Читать книгу - "Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох"

дело делаем. Помогать должны своим-то. Но если обманул! То со всей строгостью….

— Не обманул, — Вилей улыбнулся. — В Валу знают меня.

— Ну, ну. Пойди пока, — и стражники снова подхватили его под плечи. Но теперь-то все должно устроиться. Наверняка. Вилей покорно позволил себя увести.

*****

После спустя несколько дней, (сколько, Вилей устал считать), наконец прибыл из Вала Ольфрин Эллейх вместе с возвратившимся гонцом. Слова Вилейкины подтвердил, отчего был Коммандер отпущен с богом на все четыре стороны. Ольфрин привел еще коня и привез одежду. Все это Вилей принял с благодарностью. Мытарства на юлианских дорогах сильно поистрепали и обмундирование и Коммандерское терпение. Собираясь в отъезд, Скалка поинтересовался у местного Коммандера, когда ему вернут меч.

— Сыщем — вернем, — рассудительно заметил старик.

— Ну, коли не сыщите, сам найду, — улыбнулся Вилей. — Вот повидаюсь с господином Блейхером и вернусь.

— Конечно, конечно, — кивал Коммандер.

Теперь ехали они с Ольфрином в Вал, и прибыть туда должны были уже к вечеру. Жизнь налаживалась, не торопясь. Молча, однако, ехать было скучно.

— Скажи мне, брат Ольфрин. А верно, что сбежал демонит наш? — Как бы невзначай спросил Вилей.

— Откуда вы знаете? — Побледнел служка.

— Слухами земля полнится. Так что?

— Верно. Все верно, господин Коммандер. Как вы отбыли, на следующий день и бежал.

— Как же такое случится могло? В Девовом-то замке?

— Не могу представить, господин Коммандер. В клети-то мертвого исповедника нашли. А охрана божится, что тот самый исповедник к полудню из двери вышел. На Святой книге присягу дают.

— Ну, может, не врут.

— Да, как такое возможно? Чтоб и мертвый и живой?

— Одетый был исповедник?

— Само собой…

— Мертвый?

— А, это… Тут ясно, одежу снял, да и ушел. Да только как кандалы снял? Как стражу обманул, отец Валькирий был широкий мужчина.

— Что с того? Освещения перед каморой нету, поди?

— Нету, — согласился служка. — Тут другое странно…

— Что?

— Теперь говорят, что сам дьявол поселился в Серых Камнях, — Ольфрин осенил себя знамением, чтоб призвать заступников.

— Отчего это?

— Врата адовы отворяются каждую ночь…

— Это как? — Насторожился Вилей. Может, не все придумал рассказчик-пьяница. — В самом замке?

— Да. В городе говорят, что проклят теперь замок. Сжечь, говорят, надо все, чтоб огонь очистил место сие от скверны, демонитом принесенной.

— Что же там такое случается?

Ольфрин оглянулся опасливо назад, помялся, точно не зная, стоит ли упоминать к ночи об этом.

— Говори, время сэкономим. Я, может, сразу к замок отправлюсь.

— Чем же вы там поможете? Раз уж сами Девовы воины ничего сделать не могут.

— Посмотрю. Зависит от того, что ты мне сейчас расскажешь…

— Воистину, вы смелый человек!

— Ты меня в святые не возводи, дело говори, — важно кивнул Вилей, раздуваясь от довольства.

— Каждую ночь люди пропадают…

— Чтож в этом демонического? Ну и что? Загуляли, может…

— Пропадут из патруля, их ищут, и не находят…

Ольфрин сглотнул.

— Везде потом знаки являются, — Ольфрин зажмурился. — Выжженные, точно адовым огнем. В камне-то…

— Выжженные?

— Да, — служка выдохнул. — И не видит никто, когда появляются. Сколько людей пропало — столько знаков. Если находят новую бляху на стене, так уж знают, что не вернется человек. Одного потеряли. Кто-то говорит, через то врата адовы открываются.

— Так то, может бандит какой куражится?

— Как можно? Стена постоянно в наблюдении. В ней высоты локтей двадцать. Двое ворот закрыты на ночь. Днем каждого проверяют. А люди изнутри пропадают. Будто и правда происки бесовы.

— Что за знаки-то? — Вилей дёрнул плечом. С этим все ясно.

— Магики смотрели, говорят, знак врат адовых, из тех, что демониты пишут при ритуалах своих.

— Так может, внутри бандит-то, искали в замке?

— Как же, искали и не раз. Никого. Еще… говорят, демона видели…

— Это как? — Удивился Вилей. — Что за демон?

— Черный весь, с рогами, вонью смердит, глаза горят, что адские кострища…

— Я так мыслю, вы демона больше испугались.

— Вас там не было, господин Коммандер.

— Не было, — согласился Вилей. — Что же Юстиниар Тахх предпринял по сему случаю.

— Он велел провести обряды изгнания… Знаки стереть, да только они в камне, точно адовым огнем выжжены. Ничего их не берет. Так и остались стены осквернённые.

— Магики его хваленые что?

— Магики? Приключилось с ними странное. Все, как один твердят, что надо из замка уходить.

— Отчего же?

— Проклятье, говорят, легло на Камни. Злая воля теперь там поселилась.

— А Тахх?

— Он не сдается пока.

— Что ж магики-то струсили?

— Уж очень теперь страшно, господин Коммандер. Каждую ночь новые каракули на стенах. Один-то из магиков сказал тайно, что как насчитают на стенах восемнадцать, значит, домов, знаков, то есть, так и откроются врата в Преисподнюю. Сами-то воины кто в бой рвется, кто страшится стать следующим. Можно было б повоевать, да только с кем? С духом бесплотным?

— Мнится мне не дух это вовсе, — заметил Вилей, пришпоривая коня. Надвигалась ночь. Хотелось успеть к Серым Камням засветло. Следом заторопился и Ольфрин.

*****

К замку, однако, Коммандер подъехал один. Ольфрин не пожелал в этот раз сопровождать гостя. Подъехал в сумерках. На стенах густо горели огни. Патрули по три человека прохаживались за зубцами.

Вилей грохнул в ворота кулачищем.

— Открывай!

— Кто таков?

— Старый ваш знакомый, Коммандер Скалак из Гелении.

На стене зашуршали тихие голоса. По-всему, побежали доложить начальнику караула.

— За какой надобностью?

— На помощь вам приехал…

— Истово молиться умеешь?

— Это смотря для какого случая! — Вилей вдруг почувствовал в себе такую удаль, что готов был препираться хоть с самим Советником, хоть с Архимейстером, хоть с кем.

— Для спасения души своей. Ступай с Богом, Коммандер из Гелении. Войдешь сюда, о душе твоей только помолиться останется…

— Что ж так-то? Может, наоборот, я вам помочь смогу! — лихо прикрикнул Вилей.

— Чем это?

— Демона вашего споймаю!

— Тише, Коммандер, не зови беду! — Послышалось сверху. — И не хвастай понапрасну. Ступай себе с Богом.

— Отвори, я к вашему Светлейшему Юстиниару! — Вилей задрал голову, стараясь