Читать книгу - "Ассимиляция - Марк Амврелий"

телевизора не отходила. Папа все повторял, что ты справишься. Наверное, больше нас с мамой успокаивал, потому что сам тоже едва разговаривал.

Голос Ксюхи снова задрожал.

— Когда гоблин попал тебе копьем в ногу, я думала, что все. Потом он снова тебя ударил. А когда ты насадился на копье… Дим, из тебя столько крови лилось. Мама так страшно закричала. Мне казалось, что ты вот-вот умрешь.

Я молча прижал ее крепче. Представить, как родители смотрели мой бой и ничего не могли сделать, оказалось почти страшнее самого боя.

— А потом, когда ты исчез и появился на пьедестале, мы поняли, что ты победил. Мы так радовались. Ты там еле стоял на ногах, но все равно пошел помогать остальным. Бинтовал их, пытался спасти. Мы так тобой гордились, Дим. Правда. Мне было ужасно страшно, но я все равно гордилась. Мы все гордились.

У меня перехватило горло. Я-то рассчитывал, что родители вообще ничего не узнают. Теперь они видели все. Представляю, что мама пережила за эти три дня. Да и батя наверняка себе места не находил, хотя внешне сто пудов старался держаться ради нее и Ксюхи.

Несколько секунд мы молчали. Потом сестра высвободилась из моих рук, подняла с пола арбалет и положила его перед собой.

— Дим, можно тебя попросить?

Я приготовился услышать, что больше не должен ходить на Турнир. Уже начал подбирать слова, чтобы объяснить, почему все равно пойду через пять недель.

— Научи меня защищаться, — произнесла Ксюха.

— Чего? — Я ошеломленно посмотрел на сестру.

— Хочу понять, как пользоваться арбалетом. И научиться самообороне. Что делать, если меня схватят. Куда ударить, чтобы вырваться и убежать.

Я ушам своим не верил. Ксюха, которая визжала от одного вида паука и начинала реветь, если в фильме ужасов показывали слишком страшного монстра, сама попросила меня обучить ее защищаться.

— Ксюш, арбалет — это не игрушка, — попытался я объяснить ей, на что она собирается подписаться.

— Я знаю. Я устала бояться, Дим. Я тоже хочу быть смелой, как ты, и больше не трястись из-за всяких Антонов.

Ее слова прибили меня. Просто морально вмазали в стену. Не знаю… Я гордился решимостью сестры и одновременно с этим еще больше ненавидел гребаных ублюдков, заваривших эту кашу. Это было дико и неправильно. Не должна была хрупкая маленькая девчонка хотеть уметь драться. Понимал, что ее просьба логична, что мне самому с первого дня следовало понемногу тренировать ее, но все равно внутри все бунтовало против того, чтобы она брала в руки оружие.

Хотел ответить, что научу, но перед глазами вспыхнуло системное сообщение.

Внимание всем жителям Земли. Первый этап межмирового Турнира завершен поражением вашей планеты. Назначено наказание: «Прорыв первой степени». Десять процентов зеленых Провалов разблокированы изнутри. Обитатели получили возможность покинуть их пределы. Наказание завершится после уничтожения вышедших существ и полной зачистки открывшихся Провалов.

Некоторое время я тупо перечитывал надпись, пытаясь представить, что произойдет. Часть монстров выпустят на улицы города?

Завыла сирена экстренного оповещения. Ксюха побледнела. На улице послышались крики, визг тормозов и грохот столкнувшихся машин. Я подскочил к окну. По другую сторону бульвара из стены трансформаторной будки, на которой горел знак зеленого Провала, выбирались покрытые шерстью огромные пауки. Один уже добрался до автобусной остановки. Люди разбегались. Женщина упала возле бордюра, и тварь метнулась к ней.

— Сука… — выдохнул я, понимая, какой звездец сейчас начнется на планете.

Раздумывать было некогда. Я сорвал с себя окровавленные бинты, сковывающие движения, натянул футболку и вытащил из рюкзака мотошлем с черепахой. После боя с гоблином моя защита выглядела так, словно по ней несколько раз проехал грузовик. Одна пластина треснула, крепление на боку почти оторвалось. Я затянул ремень потуже. Выбирать все равно было не из чего.

— Ты куда⁈ — Ксюха вскочила следом.

— Запри дверь и отойди от окон.

— Но ты только вернулся!

Я и сам это прекрасно знал. Хотелось остаться дома, привести себя в порядок, хотя бы час посидеть в тишине. Пожрать в конце концов и поспать. Вот только за окном паук жрал человека. И таких жертв будет еще много.

— Звони в экстренную службу. Скажи, что Провал возле метро открылся изнутри. И никому не открывай, пока я не вернусь.

— Дим…

— Ксюша, пожалуйста!

Она сжала губы и кивнула. Я подхватил рюкзак, сунул ноги в кроссовки и выскочил на площадку. Лифт ждать не стал. Помчался вниз по лестнице, перескакивая через две ступеньки.

Пока бежал, прикидывал, как много у меня в районе тех, кто может сражаться с монстрами. Я смотрел статистику: в Москве игроков, активно посещающих Провалы, набиралось чуть больше тысячи. Вроде и неплохое число, пока не соотнесешь с тем, сколько миллионов живут в столице. На этом фоне тысяча — капля в море. Еще есть полиция и спецслужбы, но из обсуждений в интернете я знал, что они стараются не соваться в Провалы без лишней необходимости. Спецподразделения изучают данжи, но для простых сотрудников есть даже предписание без приказа не лезть внутрь. Так что я не строил иллюзий насчет того, что желающих убить пауков будет много. А тех, кто реально сможет это сделать и выжить — еще меньше. У меня был хоть какой-то опыт, и я чувствовал на себе ответственность за людей.

На выходе из подъезда я вызвал из инвентаря цзюцзебянь. Вместе с ним на глаза попались трофейные предметы, выпавшие с гоблина, но сейчас я даже не стал смотреть, что там. Вообще не до того было. На улице творился настоящий ад. По бульвару метались люди. Кто-то бежал к домам, кто-то пытался спрятаться за машинами. Водители сигналили, разворачивались через сплошную и сталкивались, окончательно перекрывая дорогу. Крики, рев сигнализации, истошный вопль ребенка.

Женщину, которую я видел из окна, найти не удалось. Похоже, ее успели прикончить и куда-то уволочь. Зато заметил, как паук жрет мужика прямо посреди проезжей части. Ног у бедолаги уже не было. Ниже таза торчали только окровавленные обрывки одежды и белели раздробленные кости. Мужчина скреб ладонями по асфальту, пытался отползти на руках и орал, срываясь на хрип. На асфальте была лужа крови и вывалившиеся кишки. Я чуть не блеванул от зрелища. Рванул к пауку. Мужика было уже не спасти, но я мог воспользоваться тем, что тварь пока отвлечена, чтобы атаковать первым.

Паук заметил меня в последний момент. Я выпустил четыре звена и с разбега ударил по голове. Наконечник врезался