Читать книгу - "Год 2000-й. Восход полной луны - Александр Борисович Михайловский"

и даже в лучшем для себя случае в дальнейшем останется всего лишь мэром Москвы. Тогда Павел Гусев понял, что пора делать поворот оверштаг и менять коня на переправе. Уж такой он был человек, без сожаления сбрасывающий прежнюю шкуру при каждом историческом повороте.

Примечание авторов: * коммунисты на тех выборах получили 24,29% голосов, «Единство» — 23,32%. Разрыв меньше процента и означает дыхание в затылок. Партия Лужкова, Яковлева, Шаймиева и прочих региональных вождей получила 13,33% голосов, но частично скомпенсировала низкий результат большим количеством именитых депутатов, избранных по одномандатным округам.

Однако на этом страшные чудеса не закончились. Вмешательство в события внешней, можно даже сказать, потусторонней силы стоило всех предыдущих потрясений сразу. К настоящему моменту о произошедшем у высоты семьсот семьдесят шесть и о чудесном спасении шестой роты Павел Гусев знал почти столько же, сколько и непосредственные участники событий. Происшествие с применение аналога тактического ядерного оружия скрыть от журналистского сообщества было невозможно, как и то, что даже в оплавленном от неистового жара эпицентре взрыва счетчики радиации не показывали ничего, кроме естественного фона. По свидетельству очевидцев, это было похоже на удар целого пакета гигантских шаровых молний. Земная цивилизация так не умеет. Но по сравнению с тем, что случилось три недели спустя на аэродроме «Северный», это были истинные цветочки.

Это было странное мероприятие со странными действующими лицами, после которого Владимир Путин против всех опросов выигрывает выборы… нокаутом, а в среде либеральных политиков, журналистов и правозащитников начинается настоящий мор. В «Московском комсомольце» пострадавших почти не было, однако по некоторым другим изданиям, телеканалам и радиостанциям эта чума прошла беспощадной метлой. При этом все понимают, то есть догадываются, что произошло, но никто не может ничего доказать, так как получается настоящая чертовщина. Впрочем, и с чертовщиной не все ладно. Экстрасенсы, гадалки, адепты черной и белой магии и прочие колдуны вуду до того момента вились над Россией как мухи над мусорным баком, а нынче даже банальный приворот-отворот заказать некому. И на этом фоне тихо и незаметно от тяжелой и продолжительной болезни умер президент Ельцин, но как раз это никого не удивило: сдавая власть преемнику, он уже тогда выглядел так, что краше в гроб кладут.

Однако более всего Павлу Гусеву запомнились инаугурация нового президента и его выступление перед Федеральным собранием, тем более что было всего лишь позавчера. И вот тут Владимир Путин не только с необычайной легкостью провернул утверждение в должности тут же выдвинутого премьер-министра, но и предъявил Граду и Миру того, кто уже два месяца стоял у него за спиной. Впрочем, шокировал и сам лейтмотив президентской речи: «Народ оказал мне доверие, а значит, все в государстве будет делаться в его интересах». Прежде «народ» приплетали к речи только для красного словца, особенно перед выборами, но тут все было до предела серьезно. Подписанные в тот же вечер и опубликованные на следующее утро указы о назначении членов нового кабинета недвусмысленно подтверждали это. Выглядела сия команда как когорта преторианцев, сомкнувшаяся вокруг предводителя. Эти не станут ни сомневаться, ни колебаться, будут кромсать острым скальпелем по живому и шить широкими, размашистыми стежками нечто новое, никем не изведанное, ибо, как сказал в своей речи Владимир Путин, возврата к советским порядкам тоже не будет. А что будет, то российским гражданам еще предстоит узнать.

Но страшнее всего была речь господина Сергия, сын Сергия из рода Сергиев, Верховного главнокомандующего Четвертой Галактической империи, Патрона Воинского Единства, Адепта Силы и Порядка, Специального Исполнительного Агента Творца всего Сущего по вопросам, решаемым путем меча, и Бича Божьего для всяческих негодяев. И весомость слов этого сверхчеловека утверждал его флагманский линкор планетарного подавления, зависший в нескольких сотнях километров над Москвой. С позиции лидера высшей цивилизации на хорошем русском языке с иностранным акцентом господин Сергий вдребезги разнес российских западников и решительно смешал их останки с грязью. Собственно, Павел Гусев не нашел, к чему придраться: все аргументы были безупречно логичны и исторически верны.

Однако самое невероятное случилось уже после того, как господин Сергий закончил говорить речь и подвел итог, напоследок оделив присутствующих Благословением Свыше. Даже через экран телевизора Гусев почувствовал, как его охватывает какое-то особенное спокойствие и ясность сознания, при которой одни вещи, считавшиеся малозначимыми, приобретают первостепенную важность, а другие, наоборот, начинают выглядеть как тлен и суета сует. Ну и линкор… Когда стемнело, разглядеть его светящийся стреловидный силуэт в московском небе можно было без всякого бинокля. И тогда владелец «Московского комсомольца» понял, кого теперь следует держаться, да только к нему лично никто не спешил с благой вестью и не делал предложения, от которого нельзя отказаться.

Кстати, о том, что подследственные по делу об убийстве Дмитрия Холодова выпущены под подписку о невыезде, Павлу Гусеву пока не сообщили. Это произойдет, но позже, уже после праздников, когда нынешняя следственная группа, явившись на службу, узнает о своем отстранении от дела. А пока по этому вопросу тишина: телевидение сюжет об этом освобождении не снимало и в газетах о нем не писали. Поэтому хозяин «Московского комсомольца» думал не о том, как бы разразиться поносными речами в адрес новой власти, а прикидывал, каким путем можно забросить удочки в ближнее окружение Владимира Путина, ибо на данный момент самая вкусная рыба водится именно там.

И как раз в этот момент все и произошло.

— Павел Николаевич, к вам можно? — услышал хозяин кабинета знакомый, но давно забытый голос ведь его владелец был мертв уже пять с половиной лет.

Он поднял глаза и обомлел: прямо перед ним, на расстоянии чуть дальше вытянутой руки, стоял тот самый покойник, Дмитрий Холодов, глядя на бывшего шефа изучающим взглядом. Тут у кого хочешь, шурша бетонными плитами перекрытия, поедет крыша…

Однако Гусев не стал ни креститься, ни бормотать молитвы, и даже не упал в обморок, а только тихо спросил:

— Дима… это ты?

— Да, это я, — подтвердил «покойник». — А вы кого ждали — мисс Зул с вилами и в обтягивающем черном кожаном костюме?

— Нет, я никого не ждал, — признался редактор и тут же машинально спросил: — А кто такая мисс Зул?

— Так, — махнул рукой воскресший журналист, — одна графиня-аристократка из другого мира, очень милая женщина, хотя и стопроцентная чертовка, то есть деммка.

— Так, значит, ты все-таки ТАМ? — вздохнул Павел Гусев.

— Нет, я ЗДЕСЬ, — мрачновато улыбнулся удивительный гость, — живой и полностью здоровый.

—