Читать книгу - "Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин"

когда правительство интересует только сборная СССР. А то, что за красивым фасадом, за красивой витриной находится запустение, разруха, мрак и болото — никого не волнует. И чтобы это болото расшевелить и привести наш баскетбол в божеский вид, нужно ехать в НБА. Так как если я, играя в НБА, стану регулярно писать о проблемах советского спорта там, в американской прессе, тут все наши чиновники быстро засуетятся и начнут работать, засучив рукава. А через десять лет я вернусь обратно в Союз, сделаюсь главой Федерации баскетбола и спасу карьеры сотни талантливых парней.

— Звучит как фантастический роман, — усмехнулся Белов. — То есть ты знаешь, что нужно нашему баскетболу?

— Это и не секрет, — хмыкнул я. — Для начала нужно создать настоящую профессиональную лигу по примеру НБА. Чтобы играли в ней двенадцать команд в четыре круга, а потом восемь лучших рубились в плей-офф. Но одной лиги не достаточно. Нужен отдельный телевизионный спортивный телеканал, где показывали бы почти все игры чемпионата. Нужна нормальная баскетбольная газета, где о матчах писали бы с указанием стартовых составов, и с полной статистикой. Но и это ещё не всё. Нужно создать баскетбольную Евролигу, чтобы три лучшие советские команды играли на регулярной основе с сильнейшими командами Европы.

— Куда сейчас поехали доигрывать звёзды НБА, — буркнул Белов.

— Вот именно. И тогда у нас в стране баскетбол, да и спорт в целом выйдет на совершенно новый уровень. И многим парням не нужно будет бежать в Штаты, чтобы раскрыть весь свой потенциал.

— Признаюсь честно — твои идеи, Майк, больше похожи на фантастику. На какие шиши ты это собрался делать? — улыбнулся Белов.

— А на какие шиши живёт НБА? — от удивления я развёл руки в стороны. — Продажа билетов — это раз. Продажа сувенирной продукции — это два. Продажа пива и закусок — это три. Кончено потребуются вместительные спортивные арены. Но при современной технике и современных материалах возвести ангары на 15 тысяч человек — это вообще не проблема. А ведь там, кроме баскетбола, можно будет проводить соревнования по волейболу, гандболу, мини-футболу, по боксу, тяжелой атлетике, по гимнастике. Такие площадки можно будет использовать для выступления звёзд эстрады. А ещё в них можно будет разместить фитнес залы и залы с тренажёрами. И всё это будет приносить доход в государственную казну и в казну профессиональных спортивных лиг. Вот так и осуществляется пропаганда здорового образа жизни не на словах, а на деле. Тем более это актуально сейчас, когда страна семимильными шагами спивается. И бухает наш народ прежде всего от тоски.

Тем временем Саша Белов завёл машину и мы поехали в сторону Зверенской улицы, где он жил в двухкомнатной квартире.

— Однако я хочу заметить, что у нас нет профессионального спорта, — сказал он, поворачивая на Невский проспект. — Профессиональный спорт — это чуждый буржуазный элемент для нашей советской идеологии.

— В смысле чуждый элемент? — растерялся я. — А ничего, что профессиональный спортсмен — это прежде всего пролетарий спортивного труда? Мы с тобой Саня — самые настоящие баскетбольные работяги. А что у нас написано на гербе СССР?

— Пролетарии всех стран, соединяйтесь, — захохотал Белов.

— Вот именно, — захохотал и я.

Глава 4

Во вторник 24-го февраля баскетбольный ленинградский тур заканчивался нашим матчем против гостей из города Минска. Была в столице союзной Белоруссии такая развесёлая команда, как РТИ. Она выросла на базе радиотехнического института, и большинство игроков этого коллектива официально являлись его вечными студентами. Почему команда была развесёлой? Да потому что легко могла испортить жизнь любому лидеру советского баскетбола. Например, вчера минские студенты чуть не обыграли московское «Динамо». Еле-еле Владимир Жигилий и его друзья отскочили, победив со счётом — 69:68. А в пятницу 20-го февраля РТИ одолел очень крепкую «Статибу» из Вильнюса — 88:74. И если бы минчане всегда бились так, как со «Статибой», то сейчас бы боролись за четвёртой место, дающее право разыграть бронзовые медали чемпионата СССР в серии плей-офф.

В общем, имелась у братьев белорусов своя сильная сторона. Тройка баскетболистов РТИ — разыгрывающий защитник Константин Шереверя, легкий форвард Александр Попков и атакующий защитник Виктор Гузик, поймав кураж, могли разобраться с кем угодно. Кстати, Гузик и Попков по итогам прошлого сезона входили в двадцатку самых результативных игроков Высшей лиги. Но была у минчан и своя слабая сторона: тяжёлый форвард гостей, 205-сантиметровый Алексей Шукшин, как и центровой РТИ, 214-сантиметровый Владимир Кравченко, не обладали достаточными атлетическими данными, чтобы бороться за подбор. Кравченко вообще практически не прыгал, а Шукшин если и подпрыгивал, то исключительно над газетками «Труд» или «Известия». Из-за чего наш двухметровый Александр Белов в борьбе за отскок мяча с этими двумя большими игроками минской студенческой команды делал всё, что ему вздумается.

Поэтому наша ленинградская баскетбольная дружина начала отрываться в счёте с первых минут игры. Сперва я отправил в корзину гостей четыре дальних мяча, в честь прошедшего Дня Советской армии и Военно-морского флота. Затем пять тысяч зрителей Дворца спорта «Юбилейный» порадовали несколькими слэм-данками Саша Белостенный и Саша Белов. Они, конечно же, порезвились ради прошедшего дня Святого Валентина. И наконец, в честь Сырной седмицы Сергей Тараканов и Геннадий Капустин совершили по парочке средних попаданий.

У гостей в этот отрезок времени удачно атаковали нашу корзину только трое «студентов радиотехников»: Константин Шереверя, Александр Попков и Виктор Гузик. И к 10-ой минуте матча, после того как я трижды подряд показал ленинградским любителям баскетбола силовой проход под кольцо, счёт стал — 30:18 в нашу пользу.

К слову сказать, с Гузиком у меня в прошедшую субботу состоялся занимательный разговор. В тот день во Дворце спорта «Юбилейный» во время небольшой разминки наши команды случайно пересеклись. Мы уже заканчивали свою разминочную сессию, и я по привычке, прежде чем отправиться в душ, встал на излюбленную точку в семи метрах от кольца и начал выполнять заключительную серию дальних бросков. Минчане в этот момент только-только вышли из раздевалки. И Виктор Гузик, остановившись в трёх метрах, вдруг уставился на меня, как посетитель Третьяковской галереи на картину «Утро в сосновом лесу».

— Что случилось, Витя? — усмехнулся я, отправив последний баскетбольный снаряд в цель.

— Слушай,