Читать книгу - "Невеста НЕ девственица - Мила Александровна Реброва"

посуду, и солнечный свет играл на каплях воды на её руках. Во дворе — когда шла по дорожке, опустив голову, словно погружённая в свои мысли.

Я чувствовал себя загнанным зверем. Она стала для меня слишком важной. И это было опасно. Но, чёрт возьми, я не собирался останавливаться.

В какой-то момент осознал — я больше не могу просто сидеть в стороне. Встал. Пошёл. Ноги сами привели меня на кухню. Она стояла у плиты, что-то мешала в кастрюле, слегка нахмурившись. Я подошёл слишком близко. Слишком близко.

Зумрат вздрогнула, когда мои пальцы мягко скользнули по её талии.

— Рашид… — её голос дрогнул.

Но я не позволил ей уйти. Провёл ладонями выше, скользнул по её бокам, обхватил, притянул ближе.

— Мне нужно было всего несколько секунд, чтобы убить его, — мой голос был низким, с хрипотцой.

Она замерла.

— Ты о ком?..

— О том парне, — я наклонился ниже, ближе к её уху. — О том, кто смотрел на тебя.

Зумрат медленно обернулась. Её глаза встретились с моими.

— Он просто прошёл мимо, — тихо сказала она.

— Нет. — Я провёл пальцами по её щеке. — Он смотрел.

Она молчала.

— Ты даже не представляешь, что со мной происходит, когда кто-то… — я резко вдохнул, чувствуя, как внутри закипает злость, — когда кто-то смотрит на тебя так, будто имеет на это право.

Зумрат вдруг усмехнулась. Тихо.

— А ты имеешь?

Её вопрос ударил меня сильнее, чем я ожидал.

Но я знал ответ.

— Да, — сказал я твёрдо.

Моё.

Её дыхание сбилось. Я наклонился ближе, наши губы почти соприкоснулись.

Но в последний момент она отступила.

Я напрягся, но не стал удерживать её. Она медленно развернулась к плите, взяла ложку, попробовала соус.

А потом, не глядя на меня, сказала:

— Ужин через полчаса.

И этого игнорирования было достаточно, чтобы я окончательно потерял голову.

Зумрат

— Ужин через полчаса.

Я замерла, чувствуя его взгляд. Обжигающий, прожигающий кожу насквозь. От него невозможно было спрятаться. Я отвернулась, будто бы это могло помочь, но сердце уже билось быстрее, выдавая меня. Сделала шаг, другой…

Но он не дал мне уйти.

Его руки легли на талию — уверенно, жёстко, так, что у меня перехватило дыхание.

— Ах…

Я не успела договорить. Он просто взял и развернул меня обратно. Рывок — резкий, решительный — и его губы накрыли мои. Не спрашивая. Не давая шанса опомниться. Просто беря своё.

Глубоко. Властно. Как будто боялся, что я исчезну, если он не сделает этого сейчас. Я замерла, но он не дал мне времени на раздумья. Его язык скользнул внутрь, горячий, требовательный, а пальцы сжались на талии крепче, словно удерживая в этом моменте.

Я почувствовала жар. Но это была не просто страсть. Это было нечто большее. Глубоко, под всей этой жадностью, сквозь грубость и натиск, я ощущала — там пряталась нежность. Он не просто хотел. Он не просто забирал. Он делал меня своей.

И мне это нравилось.

Я не могла дышать, но мне и не нужно было. Я впитывала его. Вдыхала. Запоминала каждое движение, каждую дрожь, каждый удар его сердца, звучащий в унисон с моим. Пальцы сжимали его рубашку, словно в попытке удержаться, но в этом не было смысла — я и так уже тонула.

А потом…

Он отстранился. Резко. Холодно. Так, что у меня закружилась голова.

Лёгкое головокружение, пылающие губы, сердце, стучащее в бешеном ритме. Я открыла глаза и встретила его взгляд. Тёмный. Наполненный чем-то таким, от чего внутри всё сжималось сладким комком.

Но он ничего не сказал.

Ни слова.

Просто развернулся и ушёл.

А я осталась стоять. Оглушённая. Обречённая. Счастливая.

Потому что я чувствовала.

Не только его руки. Не только его губы.

Его самого.

Его дрожь.

Как сбилось его дыхание.

Как в этом поцелуе было нечто большее, чем просто желание.

Я подняла пальцы к губам, всё ещё ощущая на них его прикосновение.

Признание.

Не словами.

Действием.

Сердце билось так сильно, что я боялась — оно вырвется наружу. Хотела улыбнуться, но меня трясло. От осознания.

Я нужна ему.

Не просто в его постели.

В его жизни.

Я зажмурилась, глубоко вдыхая. Но даже воздух теперь пах им.

Господи…

Как пережить этот вечер, если мне уже мало одного его прикосновения?

* * *

Вода стекала по коже, но не смывала его. Его взгляд, его прикосновения, его запах всё ещё жили во мне. Я закрыла глаза, прижимаясь спиной к прохладной плитке ванной. Глубокий вдох. Холодный воздух. Но внутри всё горело.

Я не могла стереть ощущение его губ. Не могла выдохнуть из лёгких его дыхание. Хотела забыть, но тело не слушалось.

Я знала, что он где-то рядом.

И когда дверь за моей спиной открылась, даже не удивилась. Он вошёл, без слов, без предупреждения. Просто оказался здесь.

Я застыла, но он не дал мне времени осознать.

Горячая ладонь легла на мой живот — твёрдо, властно, выжигая меня изнутри. Я вздрогнула. Его губы скользнули к шее, дыхание — горячее воды. Я сжала зубы, но дрожь меня выдала.

— Ты хочешь, чтобы я остановился? — голос хриплый, наполненный жаром, от которого внутри всё сжимается в сладкий, нестерпимый комок.

Я не могла ответить. Просто выгнулась навстречу.

Вот и ответ.

Он развернул меня к себе, впечатывая взгляд в мой. Тёмный. Голодный. Мой.

— Я не могу… — его дыхание сорвалось.

И он поцеловал меня.

Глубже. Резче. Сильнее.

Я утонула.

Пальцы скользнули вверх, вдоль его мокрой кожи, вцепились в плечи, не давая отстраниться. Я чувствовала его руки. Его прикосновения. Его одержимость. Он сжимал мои бёдра, впечатывая в стену, в этот момент — впечатывая в себя.

Вода стекала по нашим сплетённым силуэтам, горячая, но не горячее нас.

Я слышала его дыхание. Слышала, как он терпит. Как борется с собой. Но не может.

Одним движением он поднял меня, легко, будто я ничего не весила. Мои ноги сами обвились вокруг него.

— Ты сводишь меня с ума, — его голос срывался.

Я чувствовала, как он напрягается. Как борется за последние крупицы контроля.

— Рашид…

Мой голос был слабым.

Но он услышал.

Его хватка стала крепче. Терпение лопнуло.

Одно движение — и он заполнил меня полностью.

Я не смогла сдержать стон.

Мир сжался. До его рук. До его движений. До этой воды, горячей, как наш поцелуй.

Я теряла себя.

Но он нашёл меня первым.

И в этот момент я знала.

Я принадлежу ему.

Каждой клеткой. Каждым стоном. Каждым движением.

И он принадлежит мне.

* *