Читать книгу - "Суфизм сегодня - Омар Али-Шах"

подкреплены двумя, тремя или большим количеством свидетельств: мы считаем это истинной ортодоксией. Ко второй группе Хадисов относятся свидетельства неподтвержденные, но пришедшие, тем не менее, из надежных источников. Их называют «Доиф», или «слабые» Хадисы, например: «Мать говорила мне, что видела, как Пророк сделал это», «Отец говорил мне, что…» или: «Я слышал из безупречного источника, что Пророк сделал это». Эти сообщения не вызывают подозрений, но их считают «слабыми» и в случае возникновения противоречий между Хадисом от непосредственных свидетелей (Сахих), и Хадисом из вторых рук (Доиф), ни у кого не возникнет сомнений, какой из них являются приоритетом, это – не вопрос толкования. «Он говорит, что видел, как Пророк сделал то-то» и «он говорит, что мать рассказывала ему, что Пророк сделал то-то» – возможно, его мать была абсолютно достойной и честной женщиной, но где-то необходимо провести разделяющую черту, и ее провели именно по этому принципу.

Итак, все это означает следующее: в Коране содержится текстовый материал, изложенный достаточно четко; его подтверждают письменные свидетельства: «Мухаммед сказал или сделал то-то», или «Мухаммед носил это», или «Его борода была такой» и т.п. Некоторые подробности не так уж и важны, но представляют необходимый традиционный элемент, который позволяет передать потомкам подробности жизни пророка, о которых люди хотели бы знать. Почему нет? Например, Абу Хурайра говорит, что Пророк обычно подстригал бороду перед пятничной молитвой. У меня нет бороды – надо ли мне ее отрастить, чтобы быть подобным Пророку? Нет. Если у вас есть борода, вы приведете ее в порядок перед пятничной молитвой, потому что люди, по традиции, отправляясь на пятничную молитву, надевают чистую одежду, новый или выглаженный костюм, или что-то в этом роде – так принято.

Это не фундаментальный вопрос. Ортодоксы, или сунниты, понимают дух закона достаточно широко. У нас есть дух Закона и буква Закона. Духу закона можно следовать без изменений, интерполяции и толкований, поступая согласно обстоятельствам и имеющейся ситуации. Это необходимо, потому что, как я уже говорил, времена меняются и, следовательно, меняются определенные аспекты поведения и техник. Некоторые положения можно обновлять, иные в этом не нуждаются. Положения, в которые можно или нужно привносить новое, чтобы они больше подходили к ситуации, могли лучше использоваться, были более действенными и т.п., обновляются постоянно. Их не изменяют, не модифицируют, не маскируют, не скрывают и не преподносят таким образом, чтобы сделать более приемлемыми и одобренными интеллектуальной элитой.

Обновлять что-либо – совершенно нормально; а вот делать что-то более приятным, разбавляя содержание, – недопустимо. В этом фундаменталисты выходят за рамки, поэтому и возникает всякого рода политическая грызня. А тем, кто уже давно потерял ход моей мысли, я хочу сказать следующее: в расколе шиитов и суннитов не было ничего эзотерического, святого или странного. По сути, это была всего лишь политическая борьба за власть. Но с веками возникшее противостояние было раздуто непропорционально своему значению, потому что небольшая погрешность, допускаемая в точке, близкой к началу, вызывает отклонение, которое с течением времени будет увеличиваться. Это был политический гамбит, каждая сторона имела своих последователей и т.д.

По причинам личного характера, оправдывая собственную позицию, шииты не принимают значительную часть наставлений Пророка, но она принята ортодоксами. Одно из собраний Хадисов, или Традиций, составленное Бохари, включает в себя несколько томов и носит название Сахих Бохари. Бохари был ортодоксом, он записывал только непосредственные свидетельства из первых рук. Его тексты исключают достоверность многих тактик и религиозных практик шиитов, следовательно, шииты отвергают эти Хадисы. Так им удобнее, но они далеки от истины. Закон, заповеди, изречения,или тексты Хадиса, записанные от первого лица, не допускают широких интерпретаций: Мухаммед или делал что-то, или не делал. Он либо говорил так, либо не говорил; люди или видели, как он это делает, слышали, как он говорит какие-то слова, или нет.

Слова Пророка не подлежат толкованию. Он не использовал сложных слов, допускающих пространное понимание, потому что еще при жизни осознавал тот факт, что на основе толкований и возникающих при этом случайных или намеренных ошибок могут появиться извращенные формы ислама (как это уже произошло в иудаизме и христианстве). Это приводит к образованию культов, появлению культовых лидеров, людям приписывают божественный статус, возникают иерархические отношения и прочие злоупотребления.

Мухаммед говорил очень понятным языком; и дух того, что он говорил или делал, чему учил, в значительной степени поддерживается в суннитских, или ортодоксальных, сообществах.

Теперь о верованиях фундаменталистов. Если последователи фундаментализма искренне и честно ортодоксальны, т.е. опираются на первоначальные положения учения и вдохновляются ими; и если они исповедуют их в духе того, на что изначально эти конкретные доктрины, действия, слова и образцы поведения были нацелены, то можно считать, что эти люди следуют истинному духу учения. Все остальное, что претендует на фундаментализм, будучи результатом вымысла и интерполяций, порочит само себя и ислам в целом. Почему я так горячусь по этому поводу? Потому что меня сильно огорчает, что подобное явление приобретает сегодня все больший размах на Ближнем Востоке, а также в иудейском и католическом мире.

Люди, претендующие на мандат фундаментализма – ориентированы ли они на Библию, Коран или Тору – чаще всего просто стремятся к власти. На самом деле они получают свои полномочия от уличных толп и широко ими пользуются. Это известное явление. Неделю назад я видел в «Экономисте»8 карикатуру: угрожающая призрачная фигура в черном отбрасывает огромную тень на весь мир, и на спине у нее надпись «мусульманский фундаментализм». В подобных случаях меня огорчают не названия и не вопросы семантики – мусульманский или исламский, – а то, что всех стригут под одну гребенку. Если кто-то идет и взрывает синагогу, мечеть или собор, и за это в ответе так называемые фундаменталисты, говорящие «назад к Библии», или «назад к Слову Божьему», или «назад к Духовному Пути», они, к сожалению, бросают тень на истинно ортодоксальных верующих, честно приверженных фундаментальным основам своих религий.

В каждом таком уродливом проявлении, будь то под флагом ислама, иудаизма или христианства, можно увидеть, что целью является власть. Они хотят политического и экономического влияния; все это – ради власти, здесь нет ничего сложного. «У вас есть только Пророк, а у нас сын Божий», «Вы распяли Иисуса, вы!» – то ли это вопрос чести и сентиментальной мотивации, то ли игра в покер: «У тебя две пары, а у меня Фулл Хаус, ха-ха».

Кстати, интересно отметить, что «прямая линия» преемственности через рукоположение (предположительно восходящая к первоначальной церкви, основанной Иисусом Христом), представителями которой себя считают и католики, и протестанты, основана на весьма сомнительных