Читать книгу - "Львы и розы ислама - Владимир Дмитриевич Соколов"

бездарного администратора, но мастера придворных интриг. Постепенно прибирая к рукам власть, Кепек едва не сверг и самого Кей-Хусрева, но султану в последний момент удалось раскрыть заговор и убить зарвавшегося временщика.

Между тем бежавшие от Чингисхана восточные тюрки заполнили страну, грабя и притесняя местное население. В это время в Анатолии началось восстание Баба Исхака, объявившего себя защитником веры и народа. Его сторонники убивали всех подряд, мусульман и христиан, не признавая никого и ничего, кроме своего «апостола и пророка». Восстание удалось подавить, но страна была ослаблена.

В 1242 году монголы вторглись в Малую Азию и осадили Эрзрум. Губернатор города тайно договорился с монгольским военачальником и отдал Эрзрум на разграбление, открыв ночью городские ворота.

Перед лицом монгольской угрозы султан Кей-Хусрев собрал все имевшиеся в стране военные силы и нанял множество наемников, потратив на это почти всю свою казну. Но военный поход против монголов кончился бесславно. В стане сельджуков начались разногласия, часть военачальников приняла решение самостоятельно атаковать противника и погубила половину армии. Султан в панике бросился в столицу, а остальное войско разбежалось.

Монголы брали один город за другим, часто в результате добровольной сдачи или измены градоначальников. Сопротивлявшиеся города уничтожали, в сдавшихся срывали стены. В конце концов вазир и другие высшие чиновники уговорили Кей-Хусрева объявить себя вассалом монголов и получить от Батыя, бывшего тогда Великим ханом, ярлык на правление в собственной стране.

Все следующие правители Рума получали право на правление из рук монголов, что не мешало им вести междоусобные войны. Какое-то время на троне сидело сразу трое родных братьев, которые никак не могли договориться, кто из них должен править государством. Непослушание сельджуков, их внутренние беспорядки и связанная с этим потеря дани привели к новому вторжению монголов, которые традиционно разгромили выставленную против них армию и навели относительный порядок в государстве. Сельджукский Рум был разделен на две части, а дань и другие поборы в пользу монголов увеличены. Постепенно он полностью потерял политическую, военную и финансовую самостоятельность. Султан сельджуков стал одним из подданных монголов, кормившемся со своего земельного надела.

Рум этого времени, по выражению одного историка, превратился в проходной двор. Все, у кого была достаточная армия, будь то местные феодалы или иноземные завоеватели, претендовали на свою долю власти. Самые большие надежды покоренные сельджуки возлагали на египетских мамлюков и Бейбарса, отстоявшего независимость Египта от монголов. Бейбарсу действительно удалось разбить монгольскую армию и захватить Анатолию, но это был кратковременный успех. Вернувшиеся монголы наказали восставших турок, репрессировав несколько сотен тысяч человек.

Сельджукский Рум формально просуществовал до начала XIV века и окончательно исчез в 1316 году, когда монгольский правитель Анатолии просто упразднил должность султана. Это не вызвало никаких волнений в стране, давно превратившейся в провинцию монгольской империи.

По иронии судьбы, всего через двадцать лет после этого из страны ушли и ослабевшие монголы. Бывшая территория сельджукского Рума распалась на множество отдельных княжеств, просуществовавших до появления Османов. Собственно, одним из этих малых княжеств и были османы, завоевавшие почти весь мусульманский мир.

Дети Чингисхана

Пятеро из жен Чингисхана считались «старшими» и поэтому особенно почетными. От первой из них, Борте-фуджин, у хана родились четыре сына, которым предстояло разделить власть после его смерти: Джучи, Чагатай, Угедей и Тулуй.

Историки много писали о характерах и достоинствах монгольских принцев. Считалось, что Джучи лучше всех разбирался в охоте, Чагатай – в монгольском праве, а Тулуй – в военном деле. Чагатай был суровым и непреклонным, Угедей – великодушным и приветливым, Тулуй – мужественным и упорным. Угедея больше других любили за мягкий характер, хотя при жизни отца он не проявил себя ни как полководец, ни как знаток права. Зато все хорошо знали о его пристрастии к вину, которое в конце концов свело его в могилу.

Последний год царствования Чингисхана был омрачен раздором с Джучи, открыто выступившим против отца. Ходили слухи, что старший сын хана был против массового убийства жителей и разрушения городов. Он будто бы утверждал, что отец потерял рассудок, раз творит такие зверства, и выражал желание объединиться с мусульманами, а отца убить на охоте. Чингисхан уже собирался идти против него войной, но Джучи внезапно умер – по мнению многих, отравленный отцом. Ему было всего тридцать или сорок лет.

У монголов сложилась миноритарная система наследования: старшие сыновья по очереди получали свою долю наследства, а родовые владения доставались младшему. Поэтому Чингисхан еще при жизни разделил империю между Джучи, Чагатаем и Угедеем. Три старших сына поделили примерно поровну все земли, захваченные на западе. Джучи достались северные территории в истоках Иртыша, царство волжских болгар, Русь, Кавказ и часть Средней Азии, включая Хорезм. В улус Чагатая вошли Средняя Азия с Самаркандом и Бухарой, Уйгурия и Семиречье. Третий брат, Угедей, получил земли к югу от Иртыша, в том числе Алтай. Тулуй, как младший сын, после смерти отца унаследовал его родовой улус, то есть Монголию, и большую долю 120-тысячного войска. Это давало ему в руки реальную власть, но он проявил полное послушание закону и распорядился ею только для того, чтобы передать трон следующему хану.

Вопреки правам наследников Джучи и следующего по старшинству сына – Чагатая, императором после смерти Чингисхана был признан третий сын Угедей. Великие ханы выбирались общим собранием монголов – курултаем, с согласия представителей всех кланов, часто вопреки воле прежнего хана. Сторонники Угедея, правда, утверждали, что Чингсихан перед смертью завещал власть именно ему, поэтому выборы только подтвердили его волю. В любом случае, власть Угедея не была абсолютной: он правил только в собственном улусе, а Золотая Орда (улус Джучи) и чатагайская Средняя Азия были фактически независимы.

При правлении Угедея (1229–1241) мусульмане пользовались полной свободой и даже расположением властей. Никто не запрещал им, как при Чингисхане, совершать омовения и обрезывать детей. В духе своего милостивого и рассудительного характера Угедей навел порядок в стране, смягчил налоги и учредил почту с ямами – почтовыми станциями, где всегда держали свежих лошадей и запасы продовольствия.

Воспеваемая всеми кротость Угедея не помешала ему завершить завоевание Хорасана, жестоко разграбив Мерв, Балх, Герат и Нишапур. В мирное время он тоже совершал довольно зверские поступки. В монгольском племени ойарт как-то разнесся слух, что девушек этого клана собираются выдать за чужаков, и старейшины поспешили обручить их с юношами своего племени, чтобы избежать такой напасти. Угедей счел этот шаг нарушением закона и приказал обесчестить всех невест на глазах своих женихов и братьев, а заодно изнасиловать и