Читать книгу - "Дипломат. Игры компромиссов - 4 - Владимир Неровитов"

фотографий для автографов. Майор Орловский стоял рядом с начальником политотдела армии, о чем-то оживленно перешептываясь.

Стрелец воспользовался моментом, когда общее внимание было приковано к сцене. Он выскользнул в коридор, миновал тяжелые дубовые двери служебного выхода и оказался на задворках Дома офицеров. Воздух здесь приятно пах сосновой смолой и неприятно — свежим асфальтом.

Ему нужно было найти полковника Бурого. В зале среди офицеров, собравшихся на встречу с Терешковой, Бурого Стрелец не заметил. Сверяясь с планом, который ему предоставил майор Орловский, советник прошел по тенистой аллее мимо служебных пристроек и направился к флигелю, в котором располагались кабинеты тыловых служб. Толкнув массивную дверь с табличкой «Полковник Бурый Н. Н.», он вошел внутрь.

В кабинете, густо заставленном шкафами с картонными папками, пахло табаком и растворимым кофе. За широким дубовым столом сидел изможденный нервный мужчина в форме. Услышав шаги, полковник поднял голову. Появление незнакомца не на шутку встревожило Николая Никаноровича. Любой незваный посетитель вызывал в нем приступ панического страха, с которым он, после задержания никак не мог совладать. Стрелец заметил, как по шее тыловика пробежала едва заметная судорога, а левый глаз начал дергаться.

— Что вы здесь делаете, товарищ? — спросил полковник, медленно опуская руку к телефону внутренней спецсвязи. — Вход в Тыловое управление — по пропускам.

— Полковник Бурый? — тихо произнес Стрелец, закрывая за собой дверь на защелку. — Вам привет от Анны Никаноровны. Так что не торопитесь тянуться к трубке.

— Не впутывайте мою сестру, — просипел тыловик. — Она здесь не при чем.

Было видно, что полковник боится. И не верит гостю и не ждет ничего хорошего от его визита.

— Николай Никанорович, я действительно виделся с вашей сестрой и приехал специально, чтобы встретиться с вами по ее рекомендации. Я — дипломат. Меня зовут Константин Иванович Басов, — Стрелец протянул полковнику свое служебное удостоверение.

— Откуда вы знаете Аню? — недоверчиво посмотрел на посетителя Бурый.

— Она проверяла наше посольство, так мы и познакомились, — продолжал Стрелец, — как раз тогда, когда вас задержали в связи с… известным инцидентом.

— Я ничего не знаю, — военный занял оборонительную позицию. Я совершенно ничего не знаю. Покиньте, пожалуйста, мой кабинет.

— Странно, Анна Никаноровна рекомендовала вас как умного и осмотрительного человека.

— Как бы не так! — внезапно сорвался Бурый. — Вы лжете. Она всю жизнь считала меня доверчивым недотепой, за которым должна заботиться до сих пор. Не было раза, когда она не назвала меня…

— «Ведомым»? — уточнил Стрелец.

— Ну вот, а я что говорил⁈ — полковник поднял испуганные глаза на дипломата.

— Теперь вы верите, что я встречался с вашей сестрой?

— Верю — не верю, какая разница? Уходите, вам здесь делать нечего и говорить нам с вами не о чем, вы — дипломат, я — интендант, о чем речь?

— Николай Никанорович, ваша сестра беспокоится за вас, она полагает, что вы находитесь в опасности.

Бурый задержал взгляд на посетителе, нервно постучал кончиками пальцев по столешнице и потянулся за сигаретами. Стрелец видел, что руки полковника дрожат.

— Откуда мне знать, что это не провокация? Да и это ваше удостоверение — тоже не доказательство, — не сдавался мужчина.

— Да что же вы за человек такой? — Стрелец начинал злиться.

Времени у него было в обрез. Он понимал: чем больше будет тянуться этот словесный пинг-понг, тем выше вероятность, что кто-то заметит отсутствие советника в актовом зале. К тому же он не был уверен в том, что никто не приглядывает за Николаем Никаноровичем. Меньше всего советник хотел подставлять Бурого. Во-первых, ему было жаль этого не самого умного мужика, а во-вторых — Бурый это их единственная ниточка, которая вела к заговорщикам.

— Анна Никаноровна тогда обратилась к нам за помощью, — продолжал советник.

— Только не говорите, что это вы или ваши товарищи вытащили меня из клетки…

— Нет. Это не наша заслуга, — спокойно ответил Стрелец. — Это заслуга ваших покойных товарищей.

— Что вы несете? — Бурый даже привстал с кресла.

— Я говорю, что их гибель оказалась как нельзя кстати. А вы, я вижу, боитесь стать следующим безвременно ушедшим, не так ли? Николай Никанорович, — Стрелец постучал указательным пальцем по своим наручным часам, — время работает против нас. Так что вас связывало с полковником Сизовым?

— В бане вместе парились. Устраивает такой ответ?

— Не вполне. Я еще не видел, чтобы за березовый веник отправляли на тот свет, — продолжал давить советник.

— Я вас не понимаю.

— Кто такой Грек? — очень тихо спросил дипломат.

— Н-не знаю, — в глазах тыловика проскочило выражение ужаса. — Уходите, прошу вас.

— Послушайте, полковник, мне не так просто было попасть сюда. И я не собираюсь возвращаться, не добившись результата, — произнес Стрелец, глядя собеседнику в глаза. — Вы не уверены? — советник сделал соответствующий жест рукой, намекая на прослушку. — Тогда давайте прогуляемся, если вам душновато.

— Как же вы мне надоели, — ответил Бурый. — Повторяю, я ничего не знаю.

— Да что вы заладили, как попугай, — не сдержался Стрелец. — Ваше молчание может быть как гарантией жизни, так и гарантией того, что ее отнимут. Неужели вы не понимаете, Николай Никанорович?

На лице полковника Бурого отражалась такая красноречивая гамма смешанных чувств, что Стрельцу стало даже жаль мужика, но он не мог себе позволить поддаваться эмоциям. С улицы, со стороны Дома офицеров понеслись отголоски бурных оваций. Советник понял, что выступление Терешковой приближается к концу. Разводить церемонии больше не было никакой возможности. Он решительно подошел к тыловику и прошептал ему в самое ухо.

— Вас пытала военная контрразведка. Хотите проверить, как выводят на чистую воду на Лубянке?

Глава 18

ГЛАВА 18

ПРИВЕТ ОТ ГЕНЕРАЛА ДЯТЛОВА

Николай Никанорович обреченно поднялся из-за стола. Видно было, что разговаривать с советником ему совсем не хотелось, но другого способа избавиться от навязчивого посетителя он не видел. Бурый приоткрыл дверь кабинета, убедился в том, что в коридоре никого нет, и жестом пригласил Стрельца на выход.

Во флигеле было тихо — лишь где-то на верхнем этаже глухо стрекотала пишущая машинка да доносился обрывок немецкой маршевой музыки из радиоприемника. Они молча вышли из интендантского подъезда и завернули за угол. Спустившись по выщербленным бетонным ступеням, мужчины оказались перед массивной железной дверью, утопленной в полукруглую арку. Бурый залез в карман, извлек внушительную связку ключей и отпер замок. Советник инстинктивно сжался, ожидая, что раздастся скрип, но ошибся. Дверные петли, судя по всему, были заботливо смазаны.

— Заходите, — едва слышно, одними губами выдохнул Бурый, увлекая