Читать книгу - "Товарищ Песня. Музыка Страны Советов - Сергей Цветаев"

пластинке девять немыслимо роскошных стандартов, к примеру: «Royal Garden Blues», «Basin Street Blues», «Rose Roum» и визитная карточка Николаса – его же авторства «Albert's Blues».

О чём я?

О высочайшем качестве материала и чрезвычайно трепетном отношении чехословацкого Suprafon к звёздам условно «второй величины». Ну конечно, всё так устроено в жизни нашей – Луи Армстронга и его атомные хиты с замысловатым рычанием и пассажами на трубе знает каждый. А музыкантов его ансамбля? Вот и я о том.

К слову: Павел Сметачек и его The Traditional Jazz Studio много лет подряд записывали альбомы с мэтрами эпохи великого джаза, каждый раз попадая в верную «десятку» – потому что ставку делали на эталонное мастерство.

Эти альбомы – альбомы той серии – любимы мною невероятно. Это по ним я научил свои уши воспринимать и принимать живой звук пластинки, музыкальную полифонию множества инструментов. А ещё я усвоил (впоследствии было с чем сравнить), насколько хорош может быть винил. Семейные альбомы Suprafon живы и звучат до сих пор, хотя мне даже страшно представить, сколько раз их от корки до корки пробежала игла проигрывателя.

Suprafon того времени отличался чистым «прямым» звуком, вполне себе мастер-стандартом студийного звучания – без «каши», «бочки» и прочих прелестей.

Теперь вы понимаете, что происходило в моей пятилетней голове, когда Альберт Николас извлекался родителями из конверта и врубал себя (через колонки, конечно) на полную – какой там Том Сойер, о чём вы!

Вторым альбомом, неизменно приводящим меня в экстатический восторг, был «Blue Waters – Benny Waters and The Traditional Jazz Studio». Год издания 1976-й. Прага.

К моменту появления этого диска в семейной фонотеке мне стукнуло семь. Я мог позволить себе многое – скакать по дивану и креслам не пять минут, а все двадцать пять, улюлюкая и строя дикие рожи. Мне казалось тогда, что я очень даже неплохо пою и уверенно держу сценический образ.

Вокал Бенни Уотерса в «Zigin & Zagin» и «Lady Be Good» меня потрясал. Это было похоже, как если бы в очередь за сайрой или селёдкой в «Гастроном № 1» пришёл сам царь морской, завязав с продавщицами уверенную и бескомпромиссную перепалку – а те и слова вставить не смогли бы, только потрясённо молчали в полном соответствии с предлагаемым с прилавка ассортиментом.

И кто такой этот фантастический Бенни Уотерс?

Американец, джазовый саксофонист и кларнетист. Родился в Балтиморе 23 января 1902-го.

С четырнадцати лет играл на органе, но саксофон взял своё. Уотерс даже окончил New England Conservatory of Music по классу духовых. До 1951-го он играл с великими той эпохи, в частности, с оркестром Джимми Лансфорда. Какое-то время колесил по Штатам со своей группой. В 1952-м взял да и уехал во Францию (тянет туда джазменов). Жил в Париже и выступал вплоть до своего 95-летия. А умер в августе 1998-го. За два года до смерти стал кавалером Ордена Почётного легиона – признание заслуг от Министерства культуры Франции. Что сказать? Восемьдесят лет карьеры. Наверно, это когда всё вокруг тебя – музыка. И нет ничего вне её… Легенда. Многие ли из нас слышали о Бенни Уотерсе? Вот и я снова о том.

Слушая пластинку, вы обнаружите прямо-таки выдающуюся вещь Павла Сметачека – «The Not Knowing Lover» и два бронебойных хита, написанных Бенни Уотерсом: «Blop Blop» и «Blue Waters».

Запись сделана во время его пражских гастролей в январе 1976-го в студии Supraphon вместе с диксилендом The Traditional Jazz Studio. Сам же маэстро Уотерс в этом альбоме играет на кларнете, сопрано, альт и тенор-саксофоне. И ещё поёт. Как и было мною сказано выше – неподражаемо и волшебно.

Рассказал вам о двух замечательных музыкантах, о двух прекрасных альбомах и об одной достойной во всех отношениях фирме грамзаписи – она существует до сих пор. Правда вот, Чехословакия куда-то исчезла с карты Европы…

Пластинки настоятельно рекомендую разыскать и купить на развалах или в магазинах винила – они украсят вашу домашнюю коллекцию. Выбирайте тщательно, тиражи были тогда приличные – ваш безупречный экземпляр вас найдёт.

Слушайте джаз.

В нём, говорят, нет берегов.

Зато всегда – виден свет маяка.

Красная Transsylvania

Что мы знаем о Румынии? Не так уж и много.

Там стоят горы и растёт дремучий лес.

В дремучем лесу растут злые, как черти, волки.

И черти тоже там растут. И вурдалаки.

Что с графом Дракулой – доподлинно неизвестно. О нём так много и так по-разному писали на протяжении двухсот лет всякие разной компетенции персонажи, что истина истончилась до папиросной бумаги, а ту сдуло ветром с южных Карпат.

Ещё там строили социализм и делали отличнейшие кроссовки, но это в прошлом.

Там был гениальный лидер Чаушеску.

Там была крутая рок-группа Transsylvania Phoenix.

Ещё там живут, как и раньше, всё больше румыны.

Небогато, согласитесь, и в том усматривается близорукость нашего времени.

Между тем, Румыния была вполне равновесным членом Варшавского договора, и на её территории даже не было контингента советских войск.

Да и Георге Георгиу-Деж с Москвой препирался по поводу и без и держал неизменно один курс – сталинский.

А король Михай I был награждён орденом Победы по личному распоряжению Сталина, и тот орден ему 19 июля 1945-го вручил в Бухаресте, в большом тронном зале Королевского дворца, маршал Советского Союза Фёдор Иванович Толбухин.

Ничего мы не знаем о Румынии.

Хотя слышали о нефтяных полях Плоешти.

За которые Гитлер бился, как удавленник за жизнь на виселице.

Мрачновато.

Теперь вот о чём: Восточный блок в целом и Социалистическая Республика Румыния в частности – огромная территория тотальной неизвестности по причине потери интереса к Красному Проекту.

Долгие годы принято было считать (не без помощи «заокеанских доброжелателей» – обожаю штампы «Правды»), что ничего путного социализм не создал, паразитировал на безграмотных массах, массами теми понукал и привёл их к бесславному и печальному концу.

А между тем…

А между тем, пусть и разношёрстный, социалистический блок абсолютно реально сдерживал и военное безумие Запада, и его дичайшие, варварские аппетиты относительно передела всех возможных сфер влияния.

Кровавые, заметим, аппетиты.

Ещё социалистический блок разрушил, практически буквально разрушил колониальную систему и дал свободу многим и многим народам мира.

Оценили ли те дары, вопрос совершенно иной.

И вот ещё что: при социализме была культура.

Можете себе представить?

Румынский рок.

Звучит немного э-э-э-э…

Надсадно. Да?

Как китайский блюз примерно. А он, блюз, в Китае есть.

И рок в Румынии – был, да и есть сейчас.

Впрочем, мы о периоде социализма,