Читать книгу - "Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин"

не считаем? Очень даже считаем, — хмыкнул я. — Вы так говорите, словно мы уходим из сборной СССР. Просто пришла пора заработать на хорошую квартиру и безбедную старость. Или вы испугались, что мы вдвоём начнём обыгрывать ваш ЦСКА на регулярной основе?

— Кстати, это полезно для сборной страны, когда в чемпионате высокая конкуренция, — поддакнул мне Белов.

— Не надо вам ни в какое тбилисское «Динамо», — затараторил Гомельский. — Хотите денег? Будут вам деньги! Я всё сделаю. Договорюсь. Вот моё окончательное предложение, — Александр Яковлевич вырвал листок из своей записной книжки и написал на нём: «Два сезона за ЦСКА — каждому по автомобилю „Волга“ и по своей однокомнатной квартире в Москве». — Это очень хорошее предложение, — похвастался он и тут же сунул этот листочек в свой карман. — Подумайте на досуге. А в тбилисском «Динамо» вам делать нечего. Сопьётесь.

Гомельский кивнул на бутыль местной винной продукции, а затем так же тихо покинул нашу комнату. Мы наконец-то, выпили этого, похожего на виноградный сок, вина и закусили его бутербродами. И в нашу комнату вновь постучали.

— Если опять Гомельский, то не пускай, — сморщился Саша Белов. — Я в ЦСКА не перейду ни при каких обстоятельствах.

— Хвалю за преданность родной команде, что в люди вывела меня, — улыбнулся я и во второй раз за короткий срок открыл дверь.

Тем временем Белов спрятал бутыль с вином за кровать и правильно сделал, так как в нашу комнату впорхнули гимнастки: Мария Кучинская и Лина Винникова.

— Мальчики, вы готовы к танцам? — затараторили они наперебой.

И мы, естественно, продемонстрировали, что уже одеты по самой последней мировой моде. Девчонки же для праздничного танцевального вечера переоделись в американские джинсы и тёплые свитеры. Так как в Сухуми ближе к вечеру температура опускалась до десяти градусов тепла.

— Ого. Кажется, винишком попахивает? — принюхалась Мария.

— Это не вино, это капли против нервного переутомления, — хмуро проворчал я, поплотнее прикрыв дверь.

— А это что? — Лина моментально обнаружила спрятанную Сашей литровую бутыль.

— Это? Это эээ… это нам подбросили враги советского спорта, — тяжело вздохнул Белов и вернул бутыль на стол. — И вот теперь мы думаем — уничтожить вражеский презент или передать бутыль в компетентные органы?

— Правильно, пусть сами её уничтожают, — захихикал я.

Гимнастки тоже прыснули от смеха, поэтому пришлось разлить это домашнее вино по стаканам ещё один раз теперь уже на четверых. «Дерюгина старшая узнает, убьёт», — подумал я.

Зато во время танцев после винца было не холодно и довольно-таки весело. Правда, хмель из головы выветрился практически моментально. И когда из динамиков зазвучала медленная композиция и приятный мужской голос запел: «Там, где клён шумит над речной волной, / Говорили мы о любви с тобой…», Белов предложил купить ещё такую же бутыль. Кстати, на круглой танцевальной площадке, что располагалась под открытым небом на берегу небольшого пруда, сейчас отдыхала чуть ли не половина всей спортивной базы. Народу было буквально битком. И наши симпатичные соседки гимнастки пользовались самым повышенным вниманием у мужской половины советских спортсменов.

— Хочешь ещё вина? — поморщился я, присев на деревянную лавочку. — Нет, Саша. Я пас. Вот увидишь — завтра Петрович нас гонять начнёт до посинения. Он ведь полагает, что таким образом с потом выходит алкоголь из организма.

— А на самом деле? — криво усмехнулся Саша Белов.

— А на самом деле он гробит всем парням сердечную мышцу, — совершенно серьёзно ответил я. — Кстати, у тебя сердечко не побаливает? Или, к примеру, спина? Иногда человек думает, что у него простые боли в спине, а на самом деле там серьёзные проблемы с сердцем.

— Ничего у меня не болит, кроме мышц, — смутился Белов.

— Как только переберёмся за океан, первым делом нужно будет пройти полное медицинское обследование, — прошептал я. — Со здоровьем, Саша, шутить нельзя.

В этот момент к Белову подошла высокая девушка из сборной по лёгкой атлетике и пригласила на медленный танец. Александр ушёл с ней в толпу танцующей спортивной молодёжи, а я остался сидеть на лавочке один.

«А ведь Белову бегство в Штаты может реально спасти жизнь, — подумалось мне. — В моей истории Белов умер в октябре 1978-го года. Если мне не изменяет память, то у Саши развилась какая-то редкая злокачественная опухоль сердца. И спровоцировали её несколько факторов: нервный стресс после отстранения от баскетбола в начале 1977-го года. Из-за чего он несколько месяцев пил, потом резко бросил и начал усиленно тренироваться, что делать категорически нельзя. А ещё в одном из игровых эпизодов перед смертью он получил сильный удар локтем в грудь. И все эти факторы вместе привели Белова на больничную койку. В НБА конечно удары по корпусу не редкость, но там и медицина другого уровня».

— Чего киснешь один? — спросила меня гимнастка Мария Кучинская, когда закончилась песня «Там, где клён шумит».

— Я не кисну. Я думаю о будущем, которое не за горами, — улыбнулся я.

Тут из динамиков зазвучала весёленькая композиция «Please Mr. Postman» группы The Carpenters, и народ стал радостно дёргаться под эту зажигательную мелодию. И многие спортсмены даже не понимали, что песня эта трагическая. Ведь солистка звонким голоском умоляла неизвестного почтальона, чтоб тот посмотрел — есть ли в сумке письмо от любимого парня и для неё? Кстати, эта вещь являлась кавером песни 1961 года в исполнении женской группы The Marvelettes. Затем в 1963 году её не без успеха исполнила ливерпульская четвёрка The Beatles. И вот в прошлом 1975-ом году случилось новое рождение песни, которая почему-то взлетела на вершины зарубежных хит-парадов.

— Хочешь, прогуляемся на берег моря? — предложила Кучинская.

— Можно, но при условии, что мы воздержимся от невинных дружеских поцелуев, — заявил я.

— Дерюгину боишься или свою подругу, которая осталась в Ленинграде? — захихикала гимнастка.

— Обеих, — признался я.

Я встал с лавки. Попытался разглядеть — где там, среди танцующего народа затерялся мой друг Белов? Но Александр, словно куда-то испарился или переместился во времени и пространстве. «Ладно, не маленький. Если что, дорогу в спальный корпус найдёт самостоятельно», — мысленно буркнул я и пошагал вместе с Марией Кучинской в сторону берега моря. Для этого пришлось по узенькой тропе обогнуть наш безымянный прудик. И буквально через полминуты в