Читать книгу - "Демонический культиватор 5 - Alexey Off"

на кон свою жизнь. Наверное, так мыслят все истинные по духу авантюристы. Не обладай мы таким характером, и вряд ли бы к этому моменту достигли того, что имеем.

…

Самолет взлетел сразу. Земля ушла из-под ног, и небесно-лесные пейзажи за окном поплыли, будто кто-то раскатывал бесконечную, длинную пленку…

* * *

Я сидел у иллюминатора, не пристегнутый к жесткому десантному креслу, и наблюдал, как Подмосковье разворачивается под крылом.

Турбины ревели ровным басовитым гулом, но в грузовом отсеке было относительно тихо — шумоизоляция здесь оказалась лучше, чем можно ожидать. Пространство вокруг заполняли контейнеры с оборудованием, закрепленные сетками, и несколько рядов откидных сидений, на которых расположилась наша группа.

Вид из окна самолета обычного человека ужаснул бы и заворожил одновременно. Когда-то это была самая густонаселенная часть страны — бесконечные города, поселки, дачные массивы, перетекающие друг в друга, как соты в улье. Но теперь внизу все почти обезлюдело.

Черные столбы дыма поднимались там и сям, сливаясь в грязную пелену, которая затягивала горизонт. Дороги — пустые. Ни одной проезжающей машины, чтобы не дай бог не привлечь рыскающие по лесам и полям разведывательные отряды арахнидов. Только остовы, ржавеющие у обочин.

За ними — вымершие жилые кварталы, с выбитыми окнами и проваленными крышами. Местами, целые городские районы были стерты в пыль — виднелись следы артиллерийских ударов, воронки авиабомб и даже тактических термоядерных зарядов, которые военные применяли в крайнем случае против сильнейших генералов и особо крупных скоплений арахнидов.

Такой нас встретила страна к юго-востоку от Московского региона.

Своим острым взглядом заметил группу тварей между улицами какого-то городка — обгоревший указатель на въезде уже не прочесть, въездная стела с гербом полностью истлела, но за домами все еще угадывалась рухнувшая телебашня с обломанной верхушкой и изгиб реки, слишком широкий для обычной речушки. Название города я не знал, да и чего об этом теперь говорить. Такие заброшенные поселения сливались в этом хаосе и теперь казались неотличимы друг от друга.

Арахниды двигались цепочками, как муравьи, и их хитиновые панцири поблескивали в лучах полуденного солнца. С такой высоты они выглядели насекомыми. Но я прекрасно помнил, каковы они вблизи. Помнил отвратный запах их плоти. Помнил звук, с которым их руки-серпы рассекают воздух и даже человеческую плоть.

Мир изменился. И похоже — никогда уже не будет прежним. Сначала апокалипсис наступал постепенно — казалось невозможным развалить такую большую страну на почти не связанные между собой регионы. Лишь в какой-то дешевой фантастике, власти якобы не знают и не могут сориентироваться, что делать после первого же большого катаклизма. И это, напоминаю, в стране, что пережила Смуту, Революцию, Первую мировую, Гражданскую войну. Отечественную. И даже развал — с отторжением территорий в пользу «бедных». Причем в тот момент, когда почти весь западный мир был против нее… Нет, Россия — это одна из тех редких стран, что пережила бы почти любой обычный апокалипсис, будь то экономический, природный или ядерный.

Теперь, наблюдая за толпами арахнидов внизу, я все больше это понимал… Даже при таком «ксено-вторжении» военные, гражданская администрация и семьи подобные Вайю пока что сохраняли если и не сердце, то мозг огромной страны. Миллионы людей, все еще живущих в домах, в тепле и не голодающие. Если кто-то скажет, что это хуже, чем жрать крыс и тушенку, отстреливаясь от организованных банд при полной анархии и местечковых хунтах… Ему бы плюнули в лицо и были бы в своем праве.

Однако именно вторжение арахнидов, пожалуй, стало тем рывком, что приблизило окончательный распад страны на раздельные регионы — о чем так, кстати, «мечтал» объединенный Запад и прочие «соросята». К чему вели политпопулисты и комнатные герои на деньги из-за рубежа…

А ведь близилась гибридная и большая война в Европе, а затем и в Юго-Восточной Азии… Многое об этом говорило. Теперь я понимал это кристально ясно. Но случился «культивационный апокалипсис», постепенно и незаметно переросший во все другие, более известные человеку виды глобальных катастроф.

Но повторюсь — то, что я вижу перед своими глазами — именно арахниды стали тем камнем, что ускорил приближение «Новой эры» в отдельно взятом… как сказали бы всякие усато-бородатые геостратеги… макрорегионе с Россией в центре.

Три месяца, год, если брать прорыв Барьера, — и от цивилизации остался остов, как от тех машин на обочинах. Правда, глядя вниз, я видел и другое.

Редкие огни. Укрепленные точки. Поселения выживших, где еще теплилась жизнь. Колонны беженцев, прикрываемые отрядами военных. Дымы полевых кухонь.

Мир не умер. Он сжался, ощетинился, но продолжал дышать и сопротивляться.

…

— Можно проверить направление еще раз. На всякий случай.

Тиан привлекала мое внимание, достала карту — старую, бумажную, с пометками на полях, — и расстелила на ящике с оборудованием. Вайю подсела ближе. Я присоединился. Альфина осталась сидеть у другого иллюминатора, демонстративно глядя в окно, но я чувствовал, что она тоже во всем внимании.

Ментально окликнул пилота — и получил ответ.

— … Итак, мы набрали высоту одиннадцать тысяч, — довел до остальных я, выкладывая на карту мета-камень. Вайю извлекла свое перламутровое мета-перо, тут же замерцавшее в полумраке отсека; подул легкий ветерок. Мой камень тоже испустил легкое голубоватое свечение и запульсировал… Оба запульсировали еще сильнее, входя в резонанс, когда Тиан положила рядом пламенный мета-шар; стихийный феникс внутри него шевельнулся, будто на миг просыпаясь от вечного сна. Своей энергией Тиан уменьшила интенсивность и силу пламени артефакта, иначе бы он прожег дыру не только в ящике, но и, быть может, в дне самолета.

— А зачем уточнять направление? — лениво поинтересовался Райгар, не открывая глаз. Он расслабленно сидел, откинувшись на спинку кресла, и, казалось, дремал. — Координаты же известны… Или они могут измениться?

— Небольшая, но такая вероятность не исключена… — пояснила Тиан. — Особенно если мы изначально руководствовались неверными представлениями. Например, точка может оказаться не «дверью», а другим «мета-ключом» с особо сильным притяжением. Этот ключ может быть у подвижного субъекта… И, если направление изменится… — Тиан недоговорила и развела руками.

— Да, хорошо бы перепроверить, но есть и еще одна причина… — добавил уже я. — Если дверь не точечный объект, а распределенный, скажем, область, то по мере приближения вектор направления будет меняться. Это даст нам возможность сузить зону поиска — от региона или озера до конкретной точки или места в этом озере.

— Кроме того, — заметила уже Вайю, в тон нам, и хитро прищурилась, —