Читать книгу - "Хроника - Салимбене де Адам"

начали процветать, ибо Иисус, Который спал, «встав, запретил ветрам и морю, и сделалась великая тишина» (Мф. 8, 26). А этот несчастный был изгнан и тайно удален из города Реджо[1608] и, весь зловонный, отлученный от Церкви и проклятый, без исповеди, без причастия, без удовлетворения ушел из этого мира, отправившись к диаволу, своему родителю, которому он подражал в течение всей своей жизни. Он был погребен в городке Кампаньола, в каком-то рву, как говорится о некоем царе иудейском, Иер. 22, 19: «Ослиным погребением будет он погребен; вытащат его и бросят далеко за ворота Иерусалима».

О том, что жители Пармы и изгнанники из Реджо причинили много бед жителям Реджо

Также в вышеупомянутом году, а именно в 1249-м, жители Пармы вместе с изгнанниками из Реджо сожгли мост Сан-Стефано в Реджо и мост в Порта Берноне и Борго Оньисанти, и Борго Порта Берноне.

О горной реке Кростоло, которая разлилась и разрушила находящиеся на ней мосты

И горная река Кростоло разлилась и разрушила находящиеся на ней мосты, и дошла до Пьеве Модолена в десятый день июня.

О господине Симоне, сыне Джованни ди Бонифачо, который был великим воителем на стороне Церкви во время большой войны

И в том же году, в августе месяце, господин Симоне, сын господина Джованни ди Бонифачо деи Манфреди, вошел в Нови, Роло и Сан-Стефано – земли, или селения /f. 348a/ в епископстве Реджо. Он был сторонником Церкви; это был знатный человек, красивый и сильный, мой друг и великий воитель во время большой войны. И к нему собрались многие, обладавшие суровым духом, изгнанные из своих домов, и они следовали за ним как за предводителем. И говорили о нем повсюду, так как он совершил много такого, что должно быть упомянуто, сжигая, захватывая, разрушая, убивая, как того требовало жестокое военное время.

О землетрясении

Также в том году, в сентябре месяце, ближе к вечеру, случилось большое землетрясение. И в том же году, в сентябре месяце, болонцы и изгнанники из Модены, и романьольцы осадили Модену и сожгли ее предместья, и атаковали ее баллистами.

Об осаде Модены и об Эццелино да Романо, который захватил Эсте и другие земли маркиза д’Эсте. О восстановлении Брешелло

И Эццелино да Романо захватил Эсте, замок маркиза д’Эсте, а также и другие земли маркиза, так как маркиз Аццо был на стороне жителей Пармы, которые строили замок Брешелло. И жители Модены заключили договор с болонцами и имели двух подеста – по одному с каждой стороны, – и вернули всех своих пленных, которые содержались в оковах.

Также в вышеупомянутом году после Дня святого Антония Падуанского, или Испанского[1609], из ордена братьев-миноритов, я ушел из генуэзского монастыря со своим товарищем[1610], и мы прибыли в Боббио и увидели одну из гидрий Господа, в которых Господь сотворил во время брачных торжеств из воды вино[1611]. Говорят, что это одна из них. Так ли это, знает Бог, Кому ведомо все, «все обнажено и открыто» (Евр. 4, 13). В ней много реликвий. Она находится в алтаре монастыря Боббио. Там же мы увидели много реликвий блаженного Колумбана. /f. 348b/ После этого мы прибыли в Парму, откуда были родом, и там сделали все, что нам было нужно.

После нашего ухода из Генуи туда прибыл генеральный министр брат Иоанн Пармский[1612]. Братья генуэзского монастыря сказали ему: «Почему, отче, вы забрали от нас ваших братьев, которых послали сюда? Мы радовались вашей любви, так как они были с нами здесь и так как они – хорошие братья и утешители, и им здесь было хорошо». Тогда министр в ответ сказал: «А где они? Разве их нет в этой обители?» И они сказали: «Нет, отче, так как брат Руфин, министр Болоньи, отозвал их в свою провинцию». Тогда генеральный сказал: «Видит Бог, я ничего не знал об этом послушании, я думал, что они находятся в этой обители, и очень был удивлен, что они не пришли ко мне». Позже он нашел нас в Парме и приветливо сказал нам: «Вы очень разбегались, дети мои, – то во Францию, то в Бургундию, то в Прованс, то в генуэзский монастырь, то в пармский. Если бы я мог отдыхать столько, сколько вы, я бы не стал так бегать». И я сказал ему: «На вас, отче, возложен труд поездок по делам, связанным с вашей должностью, согласно словам Господа к апостолам, Ин. 15, 16: “Я… поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал”. Об Илии говорится, что он шел, “куда его вела воля”, 3 Цар. 19, 3[1613]. О нас же знайте, что всегда с нашей стороны было истинное и чистое послушание». Выслушав эти слова, он был удовлетворен. Ибо он любил нас.

Когда же мы были в Болонье, в один из дней в своем покое он сказал министру брату Руфину: «Я направил этих братьев в генуэзский монастырь в обучение, а ты отозвал их оттуда». Брат Руфин ответил: «Отче, я это сделал для /f. 348c / их утешения, так как я послал их во Францию в то время, когда император осаждал Парму; таким образом, отозвав их, я надеялся их утешить». Тогда я сказал генеральному министру: «Так и было, отче, как он говорит». Тогда генеральный сказал ему: «В таком случае устрой их хорошенько, чтобы они были утешены и отдались учению, а не только бегали туда и сюда». Брат Руфин ответил: «Охотно, отче. Я воздам им милость и утешение ради любви к вам и к ним». И он оставил моего товарища в Болонье, чтобы тот выправил ему его Библию, а меня послал в Феррару, где я неотлучно прожил семь лет, не меняя обители[1614].

О пленении Людовика, короля Франции, сарацинами в заморских землях

В лето Господне 1250[1615] сарацинами был пленен Людовик, король Франции, и перебита бóльшая часть французского войска, которое отправилось с королем в заморский поход. Но еще раньше многие погибли от чумы и недоедания. Ведь они испытывали нехватку и скудость продовольствия и всего жизненно необходимого, а также страдали от климата, отличающегося от того, который был на их родине.

О смирении короля Франции и о возвращении Дамьетты, и возрождении многих