Читать книгу - "Ускользающее лето - Никола Чинкветти"

развернул её спиной и попробовал затащить снова. Очередной провал. Плюхнувшись в воду, мама расхохоталась, отчего сделалось только хуже: смех отнял последние силы и сбил дыхание. Папа, как полоумный, гоготал вместе с ней.

Не смеялся только Карло. А что тут было смешного? Он злился всё сильнее, нет, он закипал от ярости, хотя никто не обращал на это внимания.

– Ладно, – сказала мама, когда отдышалась немного. – Я просто схвачусь сзади. Буксируйте меня к берегу!

Карло со всей дури молотил по педалям, то и дело поглядывая назад. Теряя маму из виду, он кричал:

– Мам, ты там?

– Да, Карло. Всё в порядке.

Пляж был рядом, но течением посудину отнесло в сторону небольшого маяка на моле. Это всё ерунда, лишь бы поскорее пройти волнорез, чтобы мама сама смогла достать до дна.

Над молом кружила стая чаек, которые то и дело пикировали вниз – наверное, кто-то бросал им хлебные крошки.

У берега судёнышко резко полегчало.

– Спасибо, что подбросили, – крикнула мама. – Здесь неглубоко.

Накатила усталость, и Карло поднял пятки с педалей. Теперь механизм вращался, повинуясь усилиям папиных ног. Вдруг раздался пронзительный вопль, такой, что до дрожи пробрал. Карло вскочил.

– Что? Что случилось? – испугался папа.

Мама схватилась за руку чуть выше локтя и скорчила лицо в жуткой гримасе.

На помощь ей тут же бросились какие-то тёти. Они осмотрели руку и сказали, что это медуза, а ещё надавали разных советов: не трогать рану, срочно бежать в аптеку, купить там мазь…

Одна из них как-то странно сказала: «Да вы в интересном положении, милая! Пусть вам в аптеке подберут лекарство. Не ровен час крапивницей пойдёте».

Мама кивнула, но рану трогать не перестала – наверное, хотела промыть её солёной водой. Было видно, что ей нестерпимо больно.

Карло следил за всем с катамарана. Смертельно опасные медузы водились не здесь, а в Австралии – это он знал наверняка. Местные больно жалили, очень больно, но у них на счету не было беременных мам. Карло взглянул на маму и вдруг осознал, что так ей и надо. Нечего было нырять с животом! Эта мысль оказалась целебнее мази: раздражение стало утихать.

* * *

Перед ужином постояльцы выбирали меню на следующий день. В семье за это всегда отвечал Карло: он зачитывал список вслух и отмечал нужное крестиком. От десерта мама обычно отказывалась, но Карло всё равно делал пометку – так на столе появлялась лишняя порция. Вот и сегодня официант принёс целых два клубничных мороженых. Карло мигом проглотил одно, а на второе хватило сил только лизнуть – он уже чуть не лопнул. Хорошо, что и папа любил мороженое – так ничего не пропало!

– Пап, почему они маме сказали «крапивницей пойдёте»? – спросил Карло.

– Так говорят, когда покрываются волдырями, – объяснил папа, – пойти крапивницей значит покрыться волдырями.

– Но крапивницы ведь летают, а не ходят.

– Какие ещё крапивницы? – вмешалась мама.

– Бабочки-крапивницы!

– А! Так это просто название болезни, – хмыкнул папа, – крапивница. Волдыри похожи на ожоги от крапивы.

Это было предельно странно. Ожог от медузы, волдыри от крапивы, ещё и бабочку зачем-то приплели. Неужели взрослым так сложно называть вещи своими именами?

– А ещё они сказали «в интересном положении», это как?

– Я тебе что, – буркнул папа, – справочный центр по вопросам материнства?

Мама строго подняла подбородок, и Карло, не будь дураком, понял, что под столом папа схлопотал отменный пинок.

Папа притих.

– Ну, это тоже совсем просто, – сказала мама. – Куда ни пойдёшь с большим животом, тебя отовсюду видно, он вызывает заметный интерес.

– А если голый живот показать на пляже, он вызовет неприкрытый интерес? – спросил Карло.

Мама и папа зашлись в хохоте так, что на них обернулись с соседних столов. Карло насупился. А что тут смешного? Он же просто назвал вещи своими именами!

Обеденный зал начал пустеть. Официанты собирали посуду, когда девчонки подошли к столу – как обычно у всех рот до ушей. Заметив красный ожог на маминой руке, сёстры всполошились.

– Девочки, мне уже не больно, – успокоила их мама, – просто зудит немного.

Тогда София погладила маму по голове, чтобы утешить. И мама растаяла, словно клубничный десерт на солнце. Она улыбалась, как будто уже смотрела на свою дочку.

О Карло все забыли, и он чуточку пожалел, что тоже не стал жертвой медузы. Похоже, и те, кого она жалит, вызывают у людей интерес. Жгучий, наверное.

Глава 4

Будить по утрам приходил папа. Войдя без стука, он поднимал ставни и открывал окно. Пока Карло жмурился от света, снаружи раздавался хриплый птичий крик, который повторялся, уносясь в небо. Это был альбатрос – Карло знал наверняка. Выходит, утром папа поднимал с места обоих.

После завтрака Карло всегда возвращался наверх почистить зубы, и в этот раз прихватил со стола кусок хлеба. Он знал, что, покружив, птица вернётся и снова сядет на дымоход.

Так и вышло. Тогда Карло с балкона протянул хлеб на ладошке. Альбатрос резко повернул голову и зыркнул своим жёлтым глазом. Вмиг крылья распахнулись, и Карло едва успел подбросить ломтик в воздух. Тот покатился по черепице и упал.

Ну и клювище! Карло не хватило духа немного выждать, чтобы покормить птицу с руки. Альбатрос нырнул с крыши в поисках хлеба, а затем снова взмыл ввысь. Карло видел в небе его могучие крылья. С высоты донёсся громкий крик, что-то вроде «Спасибо, парень!».

* * *

На сорок третьем пляже, он же «Лорена», всегда было весело. Иногда больше, иногда меньше, но сегодня обещали конкурс песчаных замков, и на кону – билеты в аквапарк.

В командах было по четыре участника, поэтому Карло примкнул к Мануэлю, Кристиану и Франческо. Сбор назначили в десять утра на пляже. Там всех встречали аниматоры в белых футболках с китом на спине и надписью «МЕЧТАЙ ПО-КРУПНОМУ!»

Карло уже собрался на пляж, когда к нему подбежали девчонки.

– Давай с нами в команду!

А он бы и рад, но уговор есть уговор. Не бросать же сейчас своих!

Было досадно, и девочки тоже расстроились.

– Зато справедливо, – согласились они.

– А нам-то что делать? – захныкала София, но Матильда предложила: «Давайте узнаем. Вдруг разрешат участвовать втроём?».

Прихватив ведро и лопатки, Карло отправился на конкурс. Он везде выглядывал своих, но желание что-то строить уже пропало.

Море беззаботно белело на песке пенными барашками.

Аниматоры разбили пляж на большие квадраты: по одному для каждой команды. Полосатые красно-белые ленточки трепетали меж вбитых кольев, ограждая зону соревнований от зоны болельщиков.

Набралось восемнадцать команд, но квадрат сестёр оказался совсем рядом с Карло. Четвёртой они взяли какую-то девочку из Германии.

Для начала всем велели придумать название, и Карло предложил – «Белухи». Ребята только заржали в голос и поддержали Кристиана – «Трансформеры» круче!

– У вас в запасе ровно один час, – крикнул главный аниматор, вылитый Дятел Вуди с торчащей вверх чёлкой. Вид у него был суровый, и даже злобный, как у шеф-поваров, которые бьют тарелки с едой