Читать книгу - "Ассимиляция - Марк Амврелий"

Над крышей показалась мохнатая лапа. Полицейский отшатнулся прежде, чем хитиновый крюк успел зацепить его за плечо.

— Это же этот! С Турнира! — узнал меня его напарник. — Дима, да? Так ты из Москвы, что ли?

— Агась.

— Славк, его по трансляции показывали. Он там гоблина знаешь как мочканул?

Паук спрыгнул с машины. Мы втроем одновременно подались назад. Полицейские несколько раз выстрелили, заставив тварь остановиться.

— И че? — спросил первый, продолжая следить за пауком. — Говоришь, уже двоих таких загасил?

— Так вот, только что. Вон тело валяется. — Я указал на тушу, лежавшую по другую сторону машины.

Паук двинулся в обход нашего укрытия.

— Отходим! — скомандовал первый.

Мы перебежали к следующему ряду автомобилей. Полицейские отступали лицом к твари и по очереди стреляли, не позволяя ей разогнаться. Пули почти не причиняли вреда, зато паук дергался на каждый хлопок и никак не мог выбрать цель.

— Разойдитесь в стороны и отвлекайте его, — предложил я. — Как повернется к одному, я зайду с другого бока.

Глава 20

Капитан

На этот раз спорить никто не стал. Один полицейский перебежал к микроавтобусу, второй укрылся за легковушкой. Я остался между ними, прижимаясь спиной к багажнику. Первый высунулся и несколько раз выстрелил. Паук развернулся на звук и пополз к нему. Второй дождался, когда тварь повернется боком, и открыл огонь по суставам. Я выскочил из-за машины. Выпустил три звена и ударил по уже поврежденной голове. Наконечник угодил возле выбитого глаза. Хитин треснул. Паук резко развернулся ко мне. Я успел отскочить. Брюшко твари дернулось, выпуская паутину. Приём знакомый, так что я отточенным движением перехватил цеп и пустил его широким кругом перед собой. Белая струя намоталась на звенья. Оружие сразу отправилось в инвентарь, паутина опала на асфальт. Через мгновение чистый цеп снова лежал в руке.

— Давайте! — крикнул я.

Полицейские выстрелили одновременно. Паук дернулся, закрывая морду передними лапами. Я зашел сбоку, так, чтобы не стоять на их траектории, дождался, когда оба прекратят огонь, и снова направил наконечник в голову. Тварь попыталась развернуться, но поврежденная лапа подломилась. Второй удар проломил панцирь по трещине. Паук обмяк.

— Слева! — предупредил полицейский.

Последняя тварь уже пересекла дорогу. Один из мужчин сменил магазин, второй прикрывал его одиночными выстрелами. Мы снова разошлись. Полицейские не пытались пробить корпус и били по глазам и суставам, вынуждая паука метаться между двумя целями. Я приблизился сбоку. Тварь заметила движение и кинулась ко мне. Полицейский выстрелил ей в переднюю лапу. Пуля не пробила хитин, но паук дернулся и сбился с шага. Моего же удара хватило, чтобы окончательно раздробить сочленение.

Паук развернулся к полицейскому. Тот отступил за машину, продолжая стрелять. Я зашел со стороны поврежденной лапы и ударил в голову. Тварь метнулась ко мне, но второй полицейский попал в один из глаз с противоположной стороны. Пока паук пытался оклематься и прикрыть морду, я вернул цеп через плечо и еще дважды направил наконечник в расколотый панцирь. После последнего попадания тварь рухнула. Несколько секунд никто не двигался. Полицейские держали ее на прицеле, ожидая, что она снова зашевелится. Я тоже не спешил опускать оружие.

— Неплохо, — наконец произнес первый полицейский.

— Да я тебе говорю — он там так махался на Турнире, что вообще капец, — с жаром произнес второй.

— Реально гоблина завалил? — спросил первый.

— Ну да.

— Да он скромничает! — вмешался второй. — Там, знаешь, сколько наших полегло? Диман ваще красавэлла. А че, расскажи, как оно там было? Стремно, да?

— Есть немного, — признался я.

Издали донесся низкий рокот двигателей. Со стороны улицы Твардовского показались две темные машины Росгвардии, следом шел бронированный грузовик. Они остановились возле метро. Люди в бронежилетах быстро рассыпались по улице, перекрывая подходы к Провалу.

Полицейские сразу направились к прибывшим и принялись объяснять, что произошло. Тот, что видел меня по трансляции, указал в мою сторону. Ко мне подошел коренастый мужчина лет сорока с нашивками капитана. Он скользнул взглядом по мертвым паукам, задержался на цзюцзебяне и только потом посмотрел мне в лицо.

— Дмитрий? Капитан Мельников. Этих всех ты положил?

— Двоих сам. Еще двоих вместе с полицией.

Мельников посмотрел на мужчин. Первый коротко кивнул.

— Парень дело говорит. Без него мы бы долго ковырялись. Пистолеты их почти не берут, — произнес полицейский.

Капитан снова повернулся ко мне.

— У тебя какой боевой опыт?

— Три закрытых Провала. Один синий, остальные зеленые. Ну и Турнир, — отрапортовал я.

— Видел, видел. — Он поджал губы. Судя по реакции, у капитана мой бой восторгов не вызвал. — Курьер, если не ошибаюсь?

— Так точно, — вырвалось у меня. Рядом с капитаном невольно хотелось вытянуться по стойке смирно.

— Оружием давно пользуешься?

— Только игровым. Несколько дней.

— А тут что делаешь? — спросил капитан.

Происходящее все больше напоминало допрос.

— Я вон в том доме живу, — указал на свою многоэтажку. — Увидел из окна, как пауки начали выбираться. Пока кто-нибудь приехал бы, они б еще человек десять сожрали.

За спиной Мельникова раздался крик:

— Еще лезут!

Я посмотрел на трансформаторную будку, на стене которой по-прежнему горел знак Провала. Из него показались две длинные лапы.

— Первый сектор, приготовиться! — мгновенно скомандовал капитан.

Бойцы подняли автоматы. Паук начал протискиваться наружу. Первые пули ударили в голову и передние лапы. Они оставляли вмятины на хитине и отлетали в стороны. Автоматы действовали лучше пистолетов, но тварь продолжала лезть вперед.

— Правее! В глаз бейте! — крикнул Мельников. — Остальным отойти! Уберите прохожих!

Несколько бойцов сместились. Паук дернулся и наполовину вывалился из Провала. Жвала защелкали, пытаясь достать ближайшего росгвардейца. Несколько пуль пробили сочленения лап, одна попала в глаз. Росгвардейцы сосредоточили огонь на поврежденной голове. Хитин постепенно растрескался. Паук обмяк только после нескольких очередей. Один из бойцов подошел ближе и добил его одиночными выстрелами в глаза.

Мельников посмотрел на россыпь стреляных гильз и выругался.

— Столько патронов на одну тварь… Периметр мы пока удержим, но если они полезут десятками, никакого боезапаса не хватит.

— Нужно идти внутрь, — уверенно произнес я.

— Что там? — спросил Мельников.

Я подошел ближе к знаку Провала и приложил ладонь к кругу. Возле центрального круга появилось описание.

Разблокированный Провал