Читать книгу - "Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак"

даже сам Тайвин, никогда не применял телесные наказания к благородным, тем более — к родному брату, который сейчас наматывал круги по плацу, проливая литры пота. Но Тигетт не делал различий между благородными и простолюдинами. У него был собственный критерий: те, кто делает, и те, кто не делает. А те, кто не делает, получают обучающий профилактический удар. Но если Тайвин хотя бы примерно понимал масштаб изменений, произошедших с его младшим братом (хотя в полной мере осознавал это только сейчас), то Киван находился в откровенном шоке. А Дженна искренне радовалась, что наконец-то хоть кто-то решил взяться за ум.

Прибытие Тигетта обратно домой стало одним из самых знаменательных событий, когда-либо случавшихся в Утесе, ведь Тигетт не просто овеял себя славой, но и вписал свое имя, наряду с остальными сорока учениками посла, в бессмертные легенды. Сам Тигетт обошел своего старшего брата в славе! Но на пиру в честь возвращения он в первую очередь встал на колени перед братом и попросил прощения за свое поведение в прошлом, за заносчивость и высокомерие, за пренебрежение обязанностями и отсутствие интереса к продвижению влияния своей семьи. Там, на пиру, Тигетт Ланнистер поклялся стать мечом и щитом семьи и всего себя отдал в руки своего брата. Это сыграло крайне положительную роль для престижа Тайвина, но после пира тот захотел лично узнать, что именно его брат имел в виду. И Тигетт удивил его во второй раз, полностью подтвердив свои слова Тайвину в личной беседе. Еще больше Хранитель Запада удивился, когда брат объявил, что женится на той, на кого укажет Тайвин, лишь попросив выбирать не страшных и строго до тридцати лет, а в остальном целиком положившись на его выбор. Вот только это добавило много головной боли самому Тайвину, ведь теперь почти все знатные женщины Запада и не только были готовы предложить себя Тигетту, и их очереди хватило бы на то, чтобы полностью окружить Утес Кастерли, а не наполовину, как это было раньше. Но, к счастью, эту головную боль он был рад переложить на плечи своей сестры и жены.

Еще одним приятным удивлением стало то, что Тигетт попросил выделить ему крупную сумму денег на то, чтобы сформировать отряд егерей. Функцией отряда станет то, чему обучился Тигетт у посла: выслеживание преступников, разведка и шпионаж в пользу сюзерена. Эти отряды егерей будут подчиняться напрямую либо Тайвину с Киваном, либо самому Тигетту. По словам его брата, отряды такого типа в данный момент вовсю формируются в Долине, на Железных Островах и на Севере. Причем у Севера их будет больше всего и они будут самыми обученными, но брат заверил, что, пока он жив, они не станут чинить проблем на Западе. Кроме всего прочего, отряды егерей Запада будут самыми укомплектованными по одной простой причине — золото Ланнистеров. Еще Тигетт просил отдать ему в подчинение их брата Гериона, так как, по его словам, тот совсем отбился от рук и ничего из себя не представляет, а еще он забрал — на радость Дженне — Эймона, потому как тому не стоило смеяться и лишний раз подтверждать, что Герион никчемен.

Но кроме старшего поколения блистательного семейства за этими избиениями-тренировками сейчас наблюдали и младшие наследники семьи, в частности — Джейме. Он еще на пиру вовсю крутился возле своего дяди и слезно просил рассказать, как тот громил горцев Долины, а потом умолял обучить его, чтобы стать точно таким же. Но его энтузиазм заметно поубавился, как только он воочию увидел, как один его дядя тренирует другого, и с каким неподдельным страхом смотрят остальные новобранцы на его дядю Тигетта. Однако для Тайвина это был идеальный момент для воспитания:

— Мейстер Крейлен сообщил, что у тебя возникли проблемы с чтением. Это правда?

— НЕТ, ОТЕЦ! Кхм, я хотел сказать, что есть небольшие затруднения, но я смогу их преодолеть.

— Это твое слово мне как отцу?

— Да, отец.

— Хорошо. Я жду от тебя лучшего результата, ты Ланнистер, ты обязан быть лучшим. Но если подведешь, я поговорю с твоим дядей, и он выделит для тебя время.

— НЕ НУЖНО БЕСПОКОИТЬ ДЯДЮ, ОТЕЦ! Я справлюсь.

— Хорошо, ступай. Мне нужно переговорить со своим братом.

Отослав Джейме и оставшись наедине, Тайвин завел разговор со своим самым доверенным и верным союзником.

— И что ты думаешь о Тигетте?

— Что мне нужно больше стараться прославлять дом Ланнистер, чтобы самому не оказаться в его когтях и не мучиться так, как Герион.

— Тебя бы я к нему не послал. Но вот для всех остальных такой метод тренировки — в самый раз, по крайней мере Герион наконец-то возьмется за ум. Но я хотел спросить тебя про его план на нашу армию.

— Увеличить расходы на армию? Брат, мы и так тратим баснословные деньги на содержание, а он просит увеличить эту сумму втрое!

— И я намерен послушать его совета, но сначала он должен доказать и оправдать создание своего егерского отряда.

— Наши кузнецы до сих пор ломают голову над этим блочным луком — слишком много мелких деталей и сложных конструкций.

— Этот чертеж предоставил нам Иувар, точнее, Тигетту, а значит, все остальные имеют точно такой же лук, который может совершать до тридцати выстрелов за девяносто биений сердца. Наши егеря с таким оружием засыпят всех врагов стрелами до того, как те что-либо смогут предпринять.

— Но каждый такой лук будет стоить как целый доспех!

— Хорошо, значит, только мы сможем массово вооружить наших людей. Возьми ситуацию под пристальный контроль. Что насчет тех доспехов, которые нам предоставил Иувар?

— Стоят столько же, сколько и лук, но кузнецы ломают головы и никак не поймут, как они сделаны. Подвижные, легкие и, несмотря на свой вес, достаточно прочные, чтобы выдержать скользящий удар меча.

— Работай вместе с Тигеттом по поводу их производства, но постарайся его особо не отвлекать. Он и так взял на себя слишком много обязанностей.

— Я больше боюсь, что он решит, будто я недостаточно тренировался, и заставит меня страдать точно так же, как Гериона.

Тайвин не особо любил шутки в своем присутствии, но тесное общение с послом заставило его несколько пересмотреть свои взгляды на этот вопрос, тем более что в голосе Кивана сейчас звучали не нотки веселья, а истинная тревога. Направляясь к своей жене, он также размышлял о других дарах, которые получило львиное семейство: его