Читать книгу - "Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак"

Уилл, ты хочешь сказать мне, что в конюшню ворвался скотоложец и… обесчестил коней?

— Демон! Это был демон, сир! — слуга снова начал биться в припадке в руках Бриндена.

— Уилл, успокойся! Я рядом, я разберусь. Но скажи мне: где Неприступный?

— Ваш конь… — приступ паники у парня резко сменился глубокой скорбью, и верный слуга разрыдался. — Ваш верный конь… он один выступил против чудовища. Он стоял до конца, пока все остальные в страхе и позоре разбегались! Он показал себя настоящим рыцарским скакуном, достойным своего хозяина! Но и он пал… — Уилл вытер грязным рукавом слёзы с лица. — А потом… потом этот демон пристроился сзади и…

— Уилл, — Бринден прервал его. Он уже понял, что треклятая тварь сотворила с его жеребцом, но пока не увидит это своими глазами, отказывался верить. — Где Неприступный?

Голос рыцаря сейчас источал ледяную сталь и непреклонную волю.

— Пойдёмте, сир. Возможно, увидев вас, Неприступный вернёт себе прежний настрой.

Бринден ожидал худшего. Он надеялся, что его конь просто сломал ногу или его искусали в драке — ведь слово «обесчестил» должно было быть просто преувеличением испуганного слуги? Но когда он увидел своего любимца, то понял: его гордого боевого жеребца цинично использовали вместо кобылы.

Такого безразличия в глазах, абсолютной апатии и покорного смирения Бринден не встречал ни у одного живого существа на свете. Исчез яростный взгляд, бросавший вызов всему миру; вместо него у Неприступного появился взор побитой собаки. Бринден заставил себя осмотреть верного спутника, и лучше бы он этого не делал. Там, под конским хвостом, всё было разворочено так, будто туда со всей дури ударили стенобитным тараном по мягкой глине.

Он отомстит. Обязательно отомстит той твари, что посмела осквернить честь и плоть вернейшего спутника рыцаря.

Кабинет лорда Ланнистера - или по пафосному солярий.

Интересно, как там Демон? Я ведь помню, как Джиор грозился пустить его на мясо, если я не заберу эту тварь с собой, вот и пришлось тащить. Но на судне он вёл себя крайне благопристойно, что даже удивительно. Наверное, потому, что к нему спускались Мэйдж и Кинвара и кормили яблочками. Похотливая скотина пребывала от такого отношения в полном экстазе.

Тигетт, кстати, сразу узнал этого любителя конских задниц. Его собственный конь тоже его узнал — бедолага аж пятиться начал. Тигетт тогда слёзно попросил меня лично довести питомца до частных конюшен Ланнистеров, где ему выделили отдельное пастбище, чтобы больше никто не пострадал. Ну и отлично, одной головной болью меньше.

Но от одной головной боли я плавно перешёл к другой. Сижу и молчу с хозяином кабинета, по ощущениям — уже полчаса. Я, в принципе, не против: я смотрю на него, он смотрит на меня, и мы оба гадаем, о чём думает другой. Я и сам любитель посидеть в тишине, но это уже явный перебор. Нужно как-то развеять эту атмосферу запредельной мрачности, что витает вокруг лорда Тайвина.

— Если я перестану носить тёмно-красный дублет и надену ярко-розовый, что подумает Джоанна? Она, естественно, развеселится... Но главное — чтобы этот наглый, самодовольный ублюдок Иувар об этом не узнал, — озвучил я вслух предполагаемые мысли Десницы.

— Что. Вы. Делаете? — лорд Тайвин наконец-то очнулся.

— Ну, вы явно пригласили меня для беседы, но грозно молчите и сверлите меня взглядом уже довольно долгое время. Я просто скрашиваю себе время, пока вы собираетесь с мыслями и мы не начнём разговор.

— Вы специально поставили себе цель вывести меня из себя?

— Вы просто очень долго молчали.

И снова сидим молчим. Но на этот раз лорд Тайвин решил изменить алгоритм действия. Он взял бутылку бурбона, хотел было налить себе в кубок, но передумал и приложился прямо к горлышку. Мощен лорд, по-другому и не скажешь.

— Я поясню, что я делал, сир Иувар, чтобы вы больше не строили предположений и не озвучивали свои догадки, — вытерев губы, ледяным тоном произнёс Ланнистер. — Я собирался с мыслями. Каждый раз, когда я вас вижу, я мечтаю выдавить вам глаза, снять с вас шкуру, вывалить в соли и заставить молиться о смерти за то, как вы меня унижаете. Вас спасают только три вещи. Первое: вы так общаетесь абсолютно со всеми. Второе: вы спасли мою жену и сына. И третье: вы полезны и не требуете особой платы, кроме моих нервов. Именно поэтому я сейчас разговариваю с вами, а не приказываю страже за дверью войти и зверски вас запытать. Но чтобы вести этот диалог, я должен мысленно доказывать самому себе, что ваша помощь моему дому перевешивает моё искреннее желание вашей мучительной смерти. И с каждым разом аргументов в пользу первого остаётся всё меньше. Так что я прошу: если мы ещё раз окажемся одни и я буду молчать, просто заткнитесь. Для вашего же блага.

— Всё настолько плохо?

— Всё гораздо хуже, чем вы можете себе представить.

«Ну ладно, у человека тонкая душевная организация, посидим-помолчим», — подумал я про себя. Однако на этот раз тишина длилась недолго, и разговор наконец-то вошёл в конструктивное русло.

— О чём вы разговаривали с Его Величеством? — спросил Тайвин.

— Если тезисно, то Его Величество просил меня создать арбалет, который стреляет быстрее лука. Я отказался. И теперь за «нанесённые обиды» я должен короне валирийский меч, полтора миллиона золотых драконов единовременно и ещё по тысяче драконов в месяц за само моё пребывание в его владениях. За это он обещает мне неприкосновенность от своих подданных.

Глаза Ланнистера опасно сузились.

— Я хочу знать детали.

— А волшебное слово?

— НЕМЕДЛЕННО! — проорал Тайвин так, что, казалось, зазвенели кубки на столе.

— Почему все, включая вас, так любят кричать на людей, когда те находятся на расстоянии вытянутой руки? — от моего комментария на лбу Тайвина вздулась синеватая вена. Похоже, немного переборщил. — Ладно, извините, не удержался, речь шла о создании армии.

— Король хочет создать армию?

— Король хочет по-настоящему объединить своё королевство, в чём я ему и помогу. А легче всего объединять через выгоду и страх. Я предложил ему построить дороги для облегчения торговли между регионами. Чтобы купцов никто не грабил поборами, им будут выдаваться патенты, подтверждающие, что они находятся под защитой короны. А чтобы защищать интересы купечества, нужна постоянная, регулярная армия. Вот туда и пойдут все эти колоссальные деньги.

Тайвин тут же просчитал, что