Читать книгу - "Время неблагих. Книга третья - Максим Андреевич Далин"

— Дело в том, — сказал Гелхард, — что Рэй искал способы влиять на короля.

Высочества выдохнули разом.

— Нашёл? — еле выговорила Глейза.

— Да, — сказал Гелхард. — Он предположил, что трещину в душе государя Кеннета может создать страх за близких. За вас. За государыню. Но вскоре убедился, что вы не подходите: государь не столько боится за вас, сколько в вас верит. Тогда группа Нагберта с поддержкой клира организовала возвращение в Святую Землю королевы…

— Гений адов, — мрачно сказал Лэрик. — Мать может кому угодно душу треснуть.

— Видимо, Рэй о чём-то таком подозревал, — сказал Гелхард.

— Точно знал, — сказала Глейза.

Гелхард вздохнул и потёр глаза. Ужасно устал, а надо было как-то договорить. Я его хорошо понимал: тоже чувствовал себя чудовищно уставшим, но надо было договорить и понять.

— Если точно знал, значит, задача представлялась Рэю более простой, — сказал Гелхард. — Шельд говорил так: Рэй по заданию клира и двух групп святоземельских элит возился с решением давно, но утверждал, что настоящий шанс у него появился именно после вашего побега. Государь остался совсем один, в полной неизвестности, с шансами потерять всех, кого по-настоящему любил… его, видимо, пытались эмоционально раскачивать некоторые аристократы из свиты, но не преуспели: у короля уже накопился серьёзный опыт борьбы в одиночку.

— Я думаю, что и маме не под силу сломать отца, — сказала Глейза. — До сих пор ей не удавалось.

— До сих пор вы были рядом, — сказал Гелхард. — Вы и ваш брат.

— Я думаю, отец сильнее их всех, — сказала Глейза.

— Он тоже человек, — сказал Гелхард. — Правда, по слухам, государыня не оправдала надежд… и тогда Рэй заключил с адом прямой договор. Шельд сказал, что Рэй за какую-то очень значительную жертву замкнул государыню на себе. Раскачать и сломать её с помощью наведённых чар — уже не составляло бы особого труда. В самом крайнем случае, ад убил бы её.

— То есть, выходит, Шельд спас и отца, и маму? — спросил Лэрик.

— И очередной раз оттянул вступление Святой Земли в войну, — сказал Гелхард. — Насколько я могу судить, Рэй в этом проекте был совершенно незаменим. Гений адов, как вы сказали, Лэрик. Его группа занималась воздействием на человеческий разум через ад, но, как Шельд говорил, без него команда почти ничего не стоит. Та «колыбельная», которую вы слышали, друзья, и о которой мне рассказывал Ричард — тоже работа этой команды, но по сравнению с «Трещиной» это пустяки сравнительно…

— Ещё бы, — сказал Рошер. — Так ведь запросто можно взломать кого-то и из главного штаба… да приближённого чужого короля, да хоть вообще кого-то из королевской семьи…

— Будь я проклят, — пробормотал Лэрик. — Рэнг!

— Я бы не исключал, — сказал Гелхард.

— Кой демон! Да представьте только, как они резвятся в озёрных королевствах! — выдал Лэрик потрясённо. — Да и не только! А у «Трещины» большой охват? Целый город может?

— Нет, — сказал Гелхард. — Город не может. «Трещина» работает достаточно точечно. Впрочем, мессир канцлер в ближайшее время выяснит, сколько было попаданий именно на этой базе — и тогда у нас будет точная статистика.

— А прикрыть от «Трещины» можно? — спросил я. — Выходит, те звёздочки, — и показал, какие, — сработали же?

Гелхард качнул головой.

— Нет. Предположу, что вы прикрыли ваших друзей от смертной порчи… от того, что случилось с группой Орлика. Судя по всему, те, кто проводил обряды на территории Девятиозерья, мыслили так: если «Трещина» по каким-то причинам не находит объект, то соприкоснувшиеся с местом совершения обряда люди гибнут как ненужные свидетели…

— Гел, — сказал Жейнар, — два слова.

Мы все к нему повернулись.

— Эти обряды ведь не на Орлика с товарищами были расчитаны, — сказал Жейнар, отодвинув чёлку с глаз. Стеклянный глаз здорово смотрелся, как живой прямо. — Эти обряды нацеливали именно на лесную базу, не сомневаюсь. В крайнем случае — на другие объекты, которые у союзников на границе есть… но мне кажется, на эту базу. Отсюда ведут удобные дороги, находка для диверсантов в случае чего… Ну и жруны и малые крылатые твари тут недаром рассекают. У меня есть подозрение, что вся эта штука именно через демонов наводится на конкретные души. Индар здорово огорчится, узнав, что Триэлл не сегодня и не вчера заинтересовал милых соседей?

— Думаешь? — Гелхард определённо имел в виду «ты уверен?»

— Почти не сомневаюсь, — сказал Жейнар. — Не могли же девятиозерцы как-то предвидеть, что к ним через границу внезапно вломятся перелесские бронебыки. Наши там случайно оказались: это не ловушки, а точки, откуда девятиозерцы наводили удар. Ну, конечно, там защита стоит — убить тех, кто некстати сунется. Эдна не заразила Триэлла, он был уже готов. Эдна — как раз из случайно и удачно подвернувшихся.

— Может, всё-таки там святоземельцев подстерегали? — возразил Гелхард. — Их демоны засекли, ручаюсь. Ещё на озере Капелька, куда аэроплан Миля… вежливо скажем, приземлился.

— А как догадались, что святоземельцы пойдут в Перелесье?

— Не догадались, а предположили… хотя… да, логичнее было бы решить, что мы всех святоземельцев заберём… Умный Нари прав насчёт Триэлла. Послушайте, мессиры и леди, может, мы что-нибудь съедим, золотые мои? Умираю с голоду и засыпаю на ходу.

Мы переглянулись. Какую-то искорку энтузиазма при мысли о еде я заметил только у Рошера — но отказываться в таких случаях невежливо.

Правда, не есть, когда угощают, тоже не очень-то вежливо. Но высочества за свою жизнь здорово наловчились делать вид, а Рошер и вовсе, наверное, голодный. Так что никто, конечно, спорить не стал.

И у нас даже получилось ещё немного очень-очень личных разговоров с Гелхардом. Так-то у всех нас оставались вопросы… не о войне и не о проекте «Трещина», а… о своём всяком.

Об Ильсоре, например. Мы дали прибережцам спокойно поесть, мы пили кавойе без мёда и сливок, все, не сговариваясь — нам всем одинаково хотелось крепкого и горького — но когда они немного отвлеклись от завтрака, Глейза спросила:

— Мессир Гелхард… а вы видели малютку? Нашу сестричку?

Прибережцы заулыбались дружно.

— Леди Ильсору? — спросил Гелхард. — Суровая леди. Пребывает в гостях у матушки инкогнито, общается только с дамами, чтобы от знаменитой благодати принцесс Святой Земли бедные прибережцы не шалели. Я видел её дважды, мельком: разговаривать со мной леди не желает. Через матушку леди передала вам всем пожелания удачи, сказала, что молится за вас в любую свободную минутку и надеется на лучшее изо всех сил. Подружилась с тётей Карлой, полюбила собаку Тяпку, взаимно. Тётя Карла обмолвилась, что почти всё время леди тратит на чтение и рисование. Рисует вас, мои золотые. В особенности, по таинственной