Читать книгу - "Хакеры Lazarus. Кибервойна Северной Кореи — от Голливуда до мировых финансов - Джефф Уайт"

но много лет учился и работал в Даляне — в том самом портовом городе, где находилась Chosun Expo и где его отец занимал высокий пост в северокорейских коммерческих структурах. Он подружился с несколькими молодыми северокорейскими технарями в Даляне и по государственным праздникам проводил с ними время. Так ему выпала редкая возможность увидеть их быт изнутри. Он рассказал Джин Х. Ли, моей соведущей по подкасту The Lazarus Heist на Всемирной службе Би-би-си: «Я несколько раз ходил к ним в квартиру поучиться [обращаться с] компьютерами. Там жили вместе человек двадцать. По четыре-шесть человек в комнате. Гостиную они сделали как офис: все компьютеры стояли в гостиной».

Джин Ли спросила, чем они занимались со всей этой техникой, захватившей гостиную, и услышала, что они работали над вполне законными ИТ-проектами. «Они тогда делали игры для мобильных телефонов и говорили мне, что продают их в Японию и Южную Корею через посредников. И что зарабатывают около миллиона долларов в год. Всего двадцать человек».

Всё логично: в мире полно компаний, которые не прочь закрыть глаза на то, что нанимают северокорейцев (или предпочитают не знать, кто на самом деле делает работу), особенно если расценки достаточно низкие. Но, похоже, этим вполне легальным программистам пугающе легко переступить черту и заняться киберпреступностью, добывая режиму незаконные деньги. В 2011 году южнокорейская полиция арестовала пятерых человек, которые, по её данным, вместе с северокорейскими хакерами украли миллионы долларов через сайты онлайн-игр10. Как сообщалось, афера крутилась вокруг безумно популярной видеоигры Lineage — средневекового фэнтези, где рыцари и принцы убивают чудовищ и осаждают замки. Игроки копят внутриигровые очки, которые потом можно потратить на особое оружие и прочие полезные штуки. Как и во многих уголках игрового мира, среди фанатов Lineage кипел рынок: за очки платили реальными деньгами. И хакеры написали бота, который сам убивал чудовищ и набирал очки, а очки хакеры потом продавали игрокам за живые деньги. Вам, может быть, покажется, что по сравнению со взломами Sony и Банка Бангладеш программа, которая притворяется эльфом или магом и бегает по игре, приканчивая огров, — сущая мелочь. Не торопитесь с выводами. По данным южнокорейских властей, схема принесла около 6 млн долларов11. Если обвинения полиции верны, значительная часть этих денег, скорее всего, ушла в Пхеньян.

По утверждению властей США, именно по такой модели работала и Chosun Expo. Внешне это была законная фирма, которая писала программы для клиентов, — об этом говорят и письма Пак Чин Хёка корпоративным заказчикам. Но за кулисами инфраструктуру и сотрудников той же компании использовали для атак на цели по всему миру.

«Мы снова и снова видим, как применяется этот метод, — говорит Присцилла Мориучи, бывший аналитик АНБ по Северной Корее, а ныне сотрудница Apple. — Отправляешь хакеров за границу — вроде как работать на эту подставную компанию. А потом они используют инфраструктуру этой подставной компании, чтобы проводить уже сами кибероперации».

Но зачем вообще отправлять хакеров за границу? Почему бы не атаковать изнутри Северной Кореи (пусть и прячась за слоями сетевой маскировки)? Тому есть веские технические причины: как мы уже видели, окно КНДР в интернет очень узкое. Доступ в сеть ей обеспечивают компании из России и Китая12, а на всю страну приходится всего около тысячи IP-адресов (у таких стран, как Великобритания и США, их многие миллионы)13. И, разумеется, это одни из самых пристально отслеживаемых IP-адресов в мире. Если северокорейские хакеры хотят работать подальше от чужих глаз, вполне разумно перескочить границу в Китай и затеряться среди его миллионов IP-адресов.

Однако, как мы уже видели, эта тактика не даёт полной гарантии. Если анализ ФБР верен, коллеги-хакеры группировки Lazarus, оставшиеся на родине, всё же заходили в отдельные части своей сети для атак с северокорейских IP-адресов. Эти следы стали важными звеньями в цепи доказательств и позволили Бюро выстроить дело против Пак Чин Хёка и его сообщников.

Но есть и другая, более любопытная причина, по которой Северная Корея может отправлять хакеров за границу: это ещё и возможность узнать, как думает и общается остальной мир. Чтобы фишинговые письма действительно обманывали жертв, нужно понимать культуру, в которой те живут, а изнутри наглухо контролируемого информационного пузыря КНДР этого не сделать. «Хакерские общежития» вроде того, что видел Ли Хён Сын, — с захламлённой гостиной, полной ноутбуков и проводов, — становятся для хакеров учебным полигоном: там они узнают, как живём все мы и как пользуемся интернетом, чтобы общаться, заводить связи и вести банковские дела.

Как говорит Присцилла Мориучи, «они живут в своём кругу, [ведут] довольно замкнутую жизнь, но их работа — встроиться в интернет-общество и культуру и понять, как это можно использовать, будь то онлайн-игры, интернет-казино или межбанковская система SWIFT, как это всё можно использовать, как на этом можно сыграть, чтобы приносить доход [северокорейскому] государству».

Некоторые считают, что именно знакомство с чужой культурой делает хакеров едва ли не самыми опасными из всех военных оперативников Северной Кореи. В отличие от подавляющего большинства соотечественников, у них был доступ к открытому интернету. Да, их доступ наверняка строго контролируют кураторы (вроде «политического атташе», приставленного к сотрудникам Chosun Expo), но свободы в поиске информации у них неизбежно больше, чем когда-либо дадут тем, кто остался дома, — даже студентам, которым преподаватели разрешают выходить в сеть.

Например, если ФБР право и северокорейские хакеры действительно писали актёрам «Интервью», уговаривая их скачать фото голых знаменитостей, значит, хакеры знали об утечке, случившейся несколькими месяцами раньше: тогда из личных аккаунтов десятков знаменитостей, в том числе Рианны и Дженнифер Лоуренс, утекли интимные снимки — так называемый инцидент «Fappening». Для большинства жителей предельно консервативной КНДР, где даже держаться за руки традиционно считалось бесстыдством, сама мысль о том, что женщины отправляют кому-то свои обнажённые фото, была бы немыслимым скандалом. Компьютерные хакеры — среди ничтожного меньшинства северокорейцев, которые вообще могли о таком узнать. И это лишь один пример из множества сведений о жизни за пределами КНДР, которые хакеры наверняка почерпнули, разбираясь, как устроен остальной мир и как им манипулировать, чтобы добраться до своих целей.

Попутно они неизбежно узнавали и о лжи, которой пхеньянский режим пичкает свой народ, и о том, в какой отчаянной бедности по сравнению с большей частью мира живёт большинство северокорейцев. Выходит, хакеры, пожалуй, как мало кто ещё в северокорейском обществе, знают о лицемерии, лживости и жестокости своего правительства. И всё равно продолжают. Почему? Причин много, и это смесь кнута и пряника.

Во-первых, хакерство — способ вырваться из жёсткой классовой системы КНДР. Как мы узнали из главы