Читать книгу - "Том 2. Теоретико-мыслительный подход. Книга 1 : От логики науки к теории мышления - Георгий Петрович Щедровицкий"

Вначале это знание возникает между двумя (тремя и т. д.) людьми, но затем ситуация его возникновения сочетается с деятельностью одного человека, совмещающего в себе как передающего, так и принимающего субъектов.

Указанная деятельность является, как мы полагаем, действительностью, изучаемой формальной логикой в собственном смысле этого слова.

Все ее положения, сформулированные на сей день, имеют отношение именно к действительности возникновения форм мысли в процессе сообщения (закон тождества и закон противоречия, закон исключенного третьего и закон достаточного основания). Попытаемся объяснить это.

Возьмем закон тождества. О чем он говорит? Что он требует? Он требует, чтобы слова и термины («понятия»), употребляемые человеком в процессе сообщения (в споре, в дискуссии, в изложении), имели одно и то же содержание. Это означает, что один человек может «понять» другого (то есть однозначно сконструировать по его словам передаваемую, сообщаемую действительность) только в том случае, когда содержание слов («понятия») употребляются однозначно, без колебания составляющих моментов. Не нужно какой-либо проницательности, чтобы понять существенный смысл и значение этого весьма простого и элементарно-общего требования, без которого невозможен процесс передачи знания и его усвоения (конструирования) тем человеком, для которого оно предназначено.

Вместе с тем соблюдение этого закона находится в относительной независимости от истинности передаваемого содержания; здесь требуется однозначно передать знание, а какое оно — истинное или неистинное — это не в компетенции рассматриваемого закона.

Далее. Закон противоречия: нельзя одновременно и отрицать, и утверждать Р для одного S (то есть несовместимы утверждения «S есть Р» и «S не есть Р»). В логической литературе высказано много соображений относительно смысла этого закона и относительно его связи с положениями диалектики. Но нам кажется, что его анализ весьма просто выясняет его действительное назначение, если он проводится в плане высказанного выше соображения о «сообщении». Дело в том, что суждение (форма суждения) возникает в процессе сообщения (в суждении утверждается некое положение вещей) и без однозначной связи S и Р невозможно какое-либо утверждение.

«S есть Р» — это утверждение наличной связи, и в этот момент с ним несовместимо «S не есть Р», ибо последнее разрушает утверждение первого порядка, ликвидируя форму суждения как таковую.

«S не есть Р» — это утверждение отсутствия связи S и Р, и в этот момент несовместимо «S есть Р», ибо оно разрушает утверждение первого порядка, разрушает суждение о возможном отсутствии связи — и разрушает тем, что вводит колебание, сомнение в самый процесс производства формы суждения.

Если это разрушение происходит, то есть нарушается закон противоречия, то человек вообще оказывается без знания, выраженного в форме суждений, а следовательно, он лишается возможности мыслить об определенном содержании, то есть лишается возможности установить, истинно или ложно то или иное утверждаемое положение вещей.

Совместимо или несовместимо такое положение вещей в их истинной, объективной действительности, которое выражается суждениями «S есть Р» и «S не есть Р», — это решается в процессе мышления об объективном положении вещей. И к процессу этого мышления закон противоречия отношения не имеет. Но мыслить можно все-таки благодаря тому, что на основе этого закона создано знание в форме суждений.

Подобные же положения можно вывести и для других законов формальной логики. Эти законы регулируют процесс сообщения знания, то есть процесс возникновения, построения таких его форм, которые позволяют осуществляться работе познающего мышления.

Наряду с этим необходимо указать, что законы формальной логики, известные на сей день, раскрывают процесс сообщения лишь в самой общей форме — в форме самого первого приближения к действительности, которую они призваны раскрыть. Поэтому формальная логика — наука с большим будущим, ибо ее открытия, известные к настоящему времени, весьма малы по сравнению с объемом и сложностью тех проблем, которые открываются перед нею при изучении действительности речевого общения как действительности возникновения понятий, суждений и других форм знания, служащих предпосылками для самого процесса познающего мышления, то есть мышления, вскрывающего посредством понятий, суждений и тому подобных форм действительное, истинное положение вещей.

В свою очередь, сам процесс познающего мышления, призванный духовно воссоздать в системе понятий, суждений истину предмета, имеет свои особые закономерности. Они суть закона теоретического воссоздания объективного содержания, как оно существует вне и независимо от человека и от суждений о нем. Изучение закономерностей теоретического мышления — задача категориальной логики, то есть объективной логики в гегелевском смысле слова. Именно эта логика определяет, исходит и изучает ту систему категорий действительности, которые, став категориями мышления, отражающего всеобщие моменты бытия, обеспечивают конкретное, специфическое (истинное) знание изучаемой действительности. Эти категории отражают узловые моменты развития — становления бытия любой вещи. Только изучая эти категории («бытие» — «становление» — «качество» — «количество» и т. д.) как категории познающего мышления, отражающие всеобщие особенности объективной действительности, логика формулирует закономерности процесса познания истины, то есть той работы теоретически мыслящей головы, которая, определенным образом перерабатывая чувственные данные, приводит к истинному знанию предмета.

Именно категориальная логика обнаруживает диалектику процесса познания, диалектическую зависимость между его категориями. Формулируя законы диалектического мышления (то есть такого мышления, которое познает диалектику предмета), эта логика обслуживает все другие науки, в том числе и формальную логику, которая изучает действительность возникновения форм мыслительного знания о вещах — а эта действительность, как и любой другой объект, возникает, развивается и функционирует также диалектически. Чтобы ее познать, требуется раскрытие конкретной диалектики возникновения, становления и последующего функционирования мыслительных форм знания.

Итак, по нашему мнению, в процессе реального мышления можно выделить две взаимосвязанные, но все же различные стороны, являющиеся объектами двух логических дисциплин — формальной логики и категориальной логики (диалектики в собственном смысле этого слова).

Формальная логика изучает возникновение, развитие, взаимодействие мыслительных форм знания (понятий, суждений и т. д.), то есть таких форм знания, которые позволяют оперировать (позволяют «брать») любым содержанием в процессе мышления, в процессе воссоздания истины предмета. Предметное содержание должно приобрести определенные формы, чтобы стать объектом мыслительного, познающего процесса.

Есть все основания полагать, что сами формы мысли возникают и воспроизводятся в процессе передачи (взаимосообщения) знаний, то есть внутри речевой действительности.

Являясь предпосылками самого процесса теоретического мышления, мыслительные формы, по нашему мнению, хотя и имеют относительную самостоятельность по отношению к последнему, но все же полнокровное и полное свое развитие приобретают в процессе теоретического мышления, а не до него и не независимо от него, как это можно было бы считать, если не видеть в них предпосылки теоретического, объективно-познающего мышления.

Познание этих форм мыслительного знания только тогда является истинным, когда оно является диалектическим, ибо в мыслительных формах, как и во всех