Читать книгу - "Едукарь - Коллектив авторов"

у него ребенок, сын есть. Уживемся ли? А то вдруг выгонят и останусь я ни с чем». Я не могла тогда такого представить, чтобы свою мать выгнать на улицу. А сейчас при капитализме это происходит сплошь и рядом.

Пока мы разговаривали, Рая подошла. Я так ее маме ничего не посоветовала. А что я ей могла посоветовать с моим малым житейским опытом? Рая не очень мне обрадовалась, ведь мы не были подругами, а всего лишь однокурсницами. «Вот, если бы ко мне Наташа Дунаева приехала, так другое дело», — сказала она. Я не обиделась, ведь у меня с ней действительно мало было общего... Все равно мы посидели за столом, потом она мне показала совхозный клуб, где в это время шла репетиция концерта, и проводила на электричку. Больше мы с ней не виделись. Оказывается, и с Наташей у нее связи оборвались, о чем я узнала впоследствии на одной из встреч однокурсников. Причину я не знаю.

В Краснодаре в командировках я бывала не раз, ведь там был филиал нашего НИИ. Но с размещением в гостиницу всегда были трудности. Мне дали место в комнате на 10 человек, и там постоянно шла смена «квартирантов» — одни уезжали, новые поселялись. Очень шумно. А мне после работы в управлении надо было обдумывать, какой материал мне потребуется завтра и как лучше его собрать. Приходилось работать не только в управлении, но и в архиве.

И вот как-то в управлении я сталкиваюсь с Василием Александровичем, с которым я работала по окончании курсов стенографии в журнале «Экономика сельского хозяйства». Я обрадовалась знакомому лицу и пожаловалась на свои проблемы. Он мне тут же предлагает поселиться в его номере в другой гостинице, так как номер будет пустовать, пока он будет ездить по совхозам, собирая материал для статьи. Одновременно он дает мне записку на имя известного тогда секретаря крайкома партии Медунова и говорит, чтобы я отдала эту записку помощнику Медунова в крайкоме и что мне обязательно помогут с гостиницей, так как он в свое время помог Медунову с написанием кандидатской диссертации.

Так оно и вышло. Несколько дней я прожила без документов в номере Василия Александровича, а потом официально была переселена в другой номер. Командировка удалась, я собрала и привезла во ВНИЭСХ весь необходимый материал.

Василий Александрович был очень симпатичным мужчиной средних лет. Я знала, что он женат. И вдруг он предлагает мне отблагодарить его за труды поцелуем. Я растерялась, так как еще никогда никого из мужчин, кроме братьев и папы, не целовала, да и меня никто не целовал — я была слишком домашней. Что делать? Поразмыслив, я ему говорю, что могу поцеловать его только как отца. Он отказался, но мы остались с ним хорошими друзьями, и я до сих пор его вспоминаю добрым словом.

* * *

Как-то в командировке я очутилась в одном номере со специалистом Министерства сельского хозяйства РСФСР Митиной. Я когда-то, еще до поступления в институт, работала у них в Главке секретарем-стенографисткой, а теперь была научным сотрудником НИИ. Вначале я обрадовалась этой встрече. Но потом оказалось, что она ездила по совхозам с проверкой и собирала с них «оброк» виноградом.

Это был не один килограмм, а несколько десятикилограммовых ящиков. Так она пожалела меня угостить хоть одной гроздью винограда, хотя, может быть, она везла это не себе, а начальству, не знаю.

Житейские истории в командировках

Как-то стояла в очереди в гостиничное кафе одной из южных республик. Когда подошла моя очередь, буфетчица помимо заказанных мной блюд подала что-то не заказанное мною, может быть это был пирожок или бутерброд, не припомню. Я стала отказываться, а она сказала, что это блюдо уже оплачено. Я испугалась, но взяла это блюдо и скорей убежала в свой номер.

В другой раз я предложила своей соседке по столу разделить какое-то большое блюдо пополам, как это не раз делалось в буфете в Москве со своими сослуживцами. Споров не было: расходы делились пополам. А тут в командировке девушка посчитала, что я ее просто угощаю. Пришлось промолчать и уплатить самой.

Опять же, в какой-то южной командировке оказалась за столиком с двумя мужчинами, которые ели и выпивали. Я же в меню выбирала, что подешевле, экономя командировочные — вдруг что-нибудь придется купить... Так как я была культоргом в своем отделе, на мне была обязанность покупать подарки именинникам к дням рождения сотрудников. Все, кроме именинников, сбрасывались по 50 копеек, набиралась сумма в 6 рублей, на которую и покупался подарок и цветы. А тут юг, цветы дешевле, самолетом утром доставлю их свеженькими имениннице. Когда я поела и собиралась расплачиваться, мои соседи по столу сказали, что они за меня заплатят. Я не возражала, поняв, что это обычай южного гостеприимства. Об одном я только пожалела, что не заказала себе что-нибудь повкуснее и подороже.

Когда я ехала в командировку в Дагестан, меня предупредили, что могут быть трудности с устройством в гостиницу, и потому на всякий случай дали адрес одной семьи. В гостиницу меня устроили, но в конце пребывания в Махачкале я все же решилась сходить по указанному адресу и поблагодарить их за готовность меня принять — их ведь обо мне предупредили. Приняли меня хорошо. В это время у них была Пасха и к столу подавались изысканные блюда, но совсем не такие как у нас на Пасху. Меня только смущало, что жена не садится с нами за стол, а только подает еду. Я несколько раз приглашала ее сесть с нами, но она отказывалась. Оказывается, у них так принято, что едят мужчины и гости, а жена обслуживает. Теперь уже не помню, разрешил ли ей муж в конце концов сесть вместе с нами за стол.

Когда я была впервые в длительной командировке то ли в Ростове, то ли в Краснодаре, я экономила деньги, боясь, что их мне не хватит. А кроме того у меня обострился гастрит, и потому в столовой я питалась очень скромно: какую-нибудь кашку на завтрак и что-нибудь легкое на обед. К концу командировки я заметила, что юбка, что держалась на широкой резинке, крутится вокруг меня. Я решила, что просто растянулась резинка. Но когда вернулась в Москву, поняла, что похудела, и очень обрадовалась.

Это мало кому будет интересно. Я часто маялась животом — это еще с детства, когда я