Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Глава 22

Ужин

Минерал стал как будто светлее, чище и я осторожно потянулся к нему менталом, и вдруг его плотная и мощная энергия откликнулась и потекла в меня, как вода в пересохшее русло, наполняя меня ментальной энергией.

Вот это мощь! Моё ментальное поле стало быстро уплотнятся и стал его чувствовать почти так же, как и своё физическое тело.

Только вот вместе с этой силой во мне сразу закипело несвойственное мне раздражение и злость непонятно на что.

Я стиснул зубы и прервал контакт с терафимом, гася в себе ненужные чувства.

Похоже на то, что внутри терафима всё ещё оставался отпечаток Григория. Насколько я понял, его злоба, ненависть и желание убивать — всё это было там, смешанные с мощью кристалла, как яд в целебном зелье.

И что дальше? Радоваться? Да, теперь я мог использовать этот ментальный кристалл. Теперь я мог черпать из камня силу, которая усилит мои ментальные способности в разы. Но цена за это могла оказаться слишком высокой. И я не был уверен, что готов платить.

Я медленно поднялся на ноги, покачиваясь, и добрался до кровати. Внутри меня боролись два чувства: удовлетворение от того, что я наконец-то пробил защиту, и неясная, несвойственная мне тревога от того, что Григорий оставил во мне свой след. Я лёг на спину, глядя в потолок и вскоре забылся во сне.

Спал беспокойно, мне снился Григорий, с которым я бился снова и снова, и никак не мог его одолеть.

Проснулся я рано, когда за окнами только начинало сереть, и минут десять лежал, пытаясь понять приснились ли мне эксперименты с терафимом или это всё было наяву.

* * *

Завтрак подали в малой столовой. За столом сидели мы с Виолой и вся семья Зуевых: граф, Анна, Елизавета и Наталья Игоревна. Елизавета молча ковыряла вилкой в тарелке. Граф был вежлив и деловит, рассказывал о вчерашнем ужине с городскими чиновниками. Анна поглядывала на меня с лёгким любопытством, а Наталья Игоревна сидела отстранённо, почти не поднимала глаз и не произнесла ни слова.

Я не мог понять, что изменилось за это время, но что-то явно произошло. Может, мужу стал известен наш вчерашний разговор? Или советник что-то заподозрил?

Я доел завтрак и поднялся. Граф поднялся следом.

— Ярослав Викторович, — сказал он, поправляя манжету, — мастер по маскам готов и ждёт вас. После процедуры зайдите ко мне, пожалуйста.

Я кивнул и, поймав взгляд Виолы, жестом показал ей следовать за мной.

В мастерской нас уже ждал Глеб Ильич, подвижный мужчина с живыми глазами и неизменным ноутбуком. Увидев нас, он расплылся в довольной улыбке:

— Готово, господа! Прошу!

Он достал две коробки и аккуратно открыл их. Внутри лежали маски. Тонкие, почти невесомые, с идеально проработанными деталями. Я взял свою в руки и покрутил. На ощупь она была тёплой, эластичной, и я почти не чувствовал разницы между ней и настоящей кожей.

— Надевайте, — сказал Глеб Ильич, — я покажу, как правильно.

Я натянул маску. Первые несколько секунд она давила на лицо, и я почувствовал, как она сжимает скулы. Потом дискомфорт исчез, и маска стала ощущаться как продолжение кожи. Дыхание не затруднялось, моргать было легко.

Я подошёл к зеркалу и на мгновение замер. На меня смотрел совершенно другой человек: волевое лицо, широкие скулы, глубоко посаженные глаза — тот самый образ, который я выбрал на экране.

Глеб Ильич выдал рекомендации: тональный крем на шею, чтобы скрыть переход, высокий воротник, чтобы маскировать край маски, не тереть глаза и не чесать лицо. Потом нас сфотографировали с новыми лицами, и через полчаса нам принесли паспорта и водительские права.

Я взял своё документы и внимательно рассмотрел их. Алексей Григорьевич Журавлёв, уроженец Кологрива. Фотография с новым лицом, голограммы, печати — всё выглядело как настоящее. Просто отлично! И так быстро и качественно!

Я сунул паспорт и права во внутренний карман и повернулся к Виоле. Она тоже уже сняла маску и теперь с восторгом рассматривала свои новые документы.

— Просто невероятно, — прошептала она, водя пальцем по фотографии. — Никогда бы не догадалась, что у этой девушки совсем другое лицо.

— И другие не догадаются, — усмехнулся я. — Собирайся, через час выезжаем.

Я оставил Виолу в комнате, а сам пошёл к Зуева. Граф уже ждал меня в своём кабинете-библиотеке, стоя у окна. При моём появлении он обернулся, и на его губах заиграла лёгкая, почти дружеская улыбка.

— Ярослав Викторович, я смотрю, всё готово. — Он сделал паузу и слегка наклонил голову. — Вы планируете направиться в Галич?

— Да, — ответил я, приближаясь к столу. — Нужно завершить дела с Вепрем. А потом вернуться в Мантурово, забрать Рогова и Романа и уйти в Ирию.

При упоминании Романа на лице графа мелькнула лёгкая тень. Он чуть поморщился, но быстро взял себя в руки.

— Я бы не хотел, чтобы Роман Андреевич уезжал, — произнёс Зуев с лёгким сожалением в голосе. — Но если он так решил, то я не буду его удерживать.

— Это хорошо, — ответил я, пытаясь понять правду он говорит или нет. — Мне понадобится транспорт. Моя машина останется здесь, чтобы её перекрасили и подготовили документы. Для поездки я хотел бы взять что-то малозаметное, с галичскими номерами. Сможете с этим помочь?

Граф кивнул и подошёл к своему столу.

— Разумно, — ответил он, усаживаясь на стул. — Я распоряжусь, можете не беспокоиться.

— Спасибо, — сказал я, не скрывая удовлетворения. — Я вернусь через пару дней.

— Ярослав Викторович, — произнёс он негромко, внимательно смотря на меня странным взглядом. — Будьте осторожны, Вепрь не тот человек, с которым стоит шутить.

* * *

Через полчаса мы с Виолой сели в простой синий седан с галичскими номерами и выехали из поместья. Машина была с хорошим таким пробегом, но двигатель работал ровно, и сиденья оказались удобными. За окном проплывали поля и леса, и через пару часов мы пересекли границу с Галичским графством.

Сам переход через границу оказался до смешного простым. На посту стояли трое гвардейцев, и я даже не стал тратить ментальную энергию на внушение. Достаточно было показать новые документы и спокойно посмотреть в глаза старшему смены. Тот скользнул взглядом по правам, кивнул и махнул рукой, пропуская нас дальше.

Виола сидела на пассажирском сиденье,