Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

— Да, отвозил, но я не видел никого… — но тогда ему бы пришлось рассказать, как он товар передавал, и поэтому он поправляется: — Вернее, видел бота. Мы заказ выложили на берег, как нам приказали, подождали — бот вылез из кустов и забрал его.

Тут женщина приносит им пива, а Саблин закуривает, прежде чем сделать первый глоток.

— И что, ничего не оставили взамен? — продолжает расспросы Олег. Он к пиву не прикасается. Видно, этот дорогой напиток ему не в диковинку.

— Оставили, как же не оставить, — отвечает Аким и достаёт из кармана золотой слиточек. И протягивает его хозяину заведения. — Я тут кое-что принёс.

— Хотите продать? — интересуется Панов и берёт слиток в руки. И тут же, наверное по весу, определяет его. — Да, скорее всего это настоящий.

— Да, хочу, мне с товарищами нужно рассчитаться.

— Рубль двадцать за грамм, — предлагает Панов. — Соглашайтесь, это хорошая цена. Вам не дадут больше даже в Игарке; если только в самом Норильске предложат больше, но и там разница будет незначительная.

Аким кивает:

— Да, забирайте.

Цена и вправду отличная. Там, в его родной Болотной, скупщики рыбьего масла не дали бы и рубля и десяти копеек за грамм металла в четыре девятки.

Панов подзывает к себе всё ту же женщину:

— Марина, забери, — он отдаёт ей слиток, — принеси меди под расчёт.

— Угу, — она хватает золото и быстро уходит.

А мужчины остаются за столом, пьют пиво. И так как Саблин молчит, хозяин заведения интересуется:

— А вы с Савченко вроде как в друзьях были?

— Были, — Саблин отпивает пива. — Мы же с ним с одной станицы. Раньше, пока я не женился, вместе на промысел ходили… сюда забредали…

Тут возвращается Марина. У неё деньги, Олег кивком головы показывает на Акима: вон ему отдай. И женщина кладёт на стол перед прапорщиком шесть толстых и тяжёлых десятирублёвок из меди. Потом отходит от стола. А Саблин сгребает деньги в ладонь, прячет их в карман на груди КХЗ, застёгивает молнию. Кажется, пришло время и про дело спросить.

— Олег, я там говорил с этой… с новой… ну, когда товар отдавал. Она сказала, что вы мне можете помочь с одним делом…

— И с каким же? — интересуется Панов. Причём интерес он проявляет вовсе не поддельный.

— Она мне сказала, что мы привезли мало шины, — подбирая нужные слова, продолжает Саблин.

— А им этой шины сколько не привези — им всё мало, — заметил Панов. — И что же они там вам ещё сказали?

— Ну… — Саблин потушил окурок. — В общем, мне нужно добыть для них эту шину.

Олег молчит, смотрит на него и покачивает головой, как будто соглашается. Кажется, что он ещё и усмехается при этом. И наконец хозяин заведения произносит:

— Вообще-то… это очень сложное дело.

— Нет, ну это я уже понял… — начинает Саблин, но Панов его перебивает:

— Вы с переделанными воевали?

— Да, приходилось пару раз.

— То есть опыт имеете?

— Ну, какой-никакой имеется, — скромничает Аким.

А Олег продолжает:

— Чтобы добыть полный пласт шины, нужна целая операция. Такая шина есть… ну, например, в станциях контроля. Это горные посты наблюдения, их на Урале всего четыре. Также такие есть в стационарных боевых постах… Понимаете?

— Это где гнездятся переделанные?

— Да, это их базы, — говорит Панов. — Много такого материала на Станциях, одну такую Станцию пришлые как раз в середине болота достраивают; да вы, конечно, видели её…

— Станцию? Это та, что недалеко от Ягельной? Вы про неё? — уточняет Саблин.

— Да, про неё… про неё, — говорит Олег. — Она ещё не готова к работе. А как начнёт работать… Вокруг неё будет много переделанных. Некоторые думают, что на таких станциях есть фабрики, на которых пришлые их и производят.

— И что? — Аким тут немного напрягся. Ведь не так уж и далеко было от его родной станицы до Станции. Иной раз, когда ветер не приносил из степи пыль, вечером или ночью прямо с крыши его дома можно было увидать на западе фиолетовый свет, а иногда и чёткий фиолетовый луч, что уходил по ночам в небо. — И когда она начнёт производить переделанных?

— Ну, этого вам никто не скажет, кроме самих пришлых, — отвечает Панов. — Но как только появляется большое сооружение пришлых, так там рано или поздно вокруг него появляются переделанные в товарных количествах. Или дарги. Это факт.

«Или дарги… Переделанных раньше в болотах было немного, а дарги к нам на берег вообще не заглядывали, — Саблин невесело усмехается. — Да переделанные сейчас шастают по болотах там, где их отродясь не бывало. А я живу как раз в нескольких часах хода от Станции! И что? Теперь их ещё больше станет?! Как потом за рыбой ходить? Интересно, а командование знает о том? Наверняка знает, наверняка думает, что с этой Станцией делать».

И после Аким спрашивает:

— То есть на Станции эта шина есть?

— Конечно. Станция пришлых — самостоятельная и автономная единица. Она сама себя строит, сама себя обеспечивает, сама организует зону контроля вокруг себя. Сама себя защищает. Поэтому там есть блок анализа, планирования и управления. А в блоках есть нужный вам, да и мне тоже, материал.

Саблин никогда про такое даже не слышал, ему было не до размышлений о близкой Станции. Ему нужно было семью кормить да в призывы ходить, а тут вдруг такое; и он поэтому интересуется:

— Так это… наше командование про это знает?

— Все, кому надо, про это знают, — успокаивает его Панов.

— И значит, в этой станции можно добыть шину?

— Ну, там, где существуют системы управления, там всегда есть шина. Понимаете, прапорщик, любым системам анализа нужны очень мощные процессоры, как и системам планирования, а искусственный процессор, равный человеческому мозгу, — ну, процессор, который будет по своим параметрам сопоставим с мозгом человека, он будет величиной с этот стол, — Олег похлопал стол, за которым они сидели, — он будет потреблять адское количество энергии, греться будет неимоверно; в общем, это очень сложно. И пришлые решили эту задачу изящно: они берут один-два человеческих мозга, чаще один, и соединяют их с обычными процессорами при помощи этих самых шин. Объединяя таким образом человеческий первичный анализ и анализ глубокий, с большими вычислительными мощностями. Мозг выполняет роль интерпретатора инструкции и протоколов, процессоры работают с базами данных. И все они связаны между собой шиной.

Саблин вздохнул и сделал глоток пива; из всего рассказа он понял, что Станция будет производить переделанных и что там есть нужная ему шина. И он