Читать книгу - "Развод в 43. Отель для бывших жен - Виолетта Весна"

— Удалите.

— Я не называю фамилию.

— Возраст, длительность брака, первая самостоятельная поездка и сегодняшнее заселение. Узнает она и все, кому рассказала о поездке.

— Можно спросить согласие.

— Сначала дайте ей прожить хотя бы сутки без предложения стать нашей рекламой.

— Но это именно то, за чем к нам едут.

— Оксана приехала за ночными прогулками. Тамара Петровна — читать. Надежда — принимать решение о работе. Если объединить их в одну историю, получится удобная женщина, которой не существует.

Марина погасила экран.

— Тогда о чем писать?

— О проверяемой услуге. Тихие часы, рабочий стол, отдельная оплата встреч, правила приватности. Историю гостя публикуем только с отдельным согласием после выезда.

— Так меньше откликов.

— Возможно. Зато ни один отклик не будет стоить нам доверия человека, который уже заплатил.

Она переписала пост. Он собрал меньше реакций, чем ее первый вариант мог бы собрать по прогнозу. Зато Тамара Петровна вечером отметила страницу отеля и написала сама: «Здесь действительно не задают лишних вопросов». Мы попросили разрешение сделать репост и получили его письменно.

Надежда провела пробную карьерную встречу в среду. Пришли четыре участницы: две из Калининграда, одна из Светлогорска и наша гостья Оксана, которая утром решила, что поиск новой работы полезнее второго вечера в баре. Тамара Петровна не пошла и попросила перенести столик подальше от зала. Обе реакции были нормальными.

Доход от встречи составил шесть тысяч за зал и четыре заказа на кофе. Гонорар Надежде участницы оплатили через отдельную ссылку. Отель не проводил чужие консультации как собственную услугу и не удерживал процент за ее работу.

Пока в зале обсуждали резюме, технический специалист прислал выгрузку служебного журнала. Я закрылась в кабинете и вызвала юриста. Максим подключился по согласованному календарю.

В таблице было шесть операций. Время совпадало с актами до секунды. Все запросы на использование моего сертификата созданы под учетной записью заместителя финансового директора. Подписание запускалось с рабочего компьютера FIN-07, подключенного к внутренней сети главного офиса группы.

Четыре операции прошли в будние дни между часом и тремя ночи. Две — в субботу утром, когда офис официально был закрыт. По служебной системе перед каждой подписью создавалась заявка «срочный документ руководителя». В поле согласования стоял код финансового директора, в поле исполнителя — его заместитель.

— Код можно ввести вручную? — спросила я.

— В старой версии подтверждение финансового директора приходило из его учетной записи, — ответил специалист. — Нам нужен журнал авторизации. Пока мы знаем только, что система записала согласование.

— Камеры офиса хранят записи столько времени?

— Нет. Пропуска могут храниться дольше, зависит от политики группы. Вход в компьютер и доменную сеть обычно архивируется.

Максим попросил составить отдельную таблицу: что подтверждено, что вероятно и что еще требуется. В подтвержденное вошли сертификат, время, учетная запись инициатора, компьютер и внутренняя сеть. В вероятное — физическое нахождение носителя в офисе. Имя человека за клавиатурой оставалось неизвестным.

— Это доказывает место? — спросила я.

— Доказывает, что система получила запрос с идентификатора FIN-07 и внутреннего адреса офиса, — ответил специалист. — Кто сидел за компьютером, журнал не показывает.

— Моя учетная запись использовалась?

— Для итоговой подписи — ваш сертификат. Заявку на выдачу и запуск создавала другая учетная запись.

— Можно подменить идентификатор?

— Теоретически можно. Но тогда останутся другие следы. Нужны журналы домена, входа в помещение и самого компьютера.

Максим попросил выделить исходные строки, контрольную сумму файла и письмо владельца сервиса о способе выгрузки. В отчет он собирался включить только эти данные.

— Теперь банк поверит, что подписывала не я? — спросила я.

— Теперь у банка есть основание проверять использование ключа другим сотрудником, — сказал он. — Это сильнее вашей памяти и слабее заключения эксперта.

— Вы умеете ранжировать надежду по категориям.

— В отчете надежды нет.

— Я заметила.

Он не воспринял это как обиду и перешел к следующему запросу. Требовались подтверждения моих поездок по шести датам, данные пропускной системы отеля и резервная копия рабочей почты. Я составила список источников: билеты, служебные задания, счета гостиниц, письма и журналы доступа на объектах.

К вечеру пришло первое письменное предложение Антона сотруднику. Сергей показал его Светлане, а она — мне. Оклад был на тридцать процентов выше, должность старшего администратора в «Лавров Парке», выход через три дня. Внизу стояла оговорка, что предложение действует до конца недели.

— Он имеет право уйти, — сказала я.

— И оставить нас с одной стойкой? — спросила Светлана.

— Право уйти от этого не исчезает.

— Вы можете дать ему столько же?

Я пересчитала фонд. Повышение одному администратору потребовало бы менять ставки другим и увеличило месячные расходы минимум на сто восемьдесят тысяч. Текущая загрузка этого не покрывала.

— Не могу.

Сергей пришел на разговор сам.

— Я не торговался, — сказал он. — Мне правда нужны деньги. У нас ипотека