Читать книгу - "Сказка и миф. Тайны народных поверий - Александр Николаевич Афанасьев"

знаком поворот солнца на зиму (солоноворот). Колесо, на старинном языке коло, означает круг, на что указывает и предлог около (по малоросс. коло). Хоровод, религиозное значение которого в эпоху язычества не подлежит сомнению, у сербов называется коло. Круговой своей формой и круговым обращением хоровод напоминал светило дня. Колесо, обращающееся вокруг оси, также напоминало круговое движение солнца; в одной народной загадке солнце названо птицей-вертеницей[645]. Эти русские предания, указывающие на представление солнца в виде колеса, тем более имеют для нас важности, что подтверждаются преданиями других народов[646].

Связь стихии света с оружием и металлами, из которых оружие приготовляется, послужила источником народной веры в чудесное непобедимое оружие, которое в наших памятниках носит название богатырского. Заговоры наделяют таким оружием Зорю и Огненного Змея. Обращаясь к красной девице Зоре с мольбой о защите, просят ее такими заповедными словами:

«вынь ты, девица, отеческий меч-кладенец, достань панцирь дедовский, шлем богатырский, отопри коня ворона; выйди в чистое поле, где стоит рать вражья, закрой меня от силы вражьей, от пищалей, стрел, от борца»

и проч.

Меч-кладенец, с помощью которого можно поражать несметные войска, играет весьма видную роль в наших народных сказках. По свидетельству заговоров, Зоря держит в руках булатные ножички и иглу, которыми очищает и зашивает раны. К ней обращаются с просьбой забить неприятельские ружья наглухо и спасти от ран и смерти. Богатырская сбруя, по словам одного заговора, сберегается Огненным Змеем:

«Под морем под Хвалынским стоит медный дом, а в том медном доме закован змей огненный, а под змеем огненным лежит семипудовый ключ от княжева терема, а во княжем тереме сокрыта сбруя богатырская… Во той сбруе не убьет меня ни пищаль, ни стрелы, ни бойцы, ни борцы».

Добыть это чудесное оружие, принадлежащее богам света, весьма трудно: нужны необыкновенные усилия и чародейская помощь, чтобы достать его; но зато, обладая таким оружием, богатырь делается непобедимым[647]. Предания других народов также помнят о мифическом оружии богов. Эдда упоминает о чудесном мече богов, который сам собой поражает груди великанов; Калевала говорит о мече, сделанном из золота, серебра и стали; на конце его светил месяц, а на рукоятке – солнце. В мифологиях различных народов боги представляются вооруженными воинами, принимающими участие в битвах. Такими Илиада изображает богов греческих, а Эдда – богов скандинавских. Один даже называется отцом победы (siegvater)[648]. У славян встречаем то же представление. Идол Световида имел при себе огромный меч; идол Руевита был вооружен семью мечами, привязанными сбоку, в ножнах, а восьмой меч держал в правой руке наголо. Яровит и Световид имели свои знамена, с которыми войска славян выступали на битву. О Световиде народ говорил, что по ночам он ездил на коне поражать неприятелей славянского племени. Другие славянские боги изображались в шлемах и латах[649]. Собственно, о русских кумирах дошли до нас такие скудные известия, что об оружии их ничего нельзя сказать положительного; зато летописец говорит о клятвах оружием пред кумирами:

«а Ольга водиша и мужий его на роту; по русскому закону кляшася оружьем своим, и Перуном… и Волосом…»; «а некрещеная Русь полагают щиты своя и мече свое наги (обнаженные), обруче свое и прочая оружья, да кленутся о всем»[650][651].

Вооруженные, подобно богатырям, божества света сражаются с нечистой силой мрака и холода; огненными стрелами разбивают они тучи, прогоняют ночь и зиму. В нашем народе сохранилось много преданий о том, как божество грома преследует нечистую силу, которая старается укрыться от убийственных стрел[652].

Молния представлялась не только стрелой, но и молотком. Скандинавский бог грома Тор держит в руках молот, miölnir, и бросает его в своих врагов. Брошенный молот поражает смертью тех, в кого был пущен, и потом сам собой возвращается в руки Тора. Выше указано было, что громовые стрелки до сих пор в Германии называются молотками (donnerhämmer). Литовцы почитали святой молот, с помощью которого один исполин освободил из заключения солнце. Яков Гримм справедливо сближает нашу молнию со словом miölnir; молния (муня) от млеть (со-млеть — покраснеть)[653]; в связи с этим глаголом находятся и слова: мо́лот, моло́ть и молотить. Одинаковое впечатление, производимое грохотом грома и стуком кузнечных молотов, мельничных жерновов и молотильных цепов, сблизило между собой эти столь различные представления и придало им мифическую связь. Отсюда родилось следующее знаменательное поверье, сохранившееся у белорусов: горные духи[654], подчиненные Перуну и вызывающие своим полетом ветры и бурю, возят на себе громовый жернов, на котором восседает сам Перун с огненным луком в руках[655]. В немецкой сказке «der Dreschflegel vom Himmel» рассказывается об ангелах, которые на небе молотят овес цепами[656].

Мы видели тесную связь металлов и воинского оружия с богами света: оружие приготовляется из металлов, металлы состояли в непосредственном заведовании богов, этих последних народная фантазия окружала стрелами, копьями, мечами, щитами и другим оружием. Обрабатывание металлов и приготовление оружия требовали уменья ковать. Вот те основания, из которых возникло языческое представление богов кузнецами; у греков был таким богом Вулкан, у финнов – Ильмаринен: этот бессмертный ковач выковал молотком небесный свод, причем огонь раздували ему ветры; кроме того, из серебра и золота он выковал луну и солнце. Брат его, вечный певец Вейнемейнен, выковал для себя коня, легкого, как соломинка, на котором можно ездить и по суше, и по морю. Эдда рассказывает, что боги (ассы), построив высокое жилище, поставили горнила и стали ковать из руды клещи и другие орудия[657]. У древних народов находим предание о небесном происхождении кузнечного искусства, о чем Ипатьевская летопись говорит так:

«царствующу сему Феосте в Египте, во время царства его, спадоша клеще с небесе, нача ковати оружье»[658].

д) Свет и жолчь. Солнечное сияние и блеск золота производят то же впечатление желтого цвета, как и жолчь, что и послужило основой их филологической и мифической связи. Слова: желтый, жолчь, в Остромировом Евангелии злъчь, зълъчь, чешское zluty, золотой, злато — тождественны между собой[659]. Отсюда объясняется следующее любопытное сказание, встречаемое в народной сказке об Еруслане: во время отсутствия этого богатыря пришел в его родную землю враг, разорил города, взял в плен отца Ерусланова и двенадцать других богатырей; он выколол им глаза и посадил их в темницу. Когда Еруслан узнал о таком несчастии, он поехал к вольному Царю-Огненному Щиту и Пламенному Копью,