Читать книгу - "Хакеры Lazarus. Кибервойна Северной Кореи — от Голливуда до мировых финансов - Джефф Уайт"

связи с сетями опытных высокотехнологичных преступников, которые с превеликой охотой протягивали ей руку помощи, — это хорошо видно на примере одного любопытного дела.

ФБР расследовало кражу, случившуюся в конце 2018 года: с неназванной криптобиржи увели около 230 млн долларов8. Погоня за деньгами завела следователей в такие же запутанные дебри, в каких блуждал и я, когда пытался проследить выкупы после атаки WannaCry, о которых шла речь в предыдущей главе. Деньги исчезали в клубке цифровых кошельков. Конечно, ресурсов у ФБР куда больше, чем у меня, так что можно было ожидать, что и везения у него будет куда больше. Увы, нет: чем глубже следователи закапывались в транзакции, тем яснее понимали, что хакеры придумали хитрую стратегию, чтобы сбить их со следа, а заодно обойти меры против отмывания денег, которые теперь вводили биржи.

Хакеры понимали, что попытка разом обменять тысячи биткоинов на миллионы долларов поднимет на биржах тревогу. Поэтому они взяли на вооружение приём под названием «цепочка отщипывания» (peel chain). От всей суммы в биткоинах, которую нужно было отмыть, они отщипывали небольшую часть и отправляли её на криптобиржу, чтобы обменять на фиатную валюту вроде долларов. Затем остаток биткоинов переводили на другой кошелёк, снова отщипывали небольшую долю, отправляли её на биржу для обмена на доллары, а то, что осталось, переводили на следующий кошелёк. И так далее — иногда сотни раз. Переводы хакеры автоматизировали с помощью компьютера, так что за минуту можно было провести десятки транзакций. Отследить всё это очень скоро стало для следователей сущим кошмаром9.

И всё же, как ни старались хакеры, ФБР и его партнёры сумели проследить часть денег до нескольких криптобирж. И тут следователям снова улыбнулась удача. Некоторые биржи ввели новую проверку: чтобы открыть счёт, клиент теперь должен был подтвердить личность — прислать по электронной почте селфи с каким-нибудь официальным документом в руках, например водительскими правами или паспортом. ФБР знало, через какие счета отмывались деньги. Если бы удалось получить у бирж фотографии владельцев этих счетов, можно было бы установить, кто они на самом деле. Следующим шагом мог стать стук в дверь — а там, глядишь, и обвинительный приговор.

Первую фотографию владельца счёта следователи получили от одной из бирж. На снимке был молодой азиат с аккуратно уложенными волосами: он сидел в большом компьютерном кресле и держал в руках южнокорейское удостоверение личности. Похоже, следователям повезло: этот человек был ключевым звеном в схеме кражи 230 млн долларов с неназванной биржи, и теперь у них были все его личные данные. Но была одна загвоздка. Пришла фотография второго владельца счёта. На этот раз мужчина был белым и держал в руках немецкое удостоверение личности. Но что-то в этом снимке казалось знакомым. Следователи присмотрелись и поняли, что на мужчине точь-в-точь такая же футболка, как на человеке с первого фото. Мало того, пальцы у обоих лежали абсолютно одинаково. Снимки выглядели невероятно правдоподобно, но оба были подделкой — отредактированными версиями настоящей фотографии, стащенной из интернета.

Счета на криптобиржах открыла группировка Lazarus: её хакеры поменяли на двух снимках головы и подогнали под них документы — только для того, чтобы обмануть биржи и получить возможность открыть счета10.

Хакеры — 1, ФБР — 0.

Но хакерам Lazarus было ещё рано праздновать победу. Деньги они хитростью протащили на криптобиржи — теперь их предстояло оттуда вытащить и превратить в наличные. Для этого, по данным ФБР, они прибегли к услугам двух сообщников из Китая, которые рекламировали себя как раз для такой работы (разумеется, за плату). Эти двое умели без сучка без задоринки переводить деньги из цифрового мира в «реальный» и пользовались для этого ошеломляюще разветвлённой сетью ресурсов. У одного из них, как сообщалось, были счета в девяти разных китайских банках. Другой сумел отмыть часть украденных биткоинов, продав их за подарочные карты iTunes, которые, в свою очередь, можно было перепродать за наличные11.

На протяжении 2017 и 2018 годов следователи наблюдали, как северокорейские хакеры всё искуснее не только грабят криптобиржи, но и бесследно растворяют добычу. На этом дело не кончилось. Группировка Lazarus уже затевала следующую криптовалютную аферу — и эта афера показала, насколько хорошо группировка разбирается в новых финансовых технологиях.

В октябре 2017 года Джонатан Фунг Ках Кеонг получил интересное предложение. Он десятки лет занимался морским бизнесом в Сингапуре — у него была компания Singclass, — и вот с ним связался человек, которому, по словам Фунга, «требовался мой опыт в вопросах судоходства»12.

Человек представился Тони Уокером: у него была идея, и он хотел, чтобы Фунг помог её воплотить. Идея была несколько замысловатой, но, если бы она сработала, прибыль могла оказаться огромной.

По сути, вся схема сводилась к инвестициям в судоходство. По замыслу Уокера, люди могли бы вкладывать деньги и получать долю в конкретном судне. Скажем, заплатить 100 долларов за кусочек «Императрицы» — или как там будет называться корабль. Но вместо бумаги, удостоверяющей долю, инвестор получал бы её в виде цифровой валюты — что-то вроде биткоина, только для кораблей (Boatcoin, если угодно, — «лодкоин»). Потом инвесторы могли бы покупать и продавать эти лодкоины. Обычная схема инвестиций в инфраструктуру, только с криптовалютной изюминкой.

Уокер подготовил для потенциальных инвесторов эффектную бизнес-презентацию. По его словам, в выигрыше оказывались все: судоходные компании получали бы позарез нужные деньги, а обычные инвесторы — возможность проникнуть в загадочный мир морских финансов через модную новинку, криптовалюту. Компания называлась Marine Chain. Её зарегистрировали в Гонконге 12 апреля 2018 года, запустили шикарный сайт, а первоначальную цель по привлечению инвестиций Уокер установил в 20 млн долларов13.

Затем он взялся набирать международную команду для управления компанией: технический директор — француз, живущий в Гонконге, директор по безопасности — в США, директор по устойчивому развитию — в Финляндии и так далее. Кроме того, он нанял юристов из четырёх разных гонконгских фирм, чтобы те консультировали бизнес14. Готовя к запуску свою многомиллионную схему, Уокер сорил деньгами.

Но, несмотря на бурную деятельность, сам Уокер на встречах новорождённой компании почему-то не появлялся. Он раздавал указания по электронной почте и в текстовых сообщениях, а к совещаниям подключался через онлайн-чат, уверяя, что находится то в одной, то в другой стране — в том числе в Италии, Китае и США, — где встречается с «потенциальными инвесторами».

Неясно было и то, какую именно роль играет Уокер. Похоже, у некоторых консультантов Marine Chain сложилось впечатление, что он должен быть всего лишь советником Фунга, и их озадачивало, что распоряжения они получают напрямую от него.

За кулисами тревожных сигналов было ещё больше.