Читать книгу - "Проклятье Мидаса 2 - Михаил Француз"

— И понижаю вас до должности начальника службы безопасности «Империя групп», где, до полной выплаты вашего долга, вы будете работать за половину от положенного должностного оклада.

— А… э… — не нашёлся даже, что сказать он. — Спасибо… шеф? А сколько это — половина? В деньгах?

— Узнаете, когда пойдёте оформляться в отдел кадров компании, — позволил себе лёгкую улыбку я. — Думаю, это послужит достаточным уроком. И… я обязан направить вас на курс лечения от игровой зависимости. Надеюсь, вы отнесётесь к этому с пониманием… и предоставите полученную справку в отдел кадров.

— Оу… понял, — проговорил он.

— После оформления в отделе, зайдите ко мне — обсудим ближайшие задачи вашей новой службы.

— Так точно, шеф. Слушаюсь. Я не разочарую вас снова, — глянув по сторонам на более, чем десяток неотрывно следивших за нами пар глаз, состроил он максимально подавленное и виноватое лицо. После чего, продолжил есть быстро и молча.

Глава 27

— Что это? — недоумённо нахмурившись, принял из рук одного мужчины в возрасте другой мужчина в возрасте. Старший у младшего.

Дело происходило всё в том же кабинете, что и раньше. Отличие состояло в том, что старший мужчина сидел за письменным столом, а не стоял возле окна, ухаживая за своими цветами. На его переносице уже поблёскивали стёклышками очки. А вот второй мужчина, тот, что помладше… за прошедший день, казалось, постарел сразу лет на десять и почти что сравнялся в зримом возрасте со своим начальником.

— Рапорт с просьбой о переводе с понижением в другой отдел, господин председатель, — продолжая держать туловище в очень вежливом поклоне младшего перед старшим, ответил тот. В поклоне, при котором, спина кланяющегося опускалась вперёд примерно на сорок пять градусов, а руки плотно прижимались к бокам. Взгляд так же не смел подниматься на лицо того, перед кем он кланялся, максимум — мог коснуться кончиков носков его обуви. Мог бы, если бы ноги собеседника, вместе с обувью, что на них и всей нижней половиной тела, не прятались под столом.

— Не понимаю, — нахмурился хозяин кабинета сильней. — Почему? Почему сейчас? Что случилось? Это связано с «Мидасом»? — при звуках последнего слова, младший мужчина, продолжавший держать поклон, явственно вздрогнул, хоть и пытался не показать этого. И данное обстоятельство заставило хозяина кабинета свести свои седые брови ещё плотней.

Он отложил от себя бумагу, снял свои очки, помассировал переносицу, опустил их на стол и взглянул на собеседника уже прямо, без преграды.

— Нет, господин председатель, — слишком поспешно, чтобы в это можно было поверить, ответил младший мужчина. — Просто, я понял, что уже слишком стар, и больше не гожусь для этой работы. Не справляюсь с ответственностью, нагрузкой и личным составом. Прошу вас принять это, и перевести меня на менее ответственную работу.

— Та-ак, — протянул старший мужчина и отклонился на спинку своего кресла. — Давай разбираться… Выпрямьтесь, руководитель Пак.

Тот вздохнул, но не посмел ослушаться. Тем более, что слишком долго держать поклон в сорок пять градусов — физически тяжело, а Пак был уже далеко не мальчиком.

— Так что же навело вас на мысль, о том, что вы не годитесь для своей нынешней должности? И общими фразами вы не отделаетесь: это что-то должно было быть очень конкретным, чтобы так на вас повлиять, — продолжил хозяин кабинета. — И не смейте больше ссылаться на возраст: вы значительно младше меня, и такими отсылками буквально говорите, что и мне пора на покой.

— Простите, господин Председатель! Я не имел этого в виду, — снова согнулся в поклоне Пак. Только, теперь уже это был поклон «виноватого», то есть, полные девяносто градусов и глаза в пол.

— Выпрямьтесь, — повторил старший. — Я хочу видеть ваше лицо, а не ваш затылок.

— Слушаюсь, — выпрямился Пак.

— Начинайте рассказывать, не тяните время. Если вы действительно хотите добиться перевода, то вам придётся меня убедить. Говорите.

— Я… — замялся младший. — Я… потерял лицо перед подчинёнными.

— Где, когда, как? — терпеливо уточнил старший.

— Сегодня утром, в отеле «Фармоунт Амбассадор Сеул»…

— Всё-таки, «Мидаса», — кивнул самому себе хозяин кабинета, а «руководитель Пак» снова вздрогнул и с большим трудом подавил желание обернуться, глянуть через плечо и убедиться, что того нет за его спиной.

— Нет-нет, — торопливо возразил он начальнику. — Я… я сам совершил ошибку, повёл себя недостойно, и должен теперь понести за это ответственность…

— «Мидас», — повторил старший, и Пак опять вздрогнул, причём, в этот раз, заметно сильней, так как не ожидал повторения. А начальник нахмурился. — А теперь, давайте-ка подробно и основательно. Я, как раз, ещё не получал от вас отчёта о проведённой встрече. Рассказывайте.

— Вот, — сделав полшага вперёд, положил на стол перед начальником флешку. — Вся встреча была записана. Можете, прослушать всё сами.

— Хорошо, — посмотрев на собеседника долгим изучающе-задумчивым взглядом, кивнул хозяин кабинета. — Я прослушаю. Но и ваш анализ с пояснениями мне тоже понадобится.

После чего, открыл свой ноутбук, включил его, вставил флешку в соответствующий разъём, нашёл на ней нужный аудиофайл и запустил его на воспроизведение. Вскоре из динамиков его устройства послышался голос младшего мужчины: «Здравствуйте, инженер Ким», а сразу после него, голос объекта «Мидас»: «Здравствуйте, руководитель Пак, позавтракаете?». И от звуков этого голоса, Пак сжался, как от удара, что заставило хозяина кабинета хмуриться ещё сильней.

Разговор, так-то, не был длинным, и воспроизведение всего аудиофайла не заняло много времени. Вот только, ясности в дело это воспроизведение не внесло. Пожалуй, только вопросов добавило.

— Я не понял, руководитель Пак, — когда файл закончился и записанные голоса перестали звучать. — Что это, вообще, было?

— Господин председатель, я… — замялся и… нет, не занервничал, на нервах он был ещё с самого начала разговора, просто, теперь и тот хлипкий самоконтроль, под которым он пытался удерживать своё состояние, начал слетать всё больше. — Я… совершил ошибку. Был слишком самоуверен, и изначально выстроил ситуацию, как конфликт. Я поставил о… объект в ситуацию, когда он вынужден был бы отказаться, откреститься от своего телохранителя на глазах у других своих людей. Свалить на него вину и наказать… это было глупо и непростительно с моей стороны. Нельзя было начинать конфликт с… ним. Нельзя. Нельзя. Нельзя… И он продемонстрировал мне всю мою неправоту…

— Руководитель Пак, вы сейчас серьёзно? — проникновенно посмотрел на подчинённого начальник, опершись локтями о стол. — «Продемонстрировал»?