Читать книгу - "История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История"

полудрагоценными камнями, покрываться позолотой или чернью. Абстрактные, крайне условные изображения людей и животных вплетались в геометрический узор из фасеток и ячеек.

В начале нашего века крупнейший скандинавский искусствовед Б. Салин выделил три последовательных этапа в развитии звериного орнамента с 400 по 900 г. При всех уточнениях и дальнейшей детализации схема Салина сохраняет свое значение и ныне. Звериный стиль I, существовавший до конца VI в., основывается на изображении одного животного, схематическом и многофасетном. Фигура животного подвергается деформации, становясь подчас неузнаваемой, и теряется в орнаментальном узоре. В конце VI в. под влиянием звериного стиля Южной и Юго-Восточной Европы в Скандинавии возникает стиль II. Его отличительной особенностью является ленточное переплетение нескольких животных. Удлиненные, плавно изгибающиеся фигуры драконоподобных существ, мягкие закругления линий на золоченой бронзе с гравированными фасетками создают причудливые и необыкновенно разнообразные орнаменты на многочисленных изделиях вплоть до конца VIII в., когда возникает стиль III, характерный уже для эпохи викингов и представленный большим количеством локальных вариантов.

Наконец, впервые в позднем железном веке представляется возможность познакомиться с мифологическими представлениями и преданиями данов. Сообщения римских писателей начала нашей эры, в первую очередь Корнелия Тацита, касались германского мира в целом, и вряд ли можно выделить какие-то черты духовной культуры, присущие только северным германцам. Тацит описывает языческий пантеон германцев, отождествляя их богов с римскими богами. Он называет лишь одного из богов его германским именем — прародителя людей Туистона, порожденного землей (германский Тиу, древнескандинавский Тюр), остальных он обозначает привычными ему именами: Меркурия, которому приносит человеческие жертвоприношения, Геркулеса и Марса, которым жертвуют животных, Изиды. Он отмечает важную роль жрецов, предсказывающих будущее и осуществляющих многочисленные ритуалы, а также культовое значение дубрав и рощ, где располагаются святилища. Лишь более тысячелетия спустя мифологические предания будут записаны, но они чрезвычайно далеки от тех, которые бытовали среди германцев начала нашей эры. Древнескандинавская мифология, нашедшая отражение в песнях Старшей Эдды и в ряде мифологических саг типа «Саги о Вёльсунгах», подверглась существенному переосмыслению и под влиянием меняющихся исторических условий, и под влиянием новых социальных отношений, и под влиянием культурных импульсов из Западной Европы, важнейшим из которых было христианство.

В мифологии древних скандинавов совмещались вертикальная и горизонтальная модели мира, объединенные мировым древом Иггдрасиль. Верхний мир, находящийся в его кроне, населяли боги — асы и ваны во главе с Одином, богом войны и покровителем воинов, богом мудрости и поэзии. В его чертогах, Вальхалле, находили вечный пир и вечное сражение павшие в бою воины. Бог плодородия Фрейр и его сестра Фрейя, защитник людей от великанов Тор и многие другие боги обитали в Асгарде. Срединный мир был населен людьми, в подземном мире царствовала Хель, богиня смерти. Временные циклы повторяли изначальный ход событий от создания мира из тела великана Имира до его конца и гибели богов в сражении с хтоническими чудовищами.

Мифологические представления нашли многочисленные формы воплощения, помимо литературных. Это были амулеты, связанные с культами тех или иных богов, особенно Тора, изображения богов и мифологических сцен на предметах, вотивные клады. Отзвуки древнескандинавской мифологии сохранялись в Дании долгое время. Крупнейшее историографическое сочинение Дании начала XIII в., «История датчан» Саксона Грамматика, начинается изложением мифологической истории народа, прародителем которого считался Один.

В это же время зарождается и собственно историческая традиция. Возникает «эпическая» история, излагаемая в песнях, сказаниях и легендах. Мы знаем ее либо по памятникам родственных данам народов, либо по более поздним записям. В англо-саксонском «Беовульфе» отражена героическая история одной из династий мелких правителей V — VI вв. — Скьольдунгов, центром которых был, вероятно, Дейре в Северной Зеландии. Сказания о Скьольдунгах, начиная с основателя династии Скьольда Скевинга, который приплыл младенцем к Дейре, и кончая последним правителем из этого рода Хрольвом Жердинка, погибшим в борьбе с другими мелкими конунгами, легли в основу средневековой истории Дании. В позднейших генеалогиях датские правители разных династий и разного времени, род Годфреда, шведская династия в Хедебю, правители Еллинга, были объединены в непрерывный ряд Скьольдунгов, происходящих от Одина и ставших прародителями современных хронистам датских королей.

Кроме того, железный век стал временем возникновения германского рунического письма (см. ниже). Видимо, в I в. от Р.Х. в зоне тесных контактов германцев с римской цивилизацией возник своеобразный буквенный алфавит, наиболее ранние известные нам формы которого уже были приспособлены для передачи звуков германских языков. Руническое письмо широко использовалось в Дании, как и в других Скандинавских странах, вплоть до конца эпохи викингов.

Так, в римском и германском железном веке были заложены основы культуры, религии, литературы раннесредневековой Дании, которые получили максимальное развитие и наиболее яркое выражение в эпоху викингов. Конечно, и в IX-XI вв. культура Северной Европы продолжала впитывать влияния, идущие из тех стран, с которыми викинги устанавливали контакты, — из Франции и Англии, из Руси и Византии. Особенно усилилось это воздействие после проникновения на север христианства, принесшего не только новую религию и культ, но и новую идеологию, литературу, искусство. Однако в своей основе культура Скандинавских стран эпохи викингов сохраняла самобытность, которая проявилась в первую очередь в прикладном искусстве.

Стиль III характеризуется введением растительных мотивов в традиционный звериный орнамент. Переплетение лент, змеевидных туловищ и удлиненных конечностей животных дополняется заимствованными из каролингского искусства аканфовыми завершениями. Ярким примером служит орнаментация одной из сторон большого Еллингского камня (середина X в.), на которой изображен большой шагающий зверь (лев?), хвост которого прорастает усиками аканфа. Сочетание зооморфных и растительных мотивов позволило достичь еще большего разнообразия орнаментики, подчас ее вычурности и перенасыщенности.

В начале эпохи викингов возникает два новых орнаментальных мотива. Первый представлен драконоподобным животным с маленькой головкой, разрывом в средней части туловища, через которое проходят ленты-конечности, и с длинным, оплетающим туловище хвостом. Ряды подобных животных, вплетающихся друг за другом, украшают резные деревянные панели и металлические предметы. Второй мотив составляет одно или из несколько животных, конечности которых хватают ближайшие элементы орнамента. Причудливые формы, создаваемые этими переплетениями животных, были излюбленным декором украшений.

Мотив хватающего зверя стал центральным в стиле Борре (назван по комплексу погребений в Борре, Норвегия), распространившимся в IX — X вв. по всей Скандинавии. Он широко представлен на круглых подвесках, фибулах и других украшениях. Одни из наиболее изящных изделий этого стиля — фибулы из Лисбьерга (близ Орхуса). Другим типичным мотивом стиля Борре были кольцевые плетенки, заканчивающиеся звериной мордой.

В X в. возникают две новые модификации звериного орнамента. Стиль Еллинг, названный по наиболее выразительной находке — небольшой серебряной чаше из кургана Еллинга, отличает еще большая