Читать книгу - "Злато Светозара - Аисс Виал"

ворчать себе под нос: «На кой тряпья столько девахам на выданье⁉ Вози, катай туда-сюда добро! Сундуки, горшки, мочала…».

Весёлка всё не прекращала крутиться возле обоза, рьяно проверяя свои скарбы. Все ли ленты да вышиванки на месте, шкатулки да плошки расписные? Добро ль место им нашлось на возку?

А Светозар Всеволодович дожидаться утра не стал, дочерей перекрестив, рванул с последними лучами к вотчине Рюриковичей.

Веселина, провожая отца, всё напускала на себя недовольство судьбинушкой. А сама рада-радёхонька была, яко так вышло. И причины на то имелись!..

Сим же вечером Веселина в покоях сестры ноне замужней, покудова новая хозяйка Неноглядова расплетала косу свою, щебетала неспроста:

— Лагодка, не томи! Сказывай, мужнины ласки были?

— У-у-у! Весела! И ты меня пытать станешь!

— Чай, сестра я тебе рóдная! Сама говорила, люби-и-имая! — подластилась Весёлка.

— Не было! — отрезала Лада, дабы пресечь пытливость сестры.

— КАК не было? Все видели утром тебя в его объятьях на брачном ложе! Лёд треснул — лад меж вами, чаяла…

— Пусть не ждёт! Не прощу! И ты не мудри… Не могла же я отца да вас, сестёр, опозорить! Надела личину пред людом! Милорадович подыграл…

— Значит, Гордей Милорадович тебе потворствует… виниться… А ты упрямишься! Неужель так и будешь⁈

— Он сам слово дал мне, что вольною быть в супружестве с ним!

— Эх! Лагода! Лагода! — укоризненно произнесла Веселина, вздохнула и добавила: — Упустишь ты своё счастье… Не узнаю я тебе, сестра, другой ты стала! Как в Доброграде появился князь Спасовский, тебя и подменил, будто кто… Ты покладистою всем была, окромя Власты, радушной, жалостливой к каждой твари, а ноне… Измаялась ты, Лагодка! Погляди на себя!

Лагодка непроизвольно в зерцало кинула взгляд.

— Да ты, глядючись в зерцало очами-то, не узришь главного — зорко лишь сердце! Давно ль ты к сердцу своему прислушивалась⁈ Что оно шепчет⁈ А может, кричит⁈

По всему видно, Лагода задумалась над словами сестры.

А Весёла довольная исходом своих речей бесшумной поступью вышла из опочивальни молодицы. Так оно лучше…

Долго Лагода смотрела в своё отражение, а видела не себя в нём, видела Гордея. Вот он в малиннике пытает её, чья дочь. Красен, знатен, смотрит соколом… Вон у капища молитвы слагает — дерзок, горделив, бахвален у идолов, словно им ровня… Вот прощается в опочивальне её по приезду в Спасово — опечален, властен и нежен внезапу… Вон из реки её выносит. Быстр, ловок, непредсказуем… Вот во пиру свадебном — брав, радушен, задорен… И снова прощается поутру сему… Неужель крайний раз?!! Честен, милостив, заботлив…

Закрыла поспешно Лагода отражение обеими руками и прошептала:

— НЕНАВИСТИ моей достоин ты, князь Спасовский! А всюду мерещишься мне! Не Чернобога ль ты сын⁈ Так непомерно властвуешь надо мной!..

Засим вдруг руки убрала и наново вглядываться в зеркало…

А там уж БОЙ! В огне, дыму околицы заставной. Ратный. Шумный. В скрежете мечей, в визге мирян, ржанье коней перепуганных да треске изб горящих утопающий.

Вскочила Лагода и стонать:

— Даждьбоже мой! Спаси! Убереги от гибели лютой! К ногам твоим всенощно преподать стану!..

И выскочила Лагода, будто в огневице, из покоев, дабы к капищу прибрежному пуститься. Из покоев вы́бегла, да в чертогах шаг замедлила. Бесшумно плыть стала средь хоромины, люда сторонясь. На ходу косу сызнова заплела. Чрез стряпущую, покоящуюся до зари, метнулась. А тут Яринка ещё околачивается.

— Чай, надобно чего, княгинюшка⁈

— Тс-с-с! Ступай к себе! Да помалкивай, что видела меня в час поздний!

Стала Лагода требу в рушничок набросывать: пирожок[2] подовый[3] , кругляк кровянки, чвертинку сыру.

— Матушки! Никак к капищу? Одна⁈ Да ведь ни зги ни видно! — догадалась девѝца.

— Яринка, ступай, говорю, не гневи!

И пустилась Лагода из терема да к бережку, к древесным идолам молитвы слагать.

Ти-и-их вечор, не пугает чернота землицы, мерцанье звёзд да светлячков взор ласкает, стрёкот сверчков да щебетанье камышовки слух забавляет. Умиротворённый вид реки полноводной, изгиб её живописный манит вдаль, повыше её течения, подальше от градского шума.

Да сегодня и полночника не видать — громкое свадебное веселье да прощанье с ратниками всех ненаглядовцев вымотало.

Лагоде оно и на руку, чего толкам кривым ходу давать! Князь за ворота — княгиня уж из дому в час ночной!

А всё одно головой вертеть по сторонам волится: то неясыть недовольство над головой выказывает гостье, то ночная зверушка пужает, сухолом перебирая…

Да не хорониться боязнь в Лагоде! Ею сила другая помыкает… Не толь сочувствие, не толь раскаяние, не толь сокрушение!

«Неужель поздно молитвы слагаю⁉ И всё предрешено Богами⁈ А коли свидимся, как признаться, что сдалось моё сердечко⁈ Без боя!!! И коль вина была, так прощена сполна!»

Завидела Лагода бугор надобный, хранимый языческие святилища, и слезу пустила. Час веры не терять в благотворность Божию, час колени преклонить Даждьбогу, покаянию предаться!

Так и сделала. Да сперва огневище потчевала сухотравьем, хворостиной. У подошвы идольской требу уложила, рушничок развязывая да пирожок разламывая надвое. Голову склонила покорно и мольбою прониклась:

—Солнышко ясное, Даждьбоже красный, услышь зов мой и молитву мою! Я дочь твоя земная. Обращаюсь к тебе с любовью безграничной, освети путь праведный мужа моего, дабы мысли его были светлы и справедливы. Дабы дорога его была благославенна тобой, Даждьбоже ясный. Соедини свой Огонь Божественный с его огнём Духовным. Пусть сила и мудрость пребудут в нём во столько раз, сколько необходимо ему. Дабы мог вершить дела свои во славе Божественной. Дабы Боги благословляли его. Слава Всевышнему!

Еще долго Лагода, склонив голову, тихо нашептывала слова мольбы проникновенной. А по щекам её прокладывала себе путь бесшумная река слёз…

[1] Хорош цветок в зеркале, да не возьмешь, близка луна, да не достанешь. Японская пословица. Аналог по-русски: «Близок локоть, да не укусишь». З начение — про то, что вроде бы близко, легко достигаемо, но на самом деле трудно или невозможно получить.[2] ПИРОЖО́К , — жка́ , м. Уменьш. к пирог ; маленький пирог. Пирожок с мясом.[3] ПОДО́ВЫЙ , — ая , — ое и ПОДОВО́Й , — а́я , — о́е . 1. ( подо́вый ). Прил. к под1 . Подовое отверстие. Здесь: испеченный на поду в печи. Подовый хлеб

Глава 18 Тать ночной

Глава 18 Тать ночной

Тать не тать, а на ту же стать.

Пословица

Сяк Лагодка готова была простоять до зари, да злой