Читать книгу - "История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История"

Россия направила специального представителя И. Тегоборского. Дания в принципе была готова отказаться от взимания зундских пошлин, но потребовала значительную компенсацию, сумма которой и стала предметом переговоров, длившихся больше года. 14 марта 1857 г. был наконец подписан договор, по которому Дания навсегда отказывалась от сбора пошлины с торговых судов, проходивших через Эресунн и Бельт. Взамен ей в течение 20 лет выплачивались 30 476 325 ригсдалеров, что соответствовало тогда примерно 20 млн ф. ст. Особая роль России в столь благоприятном для Дании решении вопроса была отмечена новым датским министром иностранных дел О. В. Михельсеном, который заявил по поводу награждения российского министра иностранных дел А. М. Горчакова и его товарищей (заместителей) Толстого и Остен-Сакена высшими датскими орденами, что это признание «услуги, которую Россия в Ущерб собственным интересам изъявила готовность оказать Дании в урегулировании зундского дела».

После 1864 — 1865 гг. Дании нужно было совершенно по-новому строить свой внешнеполитический курс. Теперь перед ней стояла гораздо более скромная, чем прежде, задача — вернуть 160 тыс. датчан Северного Шлезвига, или Южной Ютландии, как называют эту территорию в Дании. Постановления Венского мира не были приняты датчанами как окончательное решение шлезвигского вопроса. Но со временем задача возвращения соплеменников отходила на задний план, поскольку вплоть до окончания первой мировой войны не было реальных возможностей для ее решения. Попытка использовать разногласия, возникшие между победителями, — Пруссией и Австрией, оказалась неудачной, хотя во время заключения Венского договора победители не договорились о разделе их полномочий в отнятых у Дании провинциях. По австро-прусской конвенции, заключенной в Гаштейне в апреле 1865 г., была достигнута договоренность, согласно которой Австрии предстояло управлять Гольштейном, а Пруссии — Шлезвигом и Лауэнбургом.

В Дании не без оснований предполагали, что вскоре между недавними союзниками начнется ссора и тогда вмешается Франция. Австрия стремилась создать независимое малое германское государство под властью герцога Августенбургского, на что Бисмарк никак не хотел соглашаться. Заручившись поддержкой Наполеона III, он добился в ноябре 1864 г. решения, по которому Шлезвиг присоединялся к Пруссии при условии возвращения его датской части под власть датского короля. После того как напряженность между Пруссией и Австрией достигла апогея, правительство Дании предложило в апреле 1866 г. Бисмарку союз, по которому обязывалось, что датская армия будет защищать территорию Шлезвига до Фленсбурга, а флот — поддерживать прусские военно-морские силы, защищающие Балтику и Северное море. Взамен датчане просили вернуть часть Шлезвига. Бисмарк не торопился с ответом и отклонил датское предложение, лишь когда оно было сделано повторно (в мае того же года). Когда же 17 июня началась австро-прусская война, с подобным предложением — занять Шлезвиг — к датчанам обратилась Австрия, впрочем не предлагая союза — Датское правительство воздержалось от положительного ответа.

Молниеносный разгром австрийских войск ослабил позицию Дании в шлезвигском вопросе, поскольку теперь его решение зависело по сути от Бисмарка-Статья 5 Пражского мирного договора гласила: «Е. В-во австрийский император передает Е. В-ву прусскому королю все свои приобретенные по Венскому миру от 30 октября 1864 г. права на герцогства Гольштейн и Шлезвиг, при том, что население северных районов Шлезвига будет уступлено Дании, когда оно путем свободного голосования выразит желание соединиться с Данией. Уже при заключении мира Бисмарк пытался удалить эту оговорку, но французские дипломаты помогли австрийцам ее сохранить, что не так уже и расстроило прусского канцлера. Главное было достигнуто: северогерманские герцогства становились фактически владением Пруссии и уже в январе 1867 г. были формально включены в ее состав. Газета «Федреландет» так охарактеризовала новую для Дании ситуацию: «Теперь между нами и остальной Европой лежит Пруссия, что не сразу было осознано и в Дании, и в Северном Шлезвиге, где Пражский договор поначалу возродил надежды на возвращение». В 1867 — 1868 гг. по этому поводу даже велись переговоры между Данией и Пруссией, которые очень скоро разочаровали датчан, так как Пруссия выставила жесткие условия гарантий для немцев Северного Шлезвига: сохранение немецкого языка в школах и церкви, восстановление местной конституции до 1846 г. Принятие этих условий давало Пруссии повод постоянно вмешиваться во внутренние дела Дании, и это была одна из причин, почему датское правительство прервало переговоры.

Другой вопрос — о возможной южной границе Дании — неоднократно обсуждался между Копенгагеном и Берлином, но эти переговоры до 1870 г. тоже не дали никакого результата. Датское правительство хотело, чтобы граница была обозначена к югу от Фленсбурга, тогда как Бисмарк соглашался лишь на то, чтобы она проходила к северу от реки Альс; более того, он отметил, что обещание по поводу такой географии границы было дано Австрии, а не Дании. Влиять на Пруссию пытался российский император Александр II, передавший в 1868 г. послания короля Кристиана IX, а в 1869 г. Наполеона III Бисмарку с предложением решить спорный вопрос. Однако Бисмарк был непреклонен, тем более что он готовился помериться с Францией силами. Нейтральные державы датские дела теперь почти не волновали. Франция, скорее всего, была заинтересована в том, чтобы статья 5 Пражского договора не выполнялась, поскольку в противном случае это могло улучшить отношения между Данией и Германией и помешать Дании заключить антипрусский союз с Францией. Весной 1870 г. французский министр иностранных дел прямо заявлял, что предпочитает, чтобы эта заноза «в ноге» Пруссии, т.е. невыполненный договор, оставалась всегда.

Утрата Шлезвига продолжала осложнять отношения Дании со все усиливавшейся Пруссией, а с 1871 г. — с возрожденной под ее эгидой Германской империей. До событий 1870 — 1871 гг. маячила весьма заманчивая перспектива союза Дании с Францией, ради возможного реванша и возвращения Шлезвига, тем более что франко-прусские отношения ухудшались. Правда, датчане понимали, что их армия после реформы 1867 г. весьма слаба, чтобы продержаться до подхода французских сил. Однако в Дании продолжали рассчитывать на французского императора и благосклонность французов в решении шлезвигского вопроса в ее пользу. Взаимные симпатии между двумя странами были подтверждены визитами французских политиков и журналистов в Копенгаген.

Начало франко-прусской войны в июле 1870 г. вселило, было, в датское правительство и общество надежды. Большинство кабинета склонялось к союзу с Францией. Наиболее нетерпеливые рвались в бой. С трудом удалось достичь единства внутри правительства по поводу довольно сдержанного заявления о нейтралитете Дании, сделанного 25 июля 1870 г. Когда через несколько дней французский военный корабль доставил в Копенгаген специального представителя Франции, его восторженно встретили представители прессы и жители столицы. Противники союза с Францией, прежде всего министр финансов Андреас Фредерик Кригер (1817 — 1893), которого поддерживал король, и министр иностранных дел граф Кристиан