Читать книгу - "Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова"

И тут в дверь аудитории робко поскреблись.

Преподаватель нахмурился и крикнул:

— Да, входите!

Дверь чуть приоткрылась, и в образовавшуюся щелочку протиснулась черная драконья голова. Голова осмотрела аудиторию, взглядом нашла меня и просияла в радостном оскале. Толчок, дверь открылась полностью, пропуская в аудиторию всю из себя такую счастливую и довольную Бестию.

— Чего тебе надобно, маленький монстр? — обратился к ней господин Клебо.

Звонко цокая коготками на лапках, драконенок приблизилась к преподавательскому столу. Села. Сделала большие трогательные глазки. Взяла многозначительную паузу и выдала коронное:

— Пиу!

— О-о-о-о… — прокатилась по аудитории волна дружного умиления.

И лишь я да господин Клебо оказались неподвластны чарам хвостатой красавицы. Красавица сообразила, что что-то пошло не так, как было запланировано, и выкрутила обаяние на всю мощность.

— ПИУ!

Преподаватель покачал головой и подкрепил демонстрацию словами:

— Бестия, когда ты уже запомнишь, что на мне твои штучки не работают.

— Р-р? — уточнила ничуть не расстроенная этим фактом драконица и ткнула острым коготком в моем направлении.

— Нет, адептка Нэш гулять не выйдет. У адептки занятие, которое ей никак нельзя пропускать.

Мордочка драконенка стала до того печальной, что первые ряды сочувственно вздохнули и осуждающе глянули на сурового преподавателя, но господин Клебо оказался устойчив к молчаливым воззваниям аудитории. Он вообще был на удивление суров и невосприимчив. Видимо, поэтому и сколотил такое состояние.

Опустив голову, Бестия крайне натурально всхлипнула и расстроенно поплелась обратно к двери. От былого веселья в ней не осталось и следа. Даже цокот коготков по полу звучал грустной токкатой.

— Продолжим! — вернул наше внимание господин Клебо и неожиданно бросил в меня шкатулкой.

Та пролетела через всю аудиторию с явным намерением врезаться в многострадальный лоб адептки Нэш, оставив на нем шишку, легкое сотрясение и долгую неизгладимую память об этой замечательной лекции. И таки оставила бы, но я, не иначе как чудом, успела извернуться и в последний миг схватила увесистую шкатулку. После удивленно глянула на преподавателя, чтобы услышать не просьбу, приказ:

— Откройте.

Пожав плечами, я осторожно дернула крышку, но та не поддалась на уговоры силы.

Заинтригованно покрутив предмет в руках и присмотревшись к механизму открытия, я обнаружила, что ларчик оказался с секретом. Магнитный замочек, искусно вделанный в крышку, делал шкатулку уникальной. Мало того что та запиралась как миниатюрный титановый сейф, так еще и содержала в себе кучу интересных «противоугонных» функций, начиная от банальной сигнализации, сообщающей хозяину о корявой попытке взлома, и заканчивая двумя иглами шокера, выстреливающими в незадачливого вора.

Ощущая на себе многочисленные взгляды, я не стала тратить время и копаться во всех возможностях защиты. Просто убедилась, что все они отключены и при попытке открыть крышку Адриана Нэш не опадет кучкой опрометчивого пепла на доски аудитории. После мысленно потянулась к шкатулке даром технопата. Поймала, как бабочку в ладони, невидимую глазом «начинку» предмета и навязала ей свою волю.

Замок покладисто щелкнул, крышка откинулась в сторону, открывая содержимое шкатулки. Господин Клебо одобрительно кивнул. Адепты дружно сдохли от зависти.

— Как ты это сделала? — не то спросил, не то возмутился парень с первой парты.

— Невозможно! — поддержал его сосед, поправляя очки на переносице.

— Универсальный ключ взлома? — предположил кто-то в соседнем ряду.

Преподаватель щелкнул пальцами и стер голограмму над столом.

— То, что сейчас продемонстрировала адептка Нэш, является отличительной чертой всех людей, владеющих редким для материка даром технопата. Думаю, что многие из нас слышали о принципе работы телепатии, так называемой способности читать мысли других людей. Нечто похожее и не менее удивительное способны делать технопаты вроде Адрианы. Речь, естественно, не идет о чтении мыслей приборов, ведь даже самый мощный и сложный магический механизм не обладает и зачатками самосознания. Однако при достаточно высоком показателе дара технопат способен на…

В дверь снова поскребли.

— Да-а! — обреченно выкрикнул господин Клебо.

Бестия решительно боднула дверь, пересекла аудиторию и выплюнула под ноги преподавателя сахарный пряник в виде сердца. Судя по звуку, с которым тот стукнулся об пол, пряник был так же черств, как сердце Джейсона Джона Клебо.

— Нет, Адриана останется на лекции, — отчеканил тот, даже не удостоив взятку взглядом.

Драконенок возмущенно фыркнула, выскочила в коридор и прикатила круглую дыньку размерами с футбольный мяч. Дынька оказалась с нежной, чуть шершавой корочкой, желтым бочком, на той стадии спелости, когда сахарный аромат помимо воли будоражит желудок.

Адепты синхронно сглотнули. Я с надеждой глянула на преподавателя. Бестия пару раз выразительно хлопнула по боку дыни и поиграла бровями. Мол, ну что? Меняемся? Учти, как от сердца отрываю.

Но и теперь господин Клебо остался непреклонен.

— Вынужден тебя огорчить, — заявил он, скрещивая руки на груди, — времена натурального обмена давно прошли.

— Р-р-р! — попыталась настоять на своем малышка.

— Нет, — сказал, как отрезал.

Бестия сердито топнула передней лапой, выдавая свои чувства. После наклонилась, вонзила белоснежные зубки в плод и, высоко задрав морду с лакомством, потрусила на выход. Преподаватель проводил ее насмешливым взглядом человека, не поддающегося на столь простенькие провокации и подкуп, а следом кивнул мне:

— Присаживайтесь, Адриана.

Я передала шкатулку парню, сидящему дальше по ряду, и послушно села. Отыгрывая роль прилежной ученицы, раскрыла тетрадь и торопливо прикрыла ладонью рогатый анфас Мясника, который старательно рисовала всю пару до этого. Интересно, чего же хотела Бестия, что была морально готова отдать за меня обожаемую, запрещенную и явно стыренную где-то дыню? И к чему такая срочность?

Терзаемая любопытством, я старательно делала вид, что полностью сосредоточена на словах господина Клебо, дававшего короткие разъяснения по поводу специфики работы дара технопата, как вдруг мой сосед по парте дернулся, и на его лице отразился испуг. Незаметно от преподавателя он толкнул меня в бок локтем и кивком указал на окно.

Я быстро глянула в указанном направлении и мысленно застонала.

Нет! Не может этого быть!

Мясник мрачно облизнулся, подтверждая, что еще как может.

У Матриарха стаи была странная привычка давать лапочкам-звездокрылам устрашающие имена, но в случае конкретно с этим завром она попала точно в суть. Природа щедро наделила Мясника отвратительным характером, с лихвой отсыпала злопамятности и шарахнула по темечку склонностью остро переживать неудачи. А вот все остальное явно зажала. В том числе и свойственное звездокрылам дружелюбие.

И вот теперь этот черный сгусток «человеколюбия» сидел напротив окон нашей аудитории и «доброжелательно» пялился на стремительно бледнеющих адептов с