Читать книгу - "Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох"

— и широким жестом показал рукой, куда идти. Вилей скинул мокрый плащ, набросил на протянутую руку. Сам, приглаживая мокрые волосы прошел, куда велено.

Протектор, седой, пышный старик, сидел за широким столом один. Перед ним была выставлена всякая снедь. Утка, запеченная с фруктами, печеная в меду свинина, фрукты и кувшин с вином. От запаха съестного у Вилея закружилась голова. Протектор посмотрел на него недовольно.

— Что?

— Коммандер — Протектор Скалак, — отчеканил Вилей, распрямляя плечи. Старик тотчас переменился. Привстал, пригласительным жестом указал на стол.

— Как же? Знаю, знаю. Из Геленийской столицы гость дорогой. Проходи, садись. Откушай со мной.

Вилей с удовольствием присел за полный стол. Старик подлил вина в пустой бокал.

— Сармин Блейхер. К твоим услугам, — и хозяин начал укладывать в пустую тарелку всевозможные яства для гостя. Коммандер только глотал слюну, представляя, какой праздник вкуса ждет его через миг.

— Вилерон Скалак, — повторил Вилей. — Благодарю. — И он принял из рук хозяина полное блюдо.

Блейхер улыбнулся, закивал, потом обратился к своей тарелке. Какое-то время ели молча. Потом хозяин не выдержал.

— Как здоровье Лорда-Протектора? Я слыхал, ему занездоровилось.

— Сейчас уже лучше, боли прошли, я полагаю, — Коммандер отпил вина, по телу растеклась благость. Ноги и руки согрелись, а в голове приятно зашумело.т — Он снова рвется в бой.

Блейхер улыбнулся, кивнул. Потом смутился и спросил после паузы.

— А скажи мне, Коммандер Скалак, важен ли для вас тот человек, о котором в описании сказано.

— Да, Лорд Протектор. Очень важен, — насторожился Вилей. — И не только нам. Воинству Девову очень желательно потолковать с ним.

Старик слушал, кивал.

— А что стряслось? — уточнил Вилей на всякий случай.

— Ничего, — Блейхер улыбнулся. — Ничего не стряслось. Я его велел в отдельные апартаменты определить до поры. Одна заковыка только.

— Какая еще? — Вилей отпил из кубка еще. Вино было хорошо.

— Вроде как и не жив он. А вроде как и не мертв, — вздохнул старик. — Лекари руками разводят. Ничего сделать не могут. Говорят, время только покажет, выживет ли.

— Что ж так? — Вилей отправил в рот очередной кусок мяса.

— Неизвестно, что в харчевне случилось, — старик аккуратно вытер руки о принесенную служкой салфетку. — Говорят, умом тронулся, потому и наскочил на людей. Может от припадка и в беспамятство провалился.

— Много положил?

— Троих, — Протектор сморщился. — Все из иритийского Двора. Извиняться пришлось очень долго. Требовали выдать супостата для возмездия.

— А вы что ж? — Вилей откинулся на стуле. Хорошо, вкусно покушал.

— Висельника одного предложил им. Взамен, — и старик усмехнулся. Вилей тоже натянул улыбку.

— А ну как раскроется обман? — Спросил он. — Припекут ему пятки, так и скажет все как есть.

— Нет, не раскроется, — успокоил старик. — У того висельника язык-то резаный. Захочет — не скажет.

— Хитро, — усмехнулся Вилей. — Так с нашим-то что?

— С этим? — Блейхер вздохнул. — Сам смотри. Не знаю, как Воинство с ним толковать будет. И сможет ли.

— Посмотрю, — кивнул Коммандер. — Проводить вели.

— Сейчас что ли? — Удивился старик. — Ночь-полночь. Отдохни. Завтра посмотришь.

— Нет. Сейчас надобно, — возразил Вилей. — Если он это, так один разговор, а если нет, так завтра с рассветом снова в путь тронусь. В другом месте надо быть.

— Как знаешь, — со скукой отозвался Блейхер. — Ольфрин! — В дверях показался давешний прислужник. — Проводи Коммандера Скалака в бастион. К болезному.

Служка кивнул и выжидательно посмотрел на Вилея. Тот нехотя поднялся. Что за служба? Сейчас бы спать себе, или ко сну готовиться, а вместо этого приходится идти неизвестно куда по возможно ложному следу. Посмотрел на Протектора, восседающего за полным еще столом. Тот налил себе вина, поднял бокал в приветствии.

— Удачи.

И Вилей отправился вслед за молодым человеком. Вопреки ожиданию, повели его не на улицу, а в подвал. Там по темному коридору пошли в сторону бастиона.

— Это что ж? Соединяет с бастионом этот тоннель? — Спросил Вилей, ежась от подступившего холода.

— Да. Его давно построили. Для осады, а мы пользуемся. Сейчас прямо в подвальный этаж и выйдем. — Ответил служка.

— А ты в какой должности состоишь здесь? — Спросил Коммандер после паузы.

— Я? Помогаю Лорду-Протектору. Прислуживаю. Писарской работой занимаюсь. — С готовностью отозвался служка.

— Звать-то как тебя?

— Ольфрин из дома Эллейхов.

Вилей смешался. По-всему, от него ждали какой-то реакции. Наверное, знатный дом.

— Это…хорошо, — выдавил он наконец.

Служка чуть улыбнулся и растворил перед Коммандером тяжелую окованную железом дверь.

— Пожалте, — Вилей ступил на земляной пол. Перед ним протянулся широкий коридор с дверями по обеим сторонам.

— Сюда, — служка кивнул подскочившим в приветствии стражникам, повернул налево. Вилей пошел следом у последней двери служка остановился. Перед дверью скучал еще один стражник при полном вооружении.

— Коммандер Скалак желает взглянуть на пленника, — сказал служка. Стражник кивнул и начал греметь ключами, отпирая дверь.

— Глядите, — ворчал он. — Отчего ж не поглядеть. Все ходють глядеть. — Наконец, дверь отворилась со скрипом. Коммандер взял из рук служки фонарь, шагнул в камеру.

Потолки невысоки, потому пришлось нагнуться. Размер у камеры был очень даже большой, в сравнении с теми, которые Вилею приходилось видеть. В углу стоял табурет, на котором разместился лекарский инструмент. Ножички для пускания крови, пузырьки со снадобьями и прочее. Не бояться оставлять, знать, и верно, плохи дела. Одни каменные стены, только малюсенькое окошечко под потолком на улицу. В него задувал холодный ветер и попадала вода от дождя. У стены в самом углу на отсыревшем коме соломы лежал узник.

Вилей приблизился. Не узнать. Пленник лежал на спине, отвернув только голову на бок. Похудел и побледнел больше обычного. Под глазами залегли темно-синие тени. Но сомнений быть не могло. Он. Аверт Эвола. Эльх Кельмит нынче, если не соврал ростовщик Фтирр. Здесь. Перед ним. Сапоги с него сняли, по всему, тюремщики-мародеры, сняли и верхнее что там у него было. Лежал в тонкой рубашке и исподних штанах. Однако, в камере было прохладно.

Вилей присел, поставил фонарь у лица лежащего. Присмотрелся. Кожа бледная, что казалась облитой воском.

— Дышит? — Спросил, не