дел и кое-что подправили в своей тактике.

Как мы уже видели, криптобиржи, борясь с мошенничеством и отмыванием денег, начали требовать от пользователей документ с фотографией. При атаке на KuCoin хакеры обошли это препятствие, переведя деньги в «своп-сервисы» (сервисы обмена). На обычной бирже пользователь, скажем, переводит биткоины на кошелёк биржи, а биржа выплачивает ему доллары. То есть за деньги клиентов отвечали биржи, и потому, чтобы не нарушать требований регуляторов, они ввели более строгий контроль за отмыванием. Новое поколение «своп-сервисов» работало иначе. Они просто сводили продавцов с покупателями и давали им совершать сделки напрямую (беря за знакомство комиссию). Сами своп-сервисы деньгами никогда не владели, а потому не считали нужным проверять их на отмывание.

И всё же следователи сумели разглядеть на деле KuCoin отпечатки пальцев Lazarus. Хоть хакеры и пользовались биржей другого типа, они по-прежнему отправляли деньги теми же порциями цепочек отщипывания, что и раньше, а иногда даже с тех же адресов биткоин-кошельков23.

Так взлом KuCoin пополнил растущий список криптовалютных налётов, приписываемых Lazarus. С 2017 года группировка атаковала десятки целей. Подсчитать, сколько всего она на этом заработала, непросто по ряду причин. Во-первых, как мы уже видели, стоимость этих валют далеко не стабильна (например, деньги, украденные у NiceHash, в момент кражи стоили 75 млн долларов, через две недели — почти 130 млн, а ещё через месяц — около 20 млн). Во-вторых, как ни стараются хакеры, биржам иногда удаётся вернуть часть украденного (KuCoin, например, утверждает, что вернула 204 млн долларов)24. И в-третьих, авторство таких взломов, разумеется, всегда можно оспорить. Одно из крупнейших криптоограблений всех времён — кражу 530 млн долларов у японской компании Coincheck в январе 2018 года — спецслужбы Юга приписали Северной Корее, но СБ ООН, похоже, не включает его в свой перечень дел Lazarus25.

И всё же, если сложить все криптовалютные взломы, приписываемые Северной Корее, по стоимости украденной валюты на момент кражи, получится умопомрачительная сумма — 1,3 млрд долларов. Если это так, то, возможно, она скрасила разочарование, которое члены Lazarus могли испытывать после дела Банка Бангладеш. Своё миллиардное ограбление банда всё-таки провернула.

Но общая сумма здесь, пожалуй, не главное. Эти криптовалютные атаки показывают, с какой ошеломляющей скоростью северокорейские хакеры способны не только осваивать новые технологии, но и использовать их, постоянно оставаясь на самом переднем крае. Сейчас на планете ничтожно мало людей, которые по-настоящему глубоко разбираются в том, чего я коснулся в этой главе: блокчейне, цепочках отщипывания, своп-сервисах и прочем. И мысль о том, что некоторые из них живут в такой стране, как Северная Корея, одновременно завораживает и всерьёз тревожит.

Как говорит Присцилла Мориучи, бывший аналитик Агентства национальной безопасности США по Северной Корее: «Мы раз за разом это видим, когда разбираем кибероперации, — как они используют современные интернет-технологии. Северокорейцы правда на переднем крае, и они очень гибкие. Они понимают наши технологии, нашу культуру и наше общество лучше, чем мы вообще готовы за ними признать».

Но, при всех своих передовых криптовалютных успехах, группировка Lazarus ещё не покончила с традиционным банковским сектором. Как в любом хорошем фильме об ограблении, оставалось время ещё на одно большое дело. И, как в кино, всё пойдёт не по плану. На этот раз северокорейские посредники не ускользнут. А то, что выйдет на свет, покажет, как далеко сегодня раскинулась международная сеть Северной Кореи.

15

За добавкой

Вторник, 12 июня 2018 года. Ким Чен Ын снова в свете софитов. В отличие от встречи с Мун Чжэ Ином на границе двумя месяцами раньше, на этот раз есть и красная ковровая дорожка, и целый лес флагов, и шикарная площадка — отель Capella на острове Сентоза у берегов Сингапура. Дипломатическое наступление Кима вышло на новый уровень: ему предстоит встреча с президентом США.

И на этот раз никакой бестолковой толкотни фотографов, мешающих друг другу. Каждая деталь встречи срежиссирована до мелочей. Справа появляется Дональд Трамп — с выражением лица «я-вершу-важные-дела-на-мировой-арене». Слева широким шагом входит Ким: он улыбается, но, похоже, слегка нервничает. Они пожимают друг другу руки. Затворы фотоаппаратов трещат оглушительной какофонией, и Ким, кажется, немного растерян. «Они никогда не унимаются», — слышно, как говорит ему Трамп, и для человека, давно привыкшего к славе, звучит это на удивление раздражённо1.

Встреча примечательна, если вспомнить, какими натянутыми были отношения двух лидеров, большую часть предыдущего года обменивавшихся оскорблениями. После северокорейских ракетных испытаний 2017 года Трамп предупредил, что, если страна продолжит свои «угрозы» в адрес США, её встретят «огнём и яростью, каких мир ещё не видел»2. В речи в ООН он назвал Кима «маленьким человеком-ракетой». Ким назвал Трампа «выжившим из ума стариком»3. Тех, кто следит за делами Северной Кореи, такая риторика наверняка всерьёз тревожила: напряжение нарастало, а ставки в этой игре были выше некуда. И всё же благодаря обескураживающему подходу Трампа к внешней политике два лидера оказались здесь — пожимали друг другу руки и обменивались любезностями под ярким сингапурским солнцем.

Так начался «броманс» этой пары: в следующие месяцы они обменивались, как выразился Трамп, «прекрасными письмами». «Мы влюбились друг в друга», — сказал он4. Через год после сингапурского саммита Трамп приедет на корейскую границу в Пханмунджом. Как и Мун Чжэ Ин, он перешагнёт пятисантиметровый пограничный бортик и ступит на землю Северной Кореи — первым из действующих президентов США5.

Подход Трампа вызывал немалые сомнения, как и то,