Читать книгу - "Горизонталь - Виталий Штольман"

буду! – пробурчал Жорик. – Сейчас твое время, вот ты и сиди.

– Ну ты чего, обиделся, шоль? Да хорош тебе, братишка! Че ты начинаешь? Из-за бабы на кентуху кто ж дуется? Вон их сколько по улице ходит. Бери любую!

– Что ж ты мою взял, сволочь?

– Э-э-э-э, ты базар-то фильтруй! Не посмотрю, что ты тут жертву из себя корчишь. В жбан давно не получал?

– Что ж ты мою взял? – Жоргена начало трясти.

– Ну не взял еще! Планирую только.

– Ненавижу! – Жорген демонстративно встал и пошел на обход.

– Ну ты че как фуцан себя ведешь?

Толстяк не ответил, а лишь громко дернул входной дверью, доводчик не дал ей хлопнуть.

– Ну и пошел ты, жиртрест!

Пришлось целый час ждать, когда его сменщик успокоится, а тот все никак не успокаивался, врубил тихую обиду, как шестиклассница, и молчал теперь. Ну и хрен бы с ним. Сегодня ж день какой знаменательный. У него дочь родилась. Первеница. Алисочка.

Санёчек стремительно ворвался в приемную Бледера. Женщина, что охраняла дверь, даже усом не повела, а повести там было чем. Своими длинными розовыми ногтями она деликатно держала кружечку пахучего кофе. Ее мизинец по-дворянски оттопыривался в сторону.

– Здравствуйте еще раз, Катерина Ивановна, шеф у себя?

– Ты тут забыл чего? – удивилась секретарша.

– По личному вопросу.

– По личным вопросам в среду и пятницу с пятнадцати до семнадцати, – отрапортовала любительница розового маникюра, – сегодня среда или пятница?

– Мне надо.

– Всем надо. Вас тут таких жаждущих каждый день толпы приходят, скоро метлу поставлю поганую, буду вас гнать. Жди среды!

– В среду я уже уезжаю.

– Значит, не судьба.

– У меня дочь родилась!

– Поздравляю! – лед в холодильнике позавидовал бы температуре сказанного.

– Мне надо к Иосифу Моисеевичу.

– Всем надо!

– Вы издеваетесь? – в Санёчке все кипело внутри, рука его тянулась к горлу этой излишне важной барышни, он еле сдерживал себя.

– Ничуть. Расписание приемов не я устанавливаю.

К счастью, Бледер вышел сам. Видать, куда-то спешил, ибо собрал с собой толстый саквояж и излишне суетился.

– Катенька, я в Москву!

– Сегодня будете еще?

– Нет!

– Иосиф Моисеевич! – завыл Санёчек. – Можно на минуту, по личному вопросу?

– Пойдем-пойдем, – он посмотрел на бейдж и считал имя, – Александр, только быстро.

Главред спешно шел на выход из редакции, а Кольцов хвостом семенил за ним.

– Иосиф Моисеевич, у меня дочь родилась сегодня ночью.

– Поздравляю! Подойди к Катеньке, пусть напомнит мне завтра, чтоб я тебе премию выписал.

– Спасибо, но я не про то. Можно я домой поеду сегодня?

– Дорогой мой человек, – он вопросительно посмотрел на Санёчка и средним пальцем переместил очки ближе к глазам, – это тебе к Григорию Петровичу надо, он же у тебя начальник, я вашими расписаниями не занимаюсь. Пиши заявление, визу у него поставишь – и ко мне.

– Иосиф Моисеевич, так его нет никогда.

– Ну не рассказывай мне, всегда он есть. Все, давай! Поздравляю еще раз. К Катеньке подойди, чтоб про премию она напомнила, – Бледер впопыхах ушуршал.

Санёчек стоял на крыльце и наблюдал, как быстро перемещает свое тучное тело его босс.

– Ну, к Петровичу так к Петровичу! – Кольцов развернулся и зашел в редакцию. – Жорген, у тебя Петровича номер есть?

Толстяк отвернулся к мониторам и сделал вид, что активно бдит за обстановкой на улице. Кольцов огляделся по сторонам. В холле никого. Окошко в бюро пропусков, как всегда, закрыто.

– Ну, держись, хрен моржовый!

Санёчек взял Жоргена на удушающий, ручной замок захлопнулся как надо, тот пытался заорать, но выходили из него хрип и кряхтения, рожа стала бордовой.

– Ты че, фраерок, думал, я с тобой шутки тут шутить буду? – прошипел ему на ухо Кольцов. – Мобилу дал! Быстро!

Трясущимися руками толстяк достал из нагрудного кармана телефон и положил на стол. Санёчек отпустил свою жертву и резко схватил добычу со стола.

– Как записан?

Жорик тяжело дышал.

– Петрович? – Кольцов ткнул ему в рожу мобилу с открытым контактом.

– Ага-ага.

– А сразу нельзя было? Как телка тут ломаешься! – Санёчек переписал номер и швырнул телефон в хозяина, тот со стола предательски соскочил на бетонный пол.

– Разбил-разбил! – на лице Жоргена появились слезы.

– Ниче, новый купишь!

– Козел ты, Кольцов!

– Че сказал? – рыкнул в ответ Санёчек, жестко прихватив за шиворот.

– Ниче-ниче! Извини-извини!

– Хули извини! Пиво