Читать книгу - "Новая наука заколдованной вселенной. Антропология большей части человечества - Маршалл Салинз"

включая души имени у инуитов. Вообще говоря, бог отвечает за судьбу человека, его или ее достижения в жизни, «личный бог представлял собой сверхъестественную силу, которая побуждала человека к действию и, как правило, обеспечивала успех всем его предприятиям» (Якобсен 1995, 181). Из угрозы со стороны демонов следует, что подчеркивалась также и роль бога-отца как защитника: многие надписи, призывающие бога, содержат просьбу избавить человека от атак, исходящих от злонамеренных внешних сил.

Еще один важный пример участия личных богов в жизни человека дает значимый ключ к пониманию системы родства древних месопотамцев. Так же как бог и богиня, полученные от родителей человека, породили новую персону и затем поселились в нем или в ней, те же самые личные боги «естественным образом присутствовал[и], активно ему способствуя, и при высшем, решающем жизненном свершении, а именно рождении сына» (Якобсен 1995, 182). То есть у сына будет тот же родительский бог, что и у его человеческого отца, и та же богиня, что и у его матери; но то же самое будет и у его сына – и у всех мужских потомков впоследствии. Это Якобсен смог подтвердить из династических генеалогий: «У отца и сына неизменно были одинаковые личный бог и личная богиня. Бог, следовательно, переходил из тела отца в тело сына, как новое поколение продолжает жизнь предыдущего» (Якобсен 1995, 183). Поскольку наследование, очевидно, является патрилинейным, здесь подразумевается система патрилинейных линиджей – или, шире, патрилинейных десцентных групп, – мужчины которой по предписанию женятся на женщинах из той же внешней группы, тем самым дополняя своего божественного отца той же богиней-матерью, которую им передали их родственники по материнской линии.

(Сказав это, можно отметить еще кое-что. Существует всего две основные конфигурации родства, в которых патрилинейная линия мужчин неизменно сочетается с женщинами другого линиджа: деление группы на две экзогамные фратрии, где мужчины одной фратрии женятся на женщинах другой [рис. 1(i)]; и матрилатеральный кросскузенный брак, в котором ряд патрилинейных десцентных групп связаны в иерархическую цепочку и каждая из них дает жен для одной группы и берет жен у другой [рис. 1(ii)]. Дуальнофратриальная система в Месопотамии маловероятна: она предполагает взаимный обмен и основывается на эгалитарности, что вряд ли соответствует порядкам управляемых царями месопотамских городов-государств и империй. Матрилатеральный же кросскузенный брак устанавливает различия между десцентными группами в соответствии с положением в акте дарения женщин, женодатели как жизнедатели обычно имеют более высокий статус, нежели получатели жен, хотя не всегда. Например, взятие жены у более низких по статусу групп может быть привилегией вождя. Поэтому я рискую предположить, что древние месопотамцы были организованы в ранжированные патрилинейные группы, связанные иерархически и отличающиеся друг от друга нормативными практиками матрилатерального кросскузенного брака.)

Но в то же время, когда божественная полития встроена в систему родства иерархического человеческого общества, боги в своих приватных отношениях с людьми являются руководителями группы духов-хранителей, которая с точки зрения структуры едва ли отличима от своих аналогов у некоторых групп североамериканских индейцев-охотников: внешний дух-сила дополняет передающуюся от родителей человеческую душу, которая отвечает за жизненные успехи человека, совсем как в случае с хранителями души-имени у инуитов центральной группы. Вспомним составные части представлений, связанных с душой-именем у инуитов: ребенок приобретает имя в результате реинкарнации души важного родственника; души, несущей «магическую силу», которая «пребывает с ним, работает внутри него, отводит опасность и становится его духом-хранителем» (Rasmussen 1931, 219–220). Хотя у инуитов нет родословных, как у месопотамцев, они живут в организациях подобного типа, описываемых в их космологии. Действительно, человек приобретает силы поколений людей, носивших то же имя.

Имя человека всегда происходит от имени кого-то из умерших и приносит в себе качества тезки; человек становится, по сути, членом великого сообщества всех, кто носил то же имя в далеком прошлом. Таким образом, каждое живое человеческое существо сопровождается множеством духов-тезок, которые помогают ему и защищают его, пока он предан установленным нормам и обрядам, но они же могут стать враждебными при любом нарушении (Rasmussen [1927] 1999, 132).

(i): Прямой или симметричный обмен женщинами между двумя патрилиниджами, A и B. Хотя на схеме изображены сестры из рода A, выходящие замуж за мужчин из рода B (и наоборот), часто речь идет о «сестрах» в классификационном смысле, что приводит к регулярным брачным союзам между двумя кланами или фратриями. Такая система, как правило, является эгалитарной, без иерархии. (ii): Система непрямого или асимметричного обмена между патрилиниджами (A, B, C…). Здесь мужчины одного рода (B) регулярно получают жен из другого рода (A) и, в свою очередь, предоставляют жен третьему роду (C). Существует иерархия статусов, поскольку те, кто дают жен, как дающие жизнь, как правило (но не всегда), превосходят тех, кто берет жен. Таким образом, род A имеет более высокий статус по отношению к роду B, но B имеет более высокий статус по отношению к роду C. Мужчины в такой системе женятся на дочери брата своей матери (часто «классификационной»), поэтому на профессиональном жаргоне это называется матрилатеральным кросскузенным браком. Источник: диаграммы Фредерика Б. Генри – младшего

Дух-тезка – это внешний близкий дух более высокого статуса и обладающий большей мощью, который становится защитником человека и движущей силой всех его достижений – при условии, что человек не нарушает закон.

Что делать с этими сходствами? Оставив в стороне радикальные различия в организации и культе, по своей сути фундаментальная структура древнего месопотамского пантеона, включая отношения между различными силами, едва ли сильно отличалась от представлений инуитов. Обе культуры живут, подчиняясь иерархической системе высших богов и связанных с ними божественных помощников, хозяев видов, демонов, призраков, большого количества наделенных душами объектов окружающего мира, духов родственников и личных духов-хранителей. Кроме того, в основе месопотамской вселенной лежат те же принципы космического порядка, что и у инуитов. В обоих обществах метачеловеческие хозяева имманентны человеческим делам; боги делают то, что делают люди. Как определяющие действующие силы человеческого успеха и неудачи, жизни и смерти, эти духи «определяют судьбы». Оба народа также знают принцип единства божественности, согласно которому низшие духи действовали посредством переданной им силы изначальных верховных богов, а те таким образом диктовали вселенной свою волю, хотя и не всегда собственными действиями. В обеих космологиях иерархический порядок усиливается и централизуется распределенной личностью, великим духом как единичной множественностью, проявляющейся в охватываемых таксоном других (экземплярах вида): от хозяев видов (животных или растений) до бога в многочисленных ипостасях. Весь космос – это вселенная взаимодействующих субъектов, в особенности живущих в