Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

столе, по собственным рукам, и в этом движении мелькнуло то же сомнение, что я видел вчера. Потом он выдохнул и кивнул:

— С вами, — он помолчал и чуть усмехнулся. — Чёрт с ним, с графом. Без тебя мы не справимся. А Зуев… Зуев подождёт. Ну или не подождёт, тут уж как получится.

Виола облегчённо выдохнула и улыбнулась.

— Вот и отлично, — сказала она, садясь на стул. — Тогда главное дождись нас и мы наконец-то отсюда уедем.

— Именно так, — подтвердил я, уже прикидывая, сколько часов осталось до утра и что нужно успеть сделать. — А пока не обсуждаем ничего важного в этом доме. До завтра.

Я поднялся, бросил короткий взгляд на Романа, вышел из комнаты и направился в свою комнату, но по пути замедлил шаг.

Анна. Мне нужно поговорить с ней о дневниках первого графа, о её странном отношении к Ирии, о том, что она знает о советнике Тенишеве, о начальнике безопасности Дубровине и этих странных смертях. Мне нужна эта информация и нужна она прямо сейчас.

Хотя… Может, я просто ищу оправдание, чтобы увидеть её ещё раз? Я мотнул головой, вытряхивая ненужные мысли, свернул в крыло, где находились комнаты сестёр Зуевых и меня тут же остановил высокий охранник с квадратной челюстью.

— Где Анна Николаевна? — спросил я, посылая ему мысли о целесообразности и полезности правдиво отвечать на мои вопросы.

Охранник замер, и на его лице мелькнуло выражение, которое я не смог прочитать: то ли испуг, то ли сожаление.

— Анна Николаевна собирается ехать с графом на званый ужин в город, — после паузы ответил он и склонил голову. — Остальные тоже едут. Наталья Игоревна, Елизавета Николаевна, все.

— Понятно, — сказал я, и внутри что-то неприятно кольнуло. — А господин Тенишев?

— Этого я не знаю, — охранник слегка поморщился, но тут же взял себя в руки.

Едут в город значит. Ну что же, поговорю позже, а пока займусь другими делами.

Я вернулся в свою комнату, запер дверь, сел на пол, скрестив ноги, и достал из кармана терафим. Тёплый голубой кристалл лейсара лежал на моей ладони и от него исходила вязкая, тягучая энергия Григория, которую я никак не мог пробить. А мне обязательно нужно это сделать, иначе я не смогу противостоять советнику и графу. Да и с Вепрем, как я чувствовал, мне этот ментальный кристалл очень пригодится.

В этот раз я сумею тебя очистить и получить твою мощь. В этот раз я всё сделаю иначе.

Я выдохнул, закрыл глаза, настроился на кристалл всем сознанием и… неожиданно для себя провалился в него.

Внутри было темно. Густая, липкая тьма давила со всех сторон, как вода на большой глубине. Я стоял в центре пустоты, и тишина звенела в ушах так, что начинало казаться, будто я слышу собственные мысли, отражённые от невидимых стен. Ни звука, ни движения, только я и эта гнетущая чернота.

А потом из темноты выступила фигура.

Григорий стоял в трёх метрах от меня, сложив руки на груди, и на его тонких губах застыла насмешливая улыбка, которую я запомнил ещё в Ирии. Он был здесь, внутри камня, внутри моей головы.

Как? У меня галлюцинации или это ментальный слепок, оставленный его волей? Скорее всего второе, но образ слишком уж реален.

— Ты думал, что сможешь просто стереть меня? — спросил Григорий глухим голосом. — Я часть этого камня, Макаров. Часть того, что ты хочешь забрать.

Я на мгновение обмер и захотел открыть глаза, но сдержал себя. Я, конечно, слишком глубоко погрузился в камень, что у меня стали появляться такие странные образы, которые ещё и разговаривают. Хотя именно этот образ Григория мне и нужно стереть с этого кристалла, чтобы завладеть его ментальной силой. И если это можно сделать и сейчас, пусть и таким странным образом, то я сделаю это!

Я собрал ментальную энергию в тугой комок, сжал её до предела и выстрелил вперёд, целясь прямо в центр стоящей перед мной (моим воображением?) фигуры.

Григорий даже не пошевелился. Мой удар прошёл сквозь него, как сквозь дым, и я почувствовал, как моя собственная энергия разбивается о невидимую стену. Отдача ударила по вискам острой болью, и я стиснул зубы, отступая на шаг в своем воображении. Или кристалле. Или где бы я не был.

— Слабый, — произнёс Григория со злобой в голосе. — Ты не достоин силы моего терафима!

Он поднял руку, и тьма вокруг нас сгустилась, превращаясь в сотни тонких ментальных игл, нацеленных мне в грудь. Я выставил щит, и иглы врезались в него с глухим звоном, одна за другой, отбрасывая меня назад. Тело пронзили разряды тока, и каждая игла оставляла в сознании болезненный пульсирующие ожог.

Я зарычал и рванул вперёд, пробиваясь сквозь град ментальных копий. Я бил, ломал, продавливал чужую волю, чувствуя, как тает моя собственная энергия.

И тут я увидел молодого Григория. Он стоял на коленях перед человеком в дорогом плаще, его руки были связаны, лицо разбито. Над ним возвышался маг и читал приговор. Изгнание за то, что он отказался выполнять приказ, который считал преступлением. Лишение всего — титула, земли, имени.

Я вынырнул из чужих воспоминаний и тут же получил удар в грудь. Григорий стоял передо мной с искажённым яростью лицом.

— Ты не смеешь! — закричал он, и его голос ударил по моему сознанию, как кувалда. — Ты не смеешь лезть в мою голову!

Григорий обрушил на меня всю свою волю. Тьма сжалась, сдавила меня со всех сторон, и я почувствовал, как моё ментальное тело начинает таять. Перед глазами поплыли чёрные пятна, в ушах зашумело, а энергия уходила с такой пугающей скоростью, что я понял, что ещё секунда и я не выдержу.

Я собрал остатки сил в тугой комок и выстрелил им вперёд, одновременно разрывая контакт с кристаллом.

Больно садануло по скуле, я инстинктивно ещё сильнее зажмурился, следом приоткрыл глаза и обнаружил себя лежащим на полу.

В груди жгло. Голова раскалывалась так, что я не мог сфокусировать взгляд. Перед глазами плыли фиолетовые круги, и я тяжело дышал, вцепившись пальцами в ковёр. Тело не слушалось, мышцы дрожали, и я несколько минут просто лежал, глядя в пол, пока сердцебиение не начало замедляться.

Я перевёл взгляд правее от себя. Голубой кристалл из лейсара лежал рядом на полу, и я сразу почувствовал, что