Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

«Вдруг Юрку женить придётся… Ладно, послушаю, что там у него за тайны».

И Аким спрашивает у заведующего отделением регенерации:

— Так что это за дело выгодное, что нужно сделать-то?

И тогда Пивоваров ему и отвечает:

— Нужно одну вещь отвезти в одно место.

«Ну, как обычно у Савченко… одну вещь… в одно место… Только он ещё и денег обещал, первым делом предлагал».

— Я не был уверен, что вы сегодня придёте… У меня дома есть письмо для вас, — говорит врач.

— Он сам его написал? — честно говоря, Аким в этом сомневается.

— Да нет, я записал его последнюю просьбу, и просит он вас…

— Так о чём просит-то?

— Там дело касается того, за чем вы ездили, — продолжает Пивоваров. И поясняет: — Ну, он вас просил за какими-то вещами съездить на Камень, так вот… Он ещё вас просит… отвезти те вещи, что вы забрали, в некое место, а ещё просит в то же место отвезти ещё одну вещь…

— Просит, просит… — в который раз повторяет Саблин. — Помер он, кажется, а всё просит и просит…

И тут врач смотрит на Акима долгим взглядом, как будто решается на что-то, а потом, решившись, и говорит:

— Он, конечно, умер… Но не совсем.

Саблин слышал о таком… На фронте некоторых тяжело раненных, но ещё живых людей, которых на месте невозможно было оперировать или лечить, вводили в подобное состояние… Состояние это было дорогостоящим, а посему редким.

— Вы его уложили в биостазис?

— Почти. Дело в том, что Савченко был поражён новой… — врач, кажется, подбирал слова… — новым паразитом. И его развитие я остановить не смог… Главврач тоже помогал, но у нас не было технологий, не было медикаментов… Это новый вид жизни, мы с таким ещё не сталкивались… И чтобы остановить развитие новой формы жизни в теле Олега… В общем, мы не справились с течением метаморфозы, тут были нужны новые исследования.

— Метаморфоза? — Аким не знал этого слова. «Красивое словцо».

И тут завотделением регенерации заговорил уже без всякого опасения:

— Перерождение. Савченко был поражён в правую часть груди… Он рассказал, что это было что-то похожее на острый и продолговатый кусочек кости с волокнами на конце, — тут врач пальцами показал размер кости, — он сразу не смог из себя это достать… Ему нужно было уходить… Жаль, что он не привёз его, сказал, что потерял, говорил, что не до этого ему было. А потом, когда он вырезал это из себя, не смог как следует вычистить рану… Это всё было в горах… И возможности для очистки не было… Это понятно, там нужно было серьёзное хирургическое вмешательство. И, судя по всему, части этих волокон остались в его организме… Когда он к нам поступил, мы с главврачом думали, что он ерунду всякую нам говорит, думали, что обычная опухоль, онкология третьей стадии… И множественные очаги расходились так же, как метастазы… Но когда стали брать биопсию… Нам завлабораторией приносит отчёт, а там за его подписью написано, что структура новообразований не человеческая, новые клетки вообще не принадлежат к человеческой природе. Это был не наш биом вообще. Близкий, но не наш.

Саблин всё это слушает очень внимательно, но всё ещё не понимает своей роли в этом деле.

«Ну понятно… Олег всегда говорил, что умрёт он не дома. И смерть у него оказалась… да не приведи Господи… Или ещё не смерть? — Аким мало что ещё понимал. — А что же этот доктор хочет от меня?».

А Пивоварова было не остановить, он словно истосковался по возможности поговорить и теперь выкидывал прапорщику всё. Говорил тихо, чуть подавшись к Акиму, и быстро:

— Мы отчёт с картой болезни, с биопсиями, в общем, со всем, что положено, послали в Норильск, в Медуправление, они эти отчёты, как я думал, там вообще не читают, а тут уже на следующий день приходит ответ: ждите, к вам выезжает комиссия, пациента изолировать, провести полную санацию помещений, данные засекретить, персонал проинформировать… На следующий день после передачи данных!

Вот теперь-то Акиму всё стало ясно, вот почему волновался и медлил Пивоваров. Вот почему просил не связываться с ним через коммутатор. По сути, он нарушал предписание серьёзной организации, привлекая к делу Саблина.

— Комиссия эта… они забрали Олега? — догадывается прапорщик.

— Через четыре дня приехала делегация из управления. Ночью, часов в двенадцать, явились в госпиталь, собрали персонал, провели беседы, со всех собрали подписи о неразглашении, — продолжает Пивоваров и смотрит на Саблина весьма выразительно. — Поэтому я вас прошу о нашем деле никому ничего не говорить…

«… о нашем деле…? Нашем? Ну ладно». Аким несколько раз кивает: хорошо. И спрашивает:

— Так Олег жив? Они забрали Олега?

Но тут в тишине отделения регенерации в коридоре послышались шаги. Пивоваров не ответил прапорщику, а уставился на дверь, и уже через пару секунд эта самая дверь распахнулась, и на пороге появился высокий и массивный человек в медицинской одежде. Это был старший в госпитале человек, главврач Рудковский.

— Добрый день господам казакам, — произнёс он, подходя к Саблину и протягивая ему руку. Конечно, они знали друг друга, Аким и сам неоднократно был пациентом госпиталя, и Наталка его тут лечилась.

— Здравия желаю, — прапорщик встал и пожал медику руку.

— Артемий Сергеевич, — продолжает Рудковский, обращаясь к Пивоварову, — у вас же вроде нет приёмов? Или я помешал?

— Нет, не помешали, мы просто разговаривали, — говорит завотделением регенерации. — Прапорщик Саблин… Он же отец Юры Саблина, вот мы и решили поговорить…

— А, хотите Саблина-младшего к себе из травматологии переманить?

— Ну, — Пивоваров улыбается. — Мне хороший ординатор не помешает.

— В общем-то, хороший ординатор никому не помешает, — замечает главврач, усмехаясь. — Артемий Сергеевич, вы бы хоть со мной посоветовались, потом будут травматологи жаловаться на вас, что вы у них молодых специалистов переманиваете.

Пивоваров немного деланно пожимает плечами и смотрит на Акима: дескать: видишь, какие тут дела; и прапорщик понимает, что ему уже пора уходить. Он прощается с врачами и выходит из кабинета. Аким знает, что разговор с Пивоваровым прерван, но не закончен. Остаётся только ждать его продолжения.

⠀⠀

Глава 15

«Значит, Олег-то не помер! В стазисе он, — Саблин усмехается нехорошей усмешкой. — А его имущество уже забирают. И домик, и лодки с машинами уже определяют, и к ящичкам подбираются».

Вот теперь ему было действительно интересно, что же это за дело хотел предложить ему завотделением регенерации.

«Эх, не вовремя припёрся главврач!».

А