Читать книгу - "Студент - Александр Куринь"

На выходные, этот гостеприимный домик превращался в филиал турклуба, куда съезжались не только будущие участники похода, но и их многочисленные знакомые. Кто-то занимался подготовкой, кто-то жарил шашлыки или попивал жигулевское, болтая о всяком разном. Ну, а соседи, до позднего вечера, наслаждались звуками гитары. Лишь бабушка Андрея с беспокойством выглядывала из окошка и внимательно следила за тем, чтобы никто не затоптал ее помидоры.

За всеми этими хлопотами мы не заметили как пролетело время, и с громадными рюкзаками за спиной, наша команда отправилась на вокзал. Из них, как направляющие реактивных установок торчали трубы каркаса, Была мысль вылететь в Норильск самолетом, это было бы намного быстрее, но всех отпугивала неподъемно высокая стоимость перелета, а с таким грузом, как у нас, она становилась и вовсе устрашающей. Да и хотелось собственными глазами поглядеть на большую сибирскую магистраль и совершить трехдневное путешествие пароходом по Енисею.

В этот раз, наши рюкзаки, даже по меркам технологического двадцать первого века, выглядели неплохо. Конечно, до эпохи полиэстера было еще далековато, но вот их форма была уже на уровне всех требований ортопедии. Вдоль спинки были вшиты элементы жесткости, изготовленные из легких алюминиевых пластин, а еще, была пристрочена куча дополнительных поддерживающих ремешков и завязок. Вся конструкция заметно вытянулась вверх и уже не напоминала тот бесформенный солдатский сидор, который помнил еще первую мировую. А главное, появилась поясная поддержка, она разгружала позвоночник и позволяла идти ровно, а не выглядеть как дачник на прополке своих соток.

На вокзальной платформе, нас провожали человек двадцать, словно в армию, и здесь, мы приговорили в высшей мере пару бутылок шампанского. Все-таки не рядовое событие. Вокзальные милиционеры, которых вначале напрягла наша пестрая и шумная толпа, разобрались в ситуации и не обращали никакого внимания. Наконец, проводники загнали всех по вагонам и путешествие началось.

До конечного пункта железнодорожного маршрута, города Красноярск, мы добирались почти четыре дня, налегая на витамины в виде огуречно-помидорных салатов. Для этого, очень подошли пластиковые строительные каски, размером с полноформатную пятилитровую кастрюлю. Эти каски мы и опустошали трижды в день. Что удивительно, все наедались и чувствовали себя сытыми и полными сил. Не хватало лишь разнообразия. Я же вспомнил прежние походы в Среднюю Азию, там также можно было недорого и сытно пообедать, поделив арбуз и ломоть черного хлеба.

Ближе к вечеру, заоконное любование просторами нашей великой и необъятной всем надоело, и оставшиеся дни мы занимались ничем. После насыщенного периода подготовки, это выглядело как полное торжество безделья и бездуховности. Единственный повод для шуток и беспокойства нам предоставил Мальцев, которому очень захотелось украсить наш однообразный стол пирожками с капустой и свежей ряженкой. Эти деликатесы он разглядел в одиноком киоске, за платформой безымянной сибирской станции. Сергей выскочил из вагона и занял небольшую очередь, постоянно оглядываясь на мирно дымящий у платформы тепловоз. Не успел парень рассчитаться за товар, как звякнули сцепки и вагоны начали движение. Забыв о пирожках и едва не потеряв по дороге тапки, бедняга рванул догонять быстро набиравший скорость состав и едва успел вскочить в предпоследний вагон. На минуточку представил себя, оставшегося на пустой платформе в этой сибирской глуши, одетого лишь в сандалии на босу ногу и короткие шорты, как по телу пробежал неприятный озноб.

В Красноярске, мы на сутки заселились на турбазу "Столбы", где нам удалось принять душ. Вода была хоть и не горячая, но и не холодная. Здесь же, мы удачно сторговали вторую палатку. Свою, мы благополучно забыли дома. Выстояв короткую очередь на речном вокзале, мы без проблем приобрели билеты третьего класса на теплоход... "А. Киренский".

Увидев его название, я вначале припух. Неужели в Сибири до сих пор так чтут память главы временного правительства Александра Федоровича Керенского, что его именем даже пароходы называют? Но вскоре все разъяснилось. Оказывается, в данном случае имелся в виду не он, а основатель красноярской физической школы академик Киренский. Прямо от сердца отлегло.

Наш пароход оказался довольно современным судном, не чета тому ящику с двумя колесами по бортам, на котором, еще в седьмом классе, я проехался до Запорожья. Наша каюта, с двумя малюсенькими иллюминаторами располагалась чуть выше ватерлинии, и это не позволяло нам любоваться видами окружающей природы. Поэтому, практически все свое время мы проводили на верхней палубе, у дымовой трубы. Уже через день, все эти однообразные, покрытые сплошной растительностью берега осточертели и мы занялись изучением нашего судна.

Путешествие, продолжалось три долгих дня, развлекая нас лишь тогда, когда пароход причаливал к стандартным деревянным дебаркадерам, у небольших сибирских поселков. Их даже на наших мелкомасштабных картах нельзя было отыскать. Для местных, наше прибытие означало базарный день. На берег, высыпало почти все население поселка, пытаясь впарить пассажирам всякую всячину, начиная от небрежно выделанных медвежьих шкур и кончая плетеными корзинками с ягодой и солеными огурчиками.

От нечего делать, мы облазили весь пароход, спускаясь даже в машинное отделение, а однажды, нам удалось попариться в матросской бане. Дважды, на верхней палубе, мы устраивали вечера самодеятельности, где я заработал литр чего-то очень забористого, настоянного на морошке. На третий день, река стала заметно шире, превращаясь чуть ли не в море, а далеко на горизонте замаячили стоявшие на якорях контуры океанских судов. Приближалась конечная точка нашего путешествия по Енисею - город-порт Дудинка.

Повезло и нам не пришлось тащиться три километра до станции, с тяжелыми рюкзаками. В порту, нашего нового пароходного знакомого встречал военный ГАЗик с брезентовым верхом. Не скажу как, но в нем поместились мы все, включая и наш немалый груз. Минут через десять мы подъехали к станции, где выяснилось, что первый дизель на Норильск отправляется завтра, в шесть утра. Разложив спальники на вокзальных лавочках, и поужинав чем бог послал, мы крепко уснули.

Переезд в Норильск, этот заполярный город металлургов и горняков, занял часа два и запомнился непроходимыми буреломами, полуразрушенными мостами и заброшенными ржавыми путями, ведущими в никуда. Местные рассказывали, что это были следы первых попыток ударников сталинских ГУЛАГов, которые через северные болота и мерзлоту, тянули рельсы на Норильск.

Город встретил нас белыми ночами, которые не шли ни в какое сравнение с карельскими. Мы удивлялись трубам водяного отопления, проложенным не под землей. Они шли поверху, вдоль широких улиц, обмотанные толстым слоем теплоизоляции. Здешние магазины порадовали не своим продуктовым изобилием, а небольшими тамбурами на входе и питьевым спиртом пермского завода стоимостью пять восемьдесят. Почему именно