Читать книгу - "Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин"

«Да как же я вам отвечу, товарищ тренер, когда у меня руки заняты?» — мысленно усмехнулся я, так как мне пришлось укрыть мяч корпусом от игрока в зелёной форме. Тут Сергей Белов удачно открылся, чтобы помочь выйти из-под прессинга. И в районе центральной линии я обыгрался именно с Сергеем Санычем — я сделал пас на него, затем рванул вперёд и получил обратную передачу. И уже выйдя на оперативный простор, решительно пошёл на кольцо соперника.

Александр Белов на границе трёхсекундной зоны помог мне с заслоном и я, словно ртуть, просочился через всех высоких игроков сборной Австралии. И в следующую секунду простым броском от «забора» принёс команде очередные два очка, сделав счёт — 87:65.

— Плохо защищаешься! Плохо! — донеслось до меня от главного тренера, пока я семенил в оборону.

— Исправлюсь! — крикнул я и меня прекрасно услышали на нашей скамейке запасных.

Ибо народу в зале спортивного центра имени Этьена Десмарто собралось не больше полутора тысяч человек. Не дошла ещё баскетбольная лихорадка до этой «страны кленового листа». Только в 90-е годы в Канаде появится своя команда НБА — «Торонто Рэпторс» и сборная Канады, ведомая Стивом Нэшем, станет грозной силой и на международной арене. Вот тогда среди канадцев появится гораздо больше любителей этой лучшей игры с мячом.

Тем временем австралийцы расставились в позиционном нападении и начали передавать мяч друг другу, находясь в семи-восьми метрах от нашего кольца. И все они искали передачей свою суперзвезду — Эдди Палубинскиса. Эдии родился в Мельбурне в русско-литовской семье и отлично понимал наш великий и могучий язык. Да и русский матерный он знал неплохо. И часто хохотал, когда мы друг с другом разговаривали на повышенных тонах. А ещё этот австралийский литовец учился в Штатах и в 1974-ом году был выбран на драфте командой НБА «Атлантой Хокс». Однако решил остаться первым парнем на деревне, и от штурма вершин мирового баскетбола отказался.

В данную секунду он, получив передачу, пытался либо пойти в проход, либо выбраться на хорошую бросковую позицию. Но путь ему преграждали я и Сергей Белов. Ради этого я бросил своего игрока, коим являлся австралийский латыш Андрис Блицавс. Он тоже понимал наши матерные выражения, особенно на буквы — бэ, хэ и пэ. Но не поэтому литовец Палубинскис с отскоком от пола сделал передачу на латыша Блицавса. Просто Блицавс на несколько секунд остался один и пасовать было больше некому. Я же счёл австралийского литовца более опасным соперником. Ведь он имел на своём счету уже 25 очков. Но как назло именно Андрис Блицавс, рванув в трёхсекундную зону, броском со средней дистанции два очка отыграл.

Счёт стал — 87:67 и Кондрашин выдал грозную тираду в мой адрес:

— Юрьев, скажи честно, ты — кто? Идиот? Скобарь? Или баран?

— Я исправлюсь, — буркнул я и, получив пас от Толи Мышкина, повёл его на половину австралийской команды.

Там мы быстро разыграли неплохую комбинацию. И я, стянув на себя несколько игроков сборной Австралии, вывел на бросок Толю Мышкина. Анатолий же, находясь под острым углом в трёх метрах от кольца, высоко выпрыгнул вверх, бросил и угодил мячом дальнюю дужку. Увы, но на сей раз подбор забрал натурализированный американец, 206-сантиметровый Перри Кроссвайт. Но в быстрый отрыв соперник убежать не смог. Кроссвайт сделал пас на Блицавса, а тот решил длинной передачей наградить своего друга Палубинскиса. Но в итоге он этой передачей наградил меня. Так как я удачно притаился рядом с самым опасным игроком соперника.

За моей спиной раздался мат-перемат от австралийского литовца. Я же в эту секунду красивым броском с шести метров поразил кольцо сборной «Зелёного континента». И зрители встретили такое попадание аплодисментами, немного оживив камерную обстановку матча. Счёт стал — 89:67 и, по сути, за три минуты до конца всё было решено. Однако Кондрашин погрозил кулаком нашему русскому Князю и прокричал:

— Мышки, кто за тебя будет попадать из стопроцентной позиции⁈

— Что уже и промахнуться один раз нельзя? — обиделся Анатолий.

— Нельзя! — прорычал Владимир Петрович. — А ты, Белов, почему за подбор не поборолся?

— Не успел, — буркнул Александр.

— Как же так? — по-театральному всплеснул руками Кондрашин. — Вчера выпить успел, прийти после отбоя, еле держась на ногах, тоже успел, а сегодня побороться за подбор — нет! Что же такое случилось⁈

Данная реплика главного тренера вызвали взрыв хохота на скамейке запасных. Тем временем австралийские баскетболисты прибежали в атаку и довели мяч до 198-сантиметрового Майкла Такера. И этот худосочный, стройный и с пышной вьющейся шевелюрой парень ловко ускользнул от двух наших Александров, Белова и Белостенного, и, исполнив хороший плукрюк, счёт в матче чуть-чуть подсократил — 89:69.

— Белов, почему не накрыл соперника⁈ — заголосил Владимир Петрович. — Опять не успел⁈ Ты — олимпийский чемпион, поэтому должен успевать везде!

Скамейка запасных снова захохотала и кто-то из парней ляпнул:

— Вчера ведь он успел… это самое.

— Кто это сказал⁈ — раздражённо загудел Кондрашин. — Я спрашиваю…

Увы, но остальную тираду главного тренера я уже не услышал. И чтобы не злить нашего разбушевавшегося наставника я подхватил мяч около лицевой линии и пошёл в сольный проход. По ходу движения мне удалось накрутить Эдди Палубинскиса и Андриса Блицавса. Затем я перехитрил, переведя мяч за спиной, героя прошлого эпизода — Майкла Такера. И наконец, добежав до кольца сборной Австралии, я исполнил первоклассный евростеп. И проскочив между центровым Перри Кроссвайтом и тяжелым форвардом Тони Барнеттом, забросил красивый мяч с отскоком от щита. И это попадание вся собравшаяся публика встретила громкими овациями.

Из-за чего Кондрашин нахмурился, бросил короткий взгляд на табло, где горел счёт — 91:69 в нашу пользу и попросил у судейского столика разрешение сделать несколько замен.

— Ладно. Отдыхайте. Хватит с вас на сегодня, — пробурчал Владимир Петрович, усадив Сашу Белова, Толю Мышкина и меня отдыхать. — Только попробуйте мне сегодня повторить вчерашний концерт! — погрозил он нам кулаком.

— Мы что — вчера ещё и пели? — тихим голосом спросил Саша Белов.

— А ты что — не помнишь? — удивился я, так как слишком пьяным Белов мне вчерашним вечером не показался.

— Это, мужики, было незабываемо, — захихикал Князь. — «Подмосковные вечера» под дверью