Читать книгу - "Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности - Дмитрий Буров"

титул. Как там? — нахмурилась Гринпис. — Повелитель Океана Времен и Вечности?

— Нет, ну вы посмотрите, какие формы! — воскликнул Бес, разглядывая русалок-стражниц. — Шеф, как думаешь, а ножки у них только на суше отрастают? А как же тогда здесь…

— Бес! — рыкнула графиня. — Веди себя прилично!

— А я что? Я ничего! Так, мечтаю вслух, — оскорбился неугомонный ловелас.

— Мечтай про себя! — отчеканила Колокольчик.

Поручик закатил глаза, но умолк.

Нас действительно привели во дворец и без всяких проволочек доставили в тронный зал. На троне, созданном из сотен, если не тысяч морских раковин разной формы, восседал Тони.

Первая стражница остановилась в нескольких метрах от возвышения, на котором располагалось царское кресло с гигантской спинкой, и склонилась в глубоким поклоне. Мы ограничились короткими уважительными кивками. Беса я предупредил заранее, пообещав оторвать голову и оставить за пределами дворца, если он не перестанет валять дурака и не заткнется. Только драки с русалками нам и не хватало.

— Великий лэард, Повелитель Океана Времен и Вечности, твои гости доставлены, — прогудела стражница, по всей видимости, глава охраны.

— Ступай, свободна, — величественно вымолвил Тони, глядя на нас ничего не выражающим взглядом.

— Шеф, ты конечно можешь оторвать мне голову, — зашептал взволнованно Бес. — Но ты уверен, что это наш Тони? Похоже, они его тут так измордовали, что он не в себе. Я так и не приметил ни одного русала. Похоже, у Тони тут малинник, или как там его. гаремник!

— Или приворожили, — шепнула Гринпис. — Я читала, русаки Нави способны зачаровать человека до полного беспамятства.

— Берем Тони и уходим? — деловито предложила Колокольчик. Аура графини засияла багровым цветом, дар полыхнул жаром, предвкушая славную битву.

— Сначала поговорим, — остановил я Кровавую Богиню. — Великий лэард, Повелитель Океана Времен и Вечности, опричники Яви приветствуют тебя.

Я поймал взгляд повелителя, усмехнулся и медленно проговорил:

— Тони… Черт побери, подмигни, если ты в опасности и тебя надо спасать, — предложил товарищу, вглядываясь в такое раньше знакомое, а нынче незнакомое лицо старого друга.

Неожиданно человек, сидящий на троне из морских раковин, подмигнул нам. Не успели мы придти в себя, как Тони расхохотался, поднялся со своего царского места и двинулся к нам навстречу.

— Напугал, — обнимая товарища, признался я. — Думал, ну, все, наяды действительно затуманили тебе мозги. А ты — вот он ты! Тони! Ну, здравствуй, старый друг! Мы за тобой!

* * *

«Собственно тени — это часть Бездны. Но кто сказал, что часть Бездны не может быть морской? Что если Бездна изначальная тоже дуальна? И вообще Бездна — это не огромная бездонная яма, как привыкли представлять ее мы, люди. Что если Бездна — это что-то вроде линзы? Выпуклая с обеих сторон материя, которая отражает саму себя в двух стихиях? — размышлял я про себя. — Но если это так, становится понятно, какого черта Тони сделался местным королем, или кем там его назначили местные».

Я слушал рассказ Тони о битве с морским повелителем, пытаясь осознать масштаб бедствия. Нашего Призрака никто не привораживал. И никакой невесты у него давно нет, погибла от рук уличных мерзавцев. Вернемся в Явь, поинтересуюсь у куратора, по какой причине в личном деле Тони об этом нет ни слова. Не верю, что князь не в курсе. Не зря же он выдал Призраку персональное разрешение на ночные вылазки, в которых мой боец выступал в роли и судьи и обвинителя, и адвоката.

— Я не искал власти, Свар, — снова заговорил Призрак, его голос, полный печали, звучал, тем не менее решительно, без тени сомнений. — Этот мир предложил мне возможность, о которой я никогда не мечтал. Нижний Йоми — это мир женщин. У них нет защитников-мужчин. На них идет постоянная охота. Низшие лэарды отлавливают неяд, русалок, сирен, лоскотух, нингё, мерроу. И продают.

— Кто все эти люди? — дивился Бес.

— На органы? — ахнула Гринпис.

— Если по-нашему — это вроде как национальности русалок, — пояснил Тони. — Их ловят для развлечения, на опыты, на ингредиенты.

— Что? — возмутилась Гринпис. — Как такое возможно?

— Слеза русалки, отданная добровольно, способна возродить к жизни в первые пять минут после смерти. Плоть нингё — возможность обрести долгую, почти вечную жизнь.

— Это как? — уточнила Колокольчик, изящно разделываясь с рыбой.

— Поедая ее, — спокойно пояснил Тони.

Руки графиня с ножом и вилкой замерли над тарелкой, но спустя несколько секунд кусок белой рыбы, нанизанный на зубья, все-таки отправился по назначению.

— Что? — княжна подавилась местным напиткам, закашлялась. — Спас-с-ибо, — просипела Гринпис Бесу, который усердно хлопал ее по спине.

— И у них нет защитника, — задумчиво повторил я слова Призрака.

— Да, Свар. Ты меня понял. Там, в Яви, в одиночку я мог защитить единицы. Здесь спасаю целые народы. Власть — это не только удовольствия, это тяжелое бремя. Теперь, когда мой Дар вошел в полную силу, я могу спасти сотни душ. В моей власти сделать так, чтобы эти женщины, мои подданные, больше не знали страха, не опасались за жизни своего потомства. За ячейки еще не сформированных мальков. Ни одна из них.

Тони помолчал, затем с силой продолжил.

— Кем я был? Простым опричником. Да, в необычном элитном отряде, в лучшем. Но дальше что, Свар? — Призрак посмотрел на меня, затем на боевых товарищей. — У тебя есть цель. У всех вас есть цель и желание жить. Там, в Яви, у меня мало перспектив. Рано или поздно или нарвусь в темноте ночных улиц на кого-то сильнее меня, или сгину в очередном бою с тварями.

— Но ведь ты почти бессмертный! — возразила Гринпис.

— От этого только хуже, — Тони перевел на княжну печальный взгляд. — Быть почти бессмертным и заниматься пустяками — бессмысленный расход потенциала.

— Спасать человечество — не равно бессмысленному расходу потенциала, -возразил я.

— Свар, ты ведь меня понял, — Призрак пристально посмотрел мне в глаза. — Ты — понял.

— Я понял, Тони. Я — понял, — кивнул другу.

— Здесь меня ценят, уважают за силу, за мудрость, за доброту. Здесь я могу быть тем, кем всегда хотел быть. Человеком. Я здесь нужнее., — с нажимом закончил Тони.

В тронном зале, где нам