Читать книгу - "Преподаватель - Юлия Хокка"

Глаза сами скользнули обратно на преподавателя. Он приподнял волевой подбородок. Щетина на его лице снова немного отросла, делая кожу голубоватой.

– Покрасилась на тон темнее, отстригла челку и кончики немного подровняла, – сказала я.

Маша на днях записала меня к своему парикмахеру, и та действительно поспособствовала преображению. Цвет стал холодно-каштановым без отлива в рыжину, лишний объем с кончиков, чуть касающихся плеч, убрали, и теперь не было ощущения треугольника в районе головы. Мастер сделала челку-шторку и подкорректировала форму бровей. Такие простые штрихи мгновенно преобразили меня: я стала выглядеть стильнее, а глубокий цвет волос подчеркнул выразительность глаз даже лучше, чем прежний.

Мило, что Олег Сергеевич заметил, казалось бы, такие мелочи. А говорят, мужчины невнимательные.

– Вам идет, – равнодушно отметил он.

Легкую улыбку сдержать не удалось. Все равно приятно слышать от него комплименты, что бы там ни было.

– Спасибо, – кивнула я.

Шефер снова посмотрел на время, поднялся и достал из портфеля ноутбук и кубик Рубика. В его движениях сквозила особая мужская грация. В голове сразу всплыла фраза про доминантную энергетику из видео, которое я видела в соцсетях. Вроде никакой «доминантности» не было, но ассоциация все равно возникла.

– Ладно, пойду к ребятам.

Повинуясь внезапному импульсу, я окликнула его:

– Олег Сергеевич?

Остановившись в дверях, преподаватель обернулся на меня, вопросительно подняв густые брови. От резкого движения прядь волос упала на лоб, коснувшись выступающей скулы.

– Я красивая? – вопрос прозвучал очень тихо, почти шепотом.

– Да, очень, – твердо произнес он и вышел из деканата.

Дверь плавно закрылась. Из коридора донеслись быстрые, удаляющиеся шаги, а затем повисла тишина. Слова преподавателя эхом отдавались в голове – в такт сбитому дыханию.

«Да, очень». «Да, очень». «Да, очень».

Меня затрясло. От обилия вопросов и мыслей, возникших разом, казалось, мозг начал пульсировать. Что я только что спросила? Что он ответил? Боже… Зачем я это спросила? Почему? А он почему так сказал? Он правда так считает? Но это же не значит ничего? Как минимум это значит, что в его глазах я красивая… Черт, он решит, что я снова к нему клеюсь… Почему снова? Я же не клеилась. Ну, почти.

Не в силах справиться с эмоциями, я схватилась за телефон и написала Машке. Ничем другим заняться не получилось бы, поэтому все оставшееся время до конца пары Шефера мы переписывались. Сердце то и дело замирало, стоило лишь подумать об Олеге Сергеевиче.

«Он назвал меня очень красивой. Он назвал меня очень красивой», – периодически всплывало в голове. И от этого то бросало в холод, то на губах возникала улыбка.

У Маши, кажется, все наконец-то начало налаживаться. Она проводила все больше времени с Ярославом, который выглядел весьма адекватным, и, к счастью, постепенно отдалялась от Артема. Я мысленно скрестила пальцы за подругу.

За разговором время пролетело незаметно, и в коридоре послышался шум множества резвых шагов. Веселые, слишком громкие для вечернего университета беседы студентов нарушали тишину и умиротворенное спокойствие, царившие до этого в деканате, однако означали кое-что радостное для меня. Глянув в маленькое зеркальце, я убедилась, что с прической и лицом все нормально. На заблокированном экране высветилось уведомление о новом сообщении. Но не от Машки. От Яны.

– Все-таки пораньше отпустили? – слегка улыбнувшись, спросила я, когда Олег Сергеевич зашел в кабинет. До конца пары было еще десять минут.

– Да, – он вздохнул, – не могу больше. На другой работе завал, я очень устал.

Положив ноутбук на второй стол, Шефер присел на край стула и посмотрел на меня. Его пальцы несколько раз перевернули грани кубика Рубика.

– Какие-то неприятности? – поинтересовалась я, разглядывая свои ногти.

– Нет, просто… Мы с Русланом сейчас работаем над переквалификацией нашего дела. Хотим выйти на новый уровень, чтобы открылось больше возможностей. – Он убрал прядь волос со лба, задумчиво погладил подбородок и снова вернулся к кубику.

– Могу только представить, как все это сложно… Олег Сергеевич, давно хочу спросить, но…

Шефер взглядом дал понять, чтобы я продолжала.

– Почему вы так часто собираете кубик Рубика? Это привычка или хобби?

Он несколько раз переложил головоломку из руки в руку и, чуть помолчав, коротко ответил:

– Привычка скорее. Помогает привести мысли в порядок. Покрутишь, потом расположишь все правильно, и картинка собирается, – поделился Олег Сергеевич. – Времени на долгие размышления и переживания все равно нет, так что кубик это все как будто упрощает.

– Интересно. Я пару раз пробовала, но у меня не получалось его собрать.

– Этому можно научиться. – Шефер поднялся на ноги и стал собираться.

Взяв со стола ключ от деканата, я последовала за ним, сняла с крючка куртку и проверила, что все выключено.

– Вы тоже уже закончили? – спросил он, застегивая молнию.

Я кивнула.

– Сдать ваш ключ? Или он на студаке?

– На студаке, – ответила я.

Мы вышли в коридор, и я стала закрывать кабинет. От волнения руки тряслись, из-за чего слишком долго не удавалось попасть в замочную скважину. Казалось, Шефер этого не заметил. Мы поднялись на пост охраны, Олег Сергеевич, как истинный джентльмен, пропустил меня вперед. Расписавшись в журнале, я отдала ему ручку и, убрав студенческий в сумку, решила подождать его.

Взгляд опустился на длинные, ровные ноги Шефера. Плотная ткань дорогих темных джинсов подчеркивала и развитые квадрицепсы, и безупречный вкус их владельца. Никогда не думала, что буду рассматривать мужские ноги. Пока преподаватель, чуть наклонившись, сосредоточенно искал что-то в журнале, мои глаза поднялись выше. Очевидно, он не прогуливал спортзал: подтянутыми у него были не только бедра, но и ягодицы. Стало неловко от собственных мыслей, и я поспешно отвернулась.

Грузный охранник, напоминающий злого великана, кинул на меня косой взгляд. И уже не в первый раз.

До метро мы с Олегом Сергеевичем шли вместе – сегодня из-за утренних пробок ему пришлось пересесть на общественный транспорт. Жаль. Впрочем, всерьез я и не рассчитывала, что он меня подвезет. Хотя хотелось бы.

Снег тонким слоем покрывал землю, лежал на черном заборчике канала и припорошил припаркованные машины. Местами на дорожке поблескивал лед. Несмотря на относительно позднее время, жизнь в центре кипела, как днем: люди спешили, поток автомобилей был плотным, в проехавшем трамвае толпились пассажиры. Фонари на фоне темного неба казались особенно яркими. Холодный ветер, внезапно налетевший на нас, забрался мне под расстегнутую сверху куртку, заставив быстренько поднять замок на молнии до конца.

– Если у вас получится, как вы сказали, выйти на новый уровень в бизнесе, то преподавательскую деятельность забросите? – спросила я, прижимая ворот ближе к шее, отчего голая рука ужасно мерзла.

– А вам бы этого очень хотелось? – усмехнувшись, задал