Читать книгу - "Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох"

балаган. Клоуны на ходулях, конники с огненными саблями, танцовщицы в ярких нарядах. Зазывали на представление. Отчего ж не сходить? В толпе-то проще будет узнать требуемое.

Почему бы не дать себе отдых перед большой дорогой? Как знать, что впереди будет. Сладится ли, как желалось, или снова придется изворачиваться угрем. Посмотрим.

Надо было еще сходить к Протектору выбить разрешение на оружие. Может, и денег дать придется. И историю подходящую сочинить, чтоб вопросов поменьше было. И имя. Новое имя. О нем тоже следовало подумать.

Я отступил с дороги, пропуская потрепанного вида коляску. Возница с проклятьями охаживал зазевавшихся прохожих нагайкой. Кого бес принес? Видят же, людное место. Я отступил, вжался в торговые ряды вместе с прочим людом, однако, досталось и мне. По плечу обожгло кнутом.

— Эй, катись к бесу! — Раздался рядом басовитый окрик. Не мне одному, видать, досталось.

— Сам катись, не видишь, господа едут! — Отозвался извозчик.

— Куда ж едут то, — язвительно спросили с другой стороны. Я развернулся идти прочь. Никак драка зреет, не иначе. Ни к чему пока это. Да и скучно. Мелкого дворянчика везут. Может, и ему прикинуться сыном разорившегося графа. Отчего нет? Младший сын мелкого дворянина, не имеющего за собой права наследования, оттого в наемники подавшегося. А клинки папенька презентовали, в качестве наследственной доли. Вещица дорогая, фамильная. Я улыбнулся мыслям. А звали папеньку Аварон Рефт. Достойного его сына — Ивлин. Отчего нет? Ивлин из Рефтов. К вашим услугам.

Мимо, тяжело ступая трехпалыми лапами, прошел караван диковинных пока мне животных. Кроды. Полуящеры — полуптицы. Крепкие и выносливые. Уступали коням в скорости, но обходили их по части поднимаемых грузов и силы. Один недостаток — хищники. Кормили их потрохами до кровью со скотобоен. Здесь, у побережья, они были в чести. Рыбакам да мореходам они были без надобности, а вот торговцы и немногие пахари с живостью переняли у дикарей — пересийцев тягу к этим животным. На Внешних островах их использовали и в качестве верховых животных, не только для перевозки грузов. Благодаря широким трехпалым лапам, кроды не оскальзывались на каменистых склонах и легко преодолевали крутые подъемы.

Я отступил, пропуская мимо себя сероватые от пыли кожистые туши, обхваченные пристяжными ремнями огромных тюков. Один из кродов развернул клиновидную голову, посмотрел на меня долгим немигающим взглядом. Я поежился от пронизывающего взгляда. Разумные будто. Погонщик щелкнул кнутом, и кроды двинулись дальше.

Я вздохнул с облегчением. Словно перед Юстиниаром очутился. Что за морок? Нервишки совсем расшатались. Но время к обеду. Пора и перед Протектором показаться. Разрешение вытрясти. Вопросы будут. Оружие редкое. Я двинулся к выходу на центральную площадь. Однако, можно и по-другому, думалось мне. Потратить много меньше. И решил я, что придумка моя мне сделает экономию. Я развернулся назад к оружейной лавке.

*****

— На земле людей были кроды? — удивился гость.

— Были, — согласился хозяин, — да не везде. В основном лошади. Наши-то походили скорее на волов, мне чета вашим. Это у вас они для скорости, у нас их разводили ради силы.

*****

Разрешение, на удивление, дали быстро. Протектор крутил в руках клинки, любовался линиями. Оружие, и правда, было хорошо. Жаль, придется его оставить. Протектор поставил сургучовую печать на разрешении в ношении двух клинков-сабель, пяти ладоней длины. Большего и не надо. Сложно было найти похожее на рунические клинки оружие. В проклятом городе не продавали ничего длиннее трех ладоней. Но упорство было вознаграждено. Я нашел, что искал, и даже больше. Парные мечи-близнецы. В другое время я был бы рад что нашёл их, но теперь было даже жаль, что придется оставить сие благородное оружие гнить на кладбище. Но расстаться с руническими клинками было выше всяких сил.

Теперь с разрешением в руках можно было отправиться к оружейнику, сладить крепкие ножны. А потом двигаться дальше.

В Протекторате на меня посмотрели с подозрением, но препятствий чинить не стали. История младшего сына разорившегося землевладельца была принята, проглочена и переварена. В этом городе появился Ивлин из рода Рефт. Не самый древний род, но к Тильду Смелому восходящий. На самом-то деле последнего наследника из Рефтов утопили во время купания. Это я помнил хорошо. Змей с пренебрежением отозвался о хилом, измученном припадками юноше. Но здесь этого знать не могли.

Теперь к оружейнику. Я уверенно пошел мимо стражницкого разъезда. Чего уж бояться?

— Эй! — Конные двинулись в мою сторону. Я остановился. Вот, бес! Забыл клинки крепче в тряпицу завернуть.

— Стой, незнакомец! — Конники обступили пешего. На меня нацелилось копье.

— Бумаги получил? — Стражник опустил глаза на длинный сверток у меня в руках.

Я отодвинул от лица острие копья.

— Получил, конечно. Ты посмотри сначала, потом железками тыкай.

Стражник усмехнулся, протянул руку. Я вложил в ладонь бумагу. Конник долго, шевеля губами, вчитывался в написанное.

— Написано, пять ладоней, — он посмотрел на меня.

— Пять, — согласился я.

— Длиннее трех двойная пошлина, — заметил конник.

— Оплачено, — я протянул руку за бумагами. — Там все написано.

Конник снова опустил глаза в свиток.

— И печать стоит, — проговорил конник. — По всему выходит, ты вроде как чист перед законом.

Я кивнул.

— Мне с законом делить нечего. Чист, конечно.

— Имя скажи свое.

— Из рода Рефтов я, Ивлин Рефт.

— Что ж, Ивлин Рефт, — всадник протянул бумаги назад. — Я запомню тебя.

Я усмехнулся.

— Запомни, пожалуй, — прочие всадники угрюмо смерили меня взглядами.

— Не случится нам от тебя худа, Ивлин Рефт? — Продолжил стражник. — На празднество с оружием — ни-ни.

— Знаю, — кивнул Кельмит. — Я скоро уеду.

— Ну, тогда ступай себе с Богом, — стражник кивнул остальным, и те отступили, давая проход. Я улыбнулся налево, направо. Пошел неспешно прочь. Вот ведь! Еще чуть, и подумал бы, что ловушка. Что ж, не дошли сюда еще дурные вести. Это к благу. Есть время осмотреться, запастись в дорогу снаряжением и провизией.

К вечеру все дела оказались сделаны. Бумаги в дорогу выправлены, куль собран, купленная лошадь стояла в конюшне постоялого двора. Оставалось только дождаться, пока оружейник, что на углу Мастеровой улицы сладит ножны. Крепкий кряжистый старик долго рассматривал клинки, читал разрешение, потом снимал мерку. Велел приходить через три дня. После недолгих уговоров, где главную роль сыграли пять гельдов, положенных сверху платы, велел зайти на следующий день